Внутрисосудистый и внутриклеточный гемолиз: Страница не найдена — Северо-Западный государственный медицинский университет имени И. И. Мечникова

alexxlab Сосуд

Содержание

гемолиз внутриклеточный — это… Что такое гемолиз внутриклеточный?

гемолиз внутриклеточный
(h. intracellularis) Г., происходящий внутри клеток ретикулоэндотелиальной системы, гл. обр. в селезенке.

Большой медицинский словарь. 2000.

  • гемолиз внутриаппаратный
  • гемолиз внутрисосудистый

Смотреть что такое «гемолиз внутриклеточный» в других словарях:

  • ГЕМОЛИЗ — – разрушение эритроцитов, сопровождающееся выходом из них гемоглобина. При этом кровь или взвесь эритроцитов превращается в прозрачную красную жидкость (лаковая кровь). Причинами гемолиза могут быть аномалии самих эритроцитов либо воздействие… …   Энциклопедический словарь по психологии и педагогике

  • Гемолиз — I Гемолиз (греч. haima кровь + lysis распад, разрушение) разрушение эритроцитов с выходом гемоглобина в окружающую эритроциты среду. В организме постоянно имеет место так называемый физиологический гемолиз вследствие естественного старения… …   Медицинская энциклопедия

  • Гемолиз — (от др. греч. αἷμα кровь + λυσις распад, разрушение) разрушение эритроцитов крови с выделением в окружающую среду гемоглобина. В норме гемолиз завершает жизненный цикл эритроцитов (ок. 125 суток) и происходит в организме человека и животных… …   Википедия

  • СЕЛЕЗЕНКА — СЕЛЕЗЕНКА. Содержание: I. Сравнительная анатомия………… 29 II. Анатомия………………… 30 III. Гистология………………. 32 IV. Физиология и патофизиология……… 36 V. Патологическая анатомия………… 44 VІ. Методы… …   Большая медицинская энциклопедия

  • Лейко́зы — (leucoscs; греч. leukos белый + ōsis; синоним лейкемия) заболевания опухолевой природы, протекающие с вытеснением нормальных ростков кроветворения: опухоль возникает из кроветворных клеток костного мозга. Заболеваемость Л. неодинакова в различных …   Медицинская энциклопедия

  • Смешанные дистрофии — (паренхиматозно мезенхимальные дистрофии, паренхиматозно стромальные дистрофии) дисметаболические процессы, развивающиеся как в паренхиме, так и в строме органов. Основная статья: Альтеративные процессы (патологическая анатомия) Содержание 1… …   Википедия

  • Иммуногемолитические анемии

    — Иммуногемолитические анемии  группа анемий, относящихся к иммунозависимым экзоэритроцитарным гемолитическим анемиям. Этиолгия данных анемий связана с индукцией аутоаллергии к собственным эритроцитарным антигенам, иммунным ответом на гаптены… …   Википедия

  • Спленомегалия — I Спленомегалия (splenomegalia; греч. splēn селезенка + megas, megalu большой) увеличение селезенки в результате вовлечения ее в патологический процесс. Механизмы увеличения селезенки различны. Так, в основе патогенеза С. могут быть миелоидная… …   Медицинская энциклопедия

  • Сертикан — Действующее вещество ›› Эверолимус* (Everolimus*) Латинское название Sertiсan АТХ: ›› L04AA18 Эверолимус Фармакологическая группа: Иммунодепрессанты Нозологическая классификация (МКБ 10) ›› T86.1 Отмирание и отторжение трансплантата почки… …   Словарь медицинских препаратов

ОСОБЕННОСТИ ФИЗИОЛОГИИ ЭРИТРОЦИТОВ. ГЕМОЛИЗ И ЭРИПТОЗ | Чумакова

1. Патофизиология крови. Под ред. Я. Новикова. БИНОМ. Москва; 2014.

2. Новицкий ВВ, Рязанцева НВ, Степовая ЕА. Физиология и патофизиология эритроцита. Издательство Томского университета. Томск; 2004.

3. Руководство по гематологии. Под ред. АИ Воробьева. Том 3. Ньюдиамед. Москва; 2005.

4. Юшков БГ, Климин ВГ, Кузьмин АИ. Сосуды костного мозга и регуляция кроветворения. УрО РАН. Екатеринбург; 2004.

5. Сторожок СА, Санников АГ, Захаров ЮМ. Молекулярная структура мембран эритроцитов и их механические свойства. Издательство Тюменского университета. Тюмень; 1997.

6. Ройтман ЕВ. Биореология. Клиническая гемореология. Основные понятия, показатели, оборудование (лекция). Клиническая лабораторная диагностика. 2001;5:25—32.

7. Хадарцев АА, Кидалов ВН, Якушина ГН, Сясин НИ, Красильникова НА. Ранняя реакция эритроцита на экстремальные воздействия — образование условно-полиморфных стом и изменение их флуоресценции. Вестник новых медицинских технологий. 2002;9:19—21.

8. Погорелов ВМ, Краснова ЛС, Чаниева МИ, Красникова АВ, Козинец ГИ. Геометрия прегемолитических пойкилоцитов в стандартных центрифугатах крови на предметных стеклах. Гематология и трансфузиология. 2008;53:22—6.

9. Медведев МА, Коваль ГС, Рязанцева НВ, Чурбанова МА, Юрьева ВД. Физиологическое распределение эритроцитов на уровне дуги аорты по данным цитометрического и спектрофлуориметрического исследований. Вестник Томского государственного университета. 2007;300:170—1.

10. Глушкова ЕГ, Глушков ВС, Калинин ЕП, Галян СП. Изменение проницаемости мембран эритроцитов для АТФ при их сдвиговой деформации в условиях активации свободно-радикального окисления. Медицинская наука и образование Урала. 2016;17:40—3.

11. Морозова ВТ, Луговская СА, Почтарь МЕ. Эритроциты: структура, функции, клинико-диагностическое значение (лекция). Клиническая лабораторная диагностика. 2007;10:21—35.

12. Петрова ИВ, Трубачева ОА, Гусакова СВ Роль оксида азота в регуляции Са2+-зависимой К+-проницаемости мембраны эритроцитов человека. Вестник Томского государственного университета. 2011;346:165—8.

13. Муравьев АВ, Маймистова АА, Тихомирова ИА, Булаева СВ, Михайлов ПВ, Муравьев АА. Роль протеинкиназ мембраны эритроцитов в изменениях их деформируемости и агрегации. Физиология человека. 2012;382:94.

14. Васильева ЕМ. Биохимические особенности эритроцита. Влияние патологии (обзор литературы). Биомедицинская химия. 2005;51:118—26.

15. Кузник БИ. Клеточные и молекулярные механизмы регуляции системы гемостаза в норме и патологии. Экспресс-издательство. Чита; 2010.

16. Козлова ВА, Сенникова СВ, ред. Система цитокинов: Теоретические и клинические аспекты. Наука. Новосибирск; 2004.

17. Белевич ЕИ, Костин ДГ, Слобожанина ЕИ. Эриптоз — запрограммированная гибель эритроцитов. Успехи современной биологии. 2014;134:149—57.

18. Оловникова НИ, Николаева ТЛ. Антигены эритроцитов человека. Гематология и трансфузиология. 2001;46:37—45.

19. Селезнев АВ. Взаимосвязь антигенов, биомеханических и реологических свойств эритроцитов. В кн.: Проблемы патологии системы гемостаза. Барнаул; 2007: стр. 196—8.

20. Чумакова СП, Уразова ОИ, Новицкий ВВ, Шипулин ВМ, Хохлов ОА, Мальцева ИВ и др. Связь АВ0- и Резус-фенотипов эритроцитов c выраженностью интраоперационного гемолиза у кардиохирургических больных. Клиническая лабораторная диагностика. 2013;1:40—2.

21. Уразова ОИ, Новицкий ВВ. Лабораторная диагностика гематологических синдромов и болезней. Печатная мануфактура. Томск; 2008.

22. Атауллаханов ФИ, Корунова НО, Спиридонова ИС, Пивоваров ИО, Калягина НВ, Мартынов МВ. Как регулируется объем эритроцита, или Что могут и чего не могут математические модели в биологии. Биологические мембраны. 2009;26:163—79.

23. Глушков ВС, Сторожок СА. Запрограммированная гибель эритроцитов (эриптоз). Вестник Уральской медицинской академии наук. 2009;2:99.

24. Остальные источники см. в References.

25. References

26. Novikov Ya, ed. Pathophysiology of blood. BINOM. Moscow; 2014 (in Russian).

27. Novitskiy VV, Ryazantseva NV, Stepovaya EA. Physiology and pathophysiology of erythrocyte. Tomsk State University. Tomsk; 2004 (in Russian).

28. Bhattacharya A. Red blood cell mechanics. J Indian Med Assoc. 2011;109:668—82.

29. Ghashghaeinia M, Toulany M, Saki M, Rodemann HP, Mrowietz U, Lang F et al. Potential roles of the NFκB and glutathione pathways in mature human erythrocytes. Cell Mol Biol Lett. 2012;17:11—20.

30. Keerthivasan G, Wickrema A, Crispino JD. Erythroblast enucleation. Stem Cells Int. 2011. Available at: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/22007239

31. Vorobiev AI, ed. Manual of Hematology. Vol. 3. Newdiamed. Moscow; 2005 (in Russian).

32. Ney PA. Normal and disordered reticulocyte maturation. Curr Opin Hematol. 2011;18:152—7.

33. Yushkov BG, Klimin VG, Kuzmin AI. Vessels of the bone marrow and regulation of hematopoiesis. Ural branch of the Russian Academy of Sciences. Ekaterinburg; 2004 (in Russian).

34. Liu JJ, Guo XA, Mohandas NM, Chasis JA, An X. Membrane remodeling during reticulocyte maturation. Blood. 2010;115:2021—7.

35. Storozhok SA, Sannikov AG, Zakharov YuM. Molecular structure of erythrocyte membranes and their mechanical properties. Tyumen State University. Tyumen; 1997 (in Russian).

36. Chen K, Liu J, Heck S, Chasis JA, An X, Mohandas N. Resolving the distinct stages in erythroid differentiation based on dynamic changes in membrane proteinexpression during erythropoiesis. Proc Natl Acad Sci USA. 2009;106:17413—8.

37. Jimeno P, Luque J, Garcia-Perez AI, Pinilla M. A comparative study by a single chromatographic procedure of glycolytic regulatory kinase isozymes in rat erythroid cells as a function of differentiation-maturation process. Biochem Mol Biol Int. 1998;45:1211—25.

38. Griffiths NJ, Hill DJ, Borodina E, Sessions RB, Devos NI, Feron CM et al. Meningococcal surface fibril (Msf) binds to activated vitronectin and inhibits the terminal complement pathway to increase serum resistance. Mol Microbiol. 2011;82:1129—49.

39. Chateauvieux S, Grigorakaki C, Morceau F, Dicato M, Diederich M. Erythropoietin, erythropoiesis and beyond. Biochem Pharmacol. 2011;82:1291—303.

40. Sarrazin S, Sieweke M. Integration of cytokine and transcription factor signals in hematopoietic stem cell commitment. Semin Immunol. 2011;23:326—34.

41. Lin KR, Li CL, Yen JJ, Yang-Yen HF. Constitutive phosphorylation of GATA-1 at serine26 attenuates the colony-forming activity of erythrocytecommitted progenitors. PLoS One. 2013;8. Available at: http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/23717580

42. Roytman EV. Biorheology. Clinical haemorheology. Basic concepts, indicators, equipment (lecture). Clinical laboratory diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2001;5:25—32 (in Russian).

43. Khadartsev AA, Kidalov VN, Yakushina GN, Syasin NI, Krasilnikova NA. The early reaction of erythrocyte to extreme effects is the formation of conditioned polymorphic stomas and changes in their fluorescence. Bulletin of New Medical Technologies (Vestnik Novykh Meditsinskikh Tekhnologiy). 2002;9:19—21 (in Russian).

44. Pogorelov VM, Krasnova LS, Chanieva MI, Krasnikova AV, Kozinets GI. Geometry of prehemolitic poikilocytes in standard blood centrifuges on slides. Russian Journal of Hematology and Transfusiology (Gematologiya i Transfuziologiya). 2008;53:22—6 (in Russian).

45. Medvedev MA, Koval GS, Ryazantseva NV, Churbanova MA, Yureva VD. Physiological distribution of erythrocytes at the level of the aortic arch from cytometric and spectrofluorimetric studies. Bulletin of Tomsk State University (Vestnik Tomskogo Gosudarstvennogo Universiteta). 2007;300:170—1 (in Russian).

46. Glushkova EG, Glushkov VS, Kalinin EP, Galyan SP. Change in permeability of erythrocyte membranes for ATP under their shear deformation under conditions of activation of free radical oxidation. Medical Science and Education of Ural (Meditsinskaya Nauka i Obrazovanie Urala). 2016;17:40—3 (in Russian).

47. Morozova VT, Lugovskaya SA, Pochtar ME. Erythrocytes: structure, function, clinical and diagnostic value (lecture). Clinical Laboratory Diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2007;10:21—35 (in Russian).

48. Foller M, Huber SM, Lang F. Erythrocyte programmed cell death. IUBMB Life. 2008;60:661—8.

49. Petrova IV, Trubacheva OA, Gusakova SV. Nitric oxide function in regulation of Ca2+-dependent K+-permeability of human erythrocyte. Bulletin of Tomsk State University (Vestnik Tomskogo Gosudarstvennogo Universiteta). 2011;346:165—8 (in Russian).

50. Kaestner L, Bernhardt I. Ion channels in the human red blood cell membrane: their further investigation and physiological relevance. Bioelectrochemistry. 2002;55:71—4.

51. Lang E, Qadri SM, Lang F. Killing me softly — suicidal erythrocyte death. Int J Biochem Cell Biol. 2012;44:1236—43.

52. Lang KS, Lang PA, Bauer C, Duranton C, Wieder T, Huber SM et al. Mechanisms of suicidal erythrocyte death. Cell Physiol Biochem. 2005;15:195—202.

53. George A, Pushkaran S, Li L, An X, Zheng Y, Mohandas N et al. Altered phosphorylation of cytoskeleton proteins in sickle red blood cells: the role of protein kinase C, Rac GTPases, and reactive oxygen species. Blood Cells Mol Dis. 2010;45:41—5.

54. Muraviev AV, Maymistova AA, Tikhomirova IA, Bulaeva SV, Mikhaylov PV, Muraviev AA. The role of protein kinases of the erythrocyte membrane in changes in their deformability and aggregation. Human Physiology (Fiziologiya Cheloveka). 2012;38:94 (in Russian).

55. Vasilieva EM. Biochemical features of erythrocyte. The influence of pathology (review of literature). Biomedical Chemistry (Biomeditsinskaya Khimiya). 2005;51:118—26 (in Russian).

56. Kuznik BI. Cellular and molecular mechanisms of hemostasis regulation in norm and pathology. Express Publishing. Chita; 2010 (in Russian).

57. Chu H, Puchulu-Campanella E, Galan JA, Tao WA, Low PS, Hoffman JF. Identification of cytoskeletal elements enclosing the ATP pools that fuel human red blood cell membrane cation pumps. Proc Natl Acad Sci USA. 2012;109:12794—9.

58. Castagnola M, Messana I, Sanna MT, Giardina B. Oxygen-linked modulation of erythrocyte metabolism: state of the art. Blood Transfus. 2010;8:53—8.

59. Tziakas DN, Chalikias GK, Tentes IK, Stakos D, Chatzikyriakou SV, Mitrousi K et al. Interleukin-8 is increased in the membrane of circulating erythrocytes in patients with acute coronary syndrome. Eur Heart J. 2008;29:2713—22.

60. Kozlova VA, Sennikova SV, ed. System of cytokines: Theoretical and clinical aspects. Nauka. Novosibirsk; 2004 (in Russian).

61. Mandal D, Mazumder A, Das P, Kundu M, Basu J. Fas-, caspase 8-, and caspase 3-dependent signaling regulates the activity of the aminophospholipid translocase and phosphatidylserine externalization in human erythrocytes. J Biol Chem. 2005;280:39460—7.

62. Belevich EI, Kostin DG, Slobozhanina EI. Erythosis is the programmed death of red blood cells. Successes of modern biology (Uspekhi Sovremennoy Biologii). 2014;134:149—57 (in Russian).

63. Hermand P, Huet M, Callebaut I, Gane P, Ihanus E, Gahmberg CG et al. Binding sites of leukocyte beta 2 integrins (LFA-1, Mac-1) on the human ICAM-4/LW blood group protein. J Biol Chem. 2000;275:26002—10.

64. Olovnikova NI, Nikolaeva TL. Antigens of human erythrocytes. Hematology and Transfusiology (Gematologiya i Transfuziologiya). 2001;46:37—45 (in Russian).

65. Seleznev AV. Interrelation of antigens, biomechanical and rheological properties of erythrocytes. In: Problems of the pathology of the hemostasis system. Barnaul; 2007: pp. 196—8 (in Russian).

66. Chumakova SP, Urazova OI, Novitskiy VV, Shipulin VM, Khokhlov OA, Maltseva IV et al. Relation of AB0 and Rhesus phenotypes of erythrocytes with the severity of intraoperative hemolysis in cardiosurgical patients. Clinical Laboratory Diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2013;1:40—2 (in Russian).

67. Jiang H, Anderson GD, McGiff JC. Red blood cells (RBCs), epoxyeicosatrienoic acids (EETs) and adenosine triphosphate (ATP). Pharmacol Rep. 2010;62:468—74.

68. Cortese-Krott М, Kelm M. Endothelial nitric oxide synthase in red blood cells: key to a new erythrocrine function? Redox Biol. 2014;2:251—8.

69. Ellsworth ML, Ellis CG, Sprague RS. Role of erythrocyte-released ATP in the regulation of microvascular oxygen supply in skeletal muscle. Acta Physiol (Oxf). 2016;216:265—76.

70. Mendonca R, Silveira AA, Conran N. Red cell DAMPs and inflammation. Inflamm Res. 2016;65:665—78.

71. Urazova OI, Novitskiy VV. Laboratory diagnostics of hematological syndromes and diseases. Printing manufactory. Tomsk; 2008 (in Russian).

72. Ataullakhanov FI, Korunova NO, Spiridonova IS, Pivovarov IO, Kalyagina NV, Martynov MV. How is the volume of the erythrocyte regulated, or what can and can not be done by mathematical models in biology. Biological Membranes (Biologicheskie Membrany). 2009;26:163—79 (in Russian).

73. Schaer CA, Vallelian F, Imhof A, Schoedon G, Schaer DJ. CD163- expressing monocytes constitute an endotoxin-sensitive Hb clearance compartment within the vascular system. J Leukoc Biol. 2007;82:106— 10.

74. Levy AP, Asleh R, Blum S, Levy NS, Miller-Lotan R, Kalet-Litman S et al. Haptoglobin: basic and clinical aspects. Antioxid Redox Signal. 2010;12:293—304.

75. Kato GJ. Haptoglobin halts hemoglobin’s havoc. J Clin Invest. 2009;119:2140—2.

76. Tolosano E, Fagoonee S, Morello N, Vinchi F, Fiorito V. Heme scavenging and the other facets of hemopexin. Antioxid Redox Signal. 2010;12:305—20.

77. Gottlieb Y, Topaz O, Cohen LA, Yakov LD, Haber T, Morgenstern A et al. Physiologically aged red blood cells undergo erythrophagocytosis in vivo but not in vitro. Haematologica. 2012;97:994—1002.

78. Glader D. Destruction of erythrocytes. Wintrobe’s Clinical Hematology. Lippincott Williams and Wilkins; 2004. Ch. 9: 249—65.

79. Hoehn RS, Jernigan PL, Chang AL, Edwards MJ, Pritts TA. Molecular mechanisms of erythrocyte aging. Biol Chem. 2015;396:621—31.

80. Lang F, Gulbins E, Lerche H, Huber SM, Kempe DS, Foller M. Eryptosis, a window to systemic disease. Cell Physiol Biochem. 2008;22:373—80.

81. Glushkov VS, Storozhok SA. Programmed death of erythrocytes (erythosis). Bulletin of the Ural Medical Academy of Science (Vestnik Uralskoy Meditsinskoy Akademii Nauk). 2009;2:99.

82. Lang E, Lang F. Triggers, inhibitors, mechanisms, and significance of eryptosis: the suicidal erythrocyte death. Biomed Res Int. 2015;2015: 513518.

83. Akman T, Akarsu M, Akpinar H, Resmi H, Taylan E. Erythrocyte deformability and oxidative stress in inflammatory bowel disease. Dig Dis Sci. 2012;57:458—64.

84. Fens MH, Storm G, Pelgrim RC, Ultee A, Byrne AT, Gaillard CA et al. Erythrophagocytosis by angiogenic endothelial cells is enhanced by loss of erythrocyte deformability. Exp Hematol. 2010;38:282—91.

85. Govekar RB, Kawle PD, Advani SH, Zingde SM. Reduced PKC α activity induces senescent phenotype in erythrocytes. Anemia. 2012;2012:168050.

86. Gusev GP, Govekar R, Gadewal N, Agalakova NI. Understanding quasi-apoptosis of the most numerous enucleated components of blood needs detailed molecular autopsy. Ageing Res Rev. 2017;35:46—62.

Иммунологический тест определения полиспецифических агглютининов при гемолитических анемиях

Скрининговое лабораторное исследование, позволяющее выявить фиксированные на эритроцитах аутоантитела разных классов, которые играют основную роль в разрушении клеток при гемолитических анемиях.

Синонимы русские

Прямой антиглобулиновый тест, ПАГТ, прямой тест Кумбса, прямая реакция Кумбса.

Синонимы английские

Direct antiglobulin test (DAT) with polyspecific antihuman globulin (AHG), Direct Coombs Test, Direct Anti-human Globulin Test.

Метод исследования

Реакция агглютинации.

Какой биоматериал можно использовать для исследования?

Венозную кровь.

Как правильно подготовиться к исследованию?

  • Не курить в течение 30 минут до исследования.

Общая информация об исследовании

Аутоиммунные гемолитические анемии характеризуются выработкой антител к эритроцитарным антигенам с последующим разрушением эритроцитов вследствие фагоцитоза или активации системы комплемента.

В зависимости от места, где происходит процесс разрушения эритроцитов, различают внутрисосудистый и внутриклеточный иммунный гемолиз. При внутрисосудистом гемолизе разрушение эритроцитов обусловлено прямым повреждающим действием антител при участии системы комплемента. Комплемент – это семейство сывороточных белков, которые разрушают меченные антителами клетки. Эффекторами внутрисосудистого гемолиза чаще всего являются аутоантитела класса IgM, реже IgG. Антитела фиксируют комплемент на мембране эритроцита с образованием мембраноповреждающего комплекса, формирование которого приводит к образованию большого количества пор в оболочке клетки, ее набуханию и разрушению. Антитела, вызывающие внутрисосудистый гемолиз, называют холодовыми, поскольку они наиболее эффективно связываются с антигенами эритроцитов при температуре 4-18 °С. В процессе внутриклеточного гемолиза участвуют макрофаги – специальные клетки, основная функция которых — поглощение и разрушение чужеродных и меченных антителами субстанций. Макрофаги имеют рецепторы к IgG и С3 компоненту комплемента, поэтому покрытые ими эритроциты захватываются макрофагами и разрушаются. Антитела, вызывающие внутриклеточный гемолиз, называют тепловыми, так как они наиболее эффективно связываются с антигенами эритроцитов при 37 °С.

Таким образом, в качестве лабораторных маркеров аутоиммунного гемолиза целесообразно использовать выявление фиксированных на эритроцитах антител классов IgM и IgG, а также С3 компонента комплемента. В зависимости от эффекта, который аутоантитела оказывают на эритроциты в пробирке, выделяют гемолизины (разрушают клетки) и агглютинины (вызывают склеивание эритроцитов между собой). На способности аутоантител in vitro, то есть в пробирке, вызывать агглютинацию эритроцитов и построено большинство лабораторных методик их выявления.

Современным методом постановки прямого антиглобулинового теста является реакция агглютинации в геле. Используемый в реакции полиспецифический антиглобулиновый реагент содержит антитела к иммуноглобулинy G и к С3 компоненту системы комплемента человека, а также может реагировать с IgA и IgM молекулами. В микропробирки с гелем, содержащим антиглобулиновый реагент, добавляют суспензию исследуемых эритроцитов и центрифугируют. При наличии на поверхности эритроцитов аутоантител они связываются с реагентом, что приводит к агглютинации эритроцитов между собой. В процессе центрифугирования происходит разделение агглютинированных и неагглютинированных эритроцитов. Неагглютинированные эритроциты имеют размер, сравнимый с размером частиц геля, и свободно проходят сквозь них под действием центробежной силы, формируя на дне микропробирки компактный осадок красного цвета, а агглютинированные эритроциты ввиду больших размеров задерживаются на поверхности геля или в его толще.

Для чего используется исследование?

  • Для обнаружения антител к антигенам собственных эритроцитов, фиксированных на их поверхности.

Когда назначается исследование?

  • При выяснении причин гемолитической анемии (когда есть подозрение, что гемолиз обусловлен наличием аутоантител).

Что означают результаты?

Референсные значения

Антиэритроцитарные антитела к IgG и C3d-компоненту комплемента не обнаружены.

Отрицательный результат

Норма – клетки образуют компактный осадок на дне микропробирки.

Положительный результат

Агглютинированные клетки образуют красный слой на поверхности или в толще геля.

Особенности физиологии эритроцитов. Гемолиз и эриптоз Текст научной статьи по специальности «Фундаментальная медицина»

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2018

■ ОСОБЕННОСТИ ФИЗИОЛОГИИ ЭРИТРОЦИТОВ. ГЕМОЛИЗ И ЭРИПТОЗ

Features of the physiology of erythrocytes. Hemolysis and eryptosis

Чумакова С. П., Уразова О. И., Зима А. П., Новицкий В. В. Chumakova S. P., Urazova O. I., Zima A. P., Novitskiy V. V.

ФГБОУ ВО «Сибирский государственный медицинский уни- Siberian State Medical University, Tomsk, Russian Federation верситет» Минздрава России, г. Томск, Россия

■Ш РЕЗЮМЕ

Цель настоящего обзора литературы — осветить изменения внутриклеточной организации эритроидных клеток в ходе их созревания (формирование цитоскелета, поверхностных детерминант, энуклеация, миграция ре-тикулоцитов в кровоток) и охарактеризовать основные транскрипционные факторы, участвующие в реализации эритропоэтинового сигнала. Описаны особенности движения эритроцитов в потоке крови, их деформируемость, изменения формы и ионной проницаемости мембраны в зависимости от сектора кровеносного русла. Рассмотрены эритроцитарные факторы, способные модулировать тонус сосудов, гемостаз и активность воспаления, а также рецепторы и поверхностные детерминанты эритроцитов. Проанализированы механизмы и последствия внутрисосудистого и внутриклеточного гемолиза, молекулярные механизмы, индукторы и ингибиторы эриптоза, связанные с усилением эриптоза заболевания и принцип функционирования «селезеночного фильтра». Проанализирован 61 литературный источник, выявленный путем систематического поиска литературы в базе данных PubMed (Medline, PreMedline), научной электронной библиотеке (eLIBRAR.ru) и среди печатных изданий, вышедших с 1997 г. по май 2017 г.

Ключевые слова: эритроциты; эритропоэз; эритропоэтин; эриптоз; гемолиз; мембрана; поверхностные молекулы; деформируемость; ионный транспорт

Для цитирования: Чумакова С. П., Уразова О. И., Зима А. П., Новицкий В. В. Особенности физиологии эритроцитов. Гемолиз и эриптоз. Гематология и трансфузиология. 2018;63(4): 343—351 doi: 10.25837/HAT.2019.51.80.003

ABSTRACT

This article reviews the data on the changes of erythroid cells intracellular organization during maturation (including cytoskeleton and surface determinants formation, enucleation, and reticulocytes migration into the bloodstream), and primary transcription factors involved in the realization of erythropoietin signaling. The features of erythrocytes movement in the bloodstream; their deformability, form and membrane ion permeability variations depending on the bloodstream sector are described. The erythrocytic factors capable of modulating the vascular tonus, hemostasis, and inflammation degree, as well as the erythrocytes receptors and surface determinants are discussed. The mechanisms and consequences of intravascular and intracellular hemolysis; eryptosis molecular mechanisms, inductors and inhibitors; the pathologies associated with enhanced eryptosis and principle of «splenic filter» functioning are analyzed. 61 sources were analyzed, which were identified through systematic literature search in PubMed (Medline, PreMedline), scientific electronic library (eLIBRAR.ru) and among printed publications appeared from 1997 to May 2017.

Keywords: erythrocytes; erythropoiesis; erythropoietin; eryptosis; hemolysis; membrane; surface molecules; deformability; ion transport For citation: Chumakova S. P., Urazova O. I., Zima A. P., Novitskiy V. V. Features of the physiology of erythrocytes. Hemolysis and eryptosis. Russian Journal of Hematology and Transfusiology (Gematologiya i Transfuziologiya). 2018;63(4): 343-351 (in Russian). doi: 10.25837/HAT.2019.51.80.003

For correspondence: Chumakova Svetlana P., MD, associate professor of the department of pathophysiology, Siberian State Medical University, Tomsk, 634050, Russian Federation. E-mail: [email protected]

Для корреспонденции: Чумакова Светлана Петровна, д. м. н., доцент кафедры патофизиологии, ФГБОУ ВО «Сибирский государственный медицинский университет» Минздрава России, 634050, г. Томск, Россия. Электронная почта: [email protected]

Финансирование. Исследование не имело спонсорской поддержки. Конфликт интересов. Авторы заявляют об отсутствии конфликта интересов.

Поступила 16.05.2018 Принята к печати 24.12.2018

Введение

Эритроциты —— это безъядерные клетки крови, имеющие форму двояковогнутого диска, 98% белкового состава которых приходится на гемоглобин, обеспечивающий их кислородотранспортную функцию. В силу структурных и метаболических особенностей эритроциты не способны к синтезу белков и липидов, окислительному фосфорилированию и поддержанию реакций цикла трикарбоновых кислот [1——3]. Редукция данных обменных процессов и механизмов трансляции генетического материала в зрелых клетках эритроидного ряда позволила длительное время рассматривать эритроциты как клетки с ограниченными возможностями и изучать их лишь в качестве моделей клеточной мембраны [4]. Между тем эритроциты обладают рядом особенностей, определяющих уникальность этих форменных элементов крови.

Генез и свойства эритроцитов

Образование красных кровяных клеток происходит в костном мозге в результате энуклеации эритрокарио-цитов, которая представляет собой аномальное клеточное деление оксифильного нормобласта с формированием разделительной пластинки между эксцентрично расположенным ядром и цитоплазмой. Дальнейшее сокращение нитей актина цитоскелета опосредует появление перетяжки, разделяющей клетку на рети-кулоцит и «пиреноцит» —— ядро, окруженное мембраной и тонким кольцом цитоплазмы, которое далее фагоцитируется костномозговыми макрофагами [5]. В течение 30——40 ч ретикулоциты дозревают в костном мозге, избавляясь от ненужных компартментов (рибосом, митохондрий, эндоплазматического ретикулума) путем образования цитоплазматических везикул, которые сливаются с органеллами и подвергаются либо экзоцитозу, либо аутофагии при взаимодействии с ли-зосомами [6, 7]. Достигая определенной степени зрелости, ретикулоциты приобретают способность к упругой деформации и покидают костный мозг, проникая в кровь через цилиндрические поры, пронизывающие цитоплазму эндотелиоцитов костномозговых синусов (диаметр пор не более 4 мкм), и затем, циркулируя в

Information about authors:

Chumakova S. P.; http://orcid.org/0000-0003-3468-6154 Urazova O. I.; http://orcid.org/0000-0002-9457-8879 Zima A. P.; http://orcid.org/0000-0002-9034-7264 Novickiy V. V.; http://orcid.org/0000-0002-9577-8370 Financial disclosure. The study had no sponsorship. Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.

Received 16 May 2018 Accepted 24 Dec 2018

периферической крови, в течение 24——30 ч дифференцируются до эритроцитов [6, 8, 9].

В норме молодые формы ретикулоцитов не выходят за пределы миелоидной ткани, так как характеризуются низкой деформируемостью вследствие незавершенности процессов формирования цитоске-лета, которые прекращаются лишь на стадии поздних форм ретикулоцитов. Несмотря на то что синтез белков цитоскелета происходит только в эритрокариоци-тах, процессы структурной организации сети путем самосборки активно продолжаются и после того, как клетки лишатся ядер. Это подтверждается наличием в цитоплазме молодых форм ретикулоцитов, преждевременно высвобождающихся из кроветворной ткани при кровопотере, свободных молекул спектрина и интенсивно фосфорилированного белка полосы 4.1, которые отсутствуют во внутриклеточном матриксе зрелых эритроцитов [9, 10].

Синтез субъединиц спектрина, актина и аддуцина наиболее активно протекает в малодифференцирован-ных клетках (пронормобластах и базофильных нор-мобластах), но фиксация спектрин-актиновой сети к внутренней поверхности мембраны эритроцитов происходит благодаря белкам полос 3 и 4.1, которые синтезируются на этапе более зрелых клеток (полихро-матофильных и оксифильных нормобластов) [9——11]. Интенсивная выработка ферментов гликолиза фос-фофруктокиназы и пируваткиназы также начинается со стадии эритробласта и характеризуется чередованием экспрессии нескольких изоферментов на различных стадиях созревания эритрокариоцитов [12]. Экспрессия гликофорина А на клетках эритроидного ряда происходит на поздних стадиях эритропоэза, в то время как кластер дифференцировки CD55 синтезируется на стадии эритробластов [9, 13].

Образование основной части эритроцитарных белков происходит на этапе дифференцировки эри-тропоэтинзависимых кроветворных клеток. Эритро-поэтин (ЭПО) регулирует не только пролиферацию, но и созревание эритроидных предшественников. Связывание этого цитокина с его рецептором на эри-трокариоцитах инициирует гомодимеризацию, ас-

социированную с рецептором тирозиновой киназы Jak2 (Janus kinase 2), которая фосфорилирует молекулу рецептора по восьми остаткам тирозина, саму себя и цитозольный фактор транскрипции STAT5 (signal transducer and activator of transcription б), проникающий в ядро для усиления экспрессии антиапо-птотического гена BCL-XL. Одновременно при взаимодействии фосфорилированных остатков тирозина с белком p85 активируется Р13-киназа, которая через связывание с протеинкиназой Akt фосфорилиру-ет ядерный транскрипционный фактор GATA-1 [14, 15]. Последний интенсивно экспрессируется во всех эритроидных клетках, поскольку функциональные GATA-связывающие сайты присутствуют в регуля-торных областях практически всех эритроидспеци-фичных генов и прежде всего генов ферментов синтеза гемоглобина [16].

В периферической крови эритроциты, двигаясь по магистральным сосудам, совершают не только поступательное движение, но и вращаются вокруг своей оси, благодаря чему фильтруют и осаждают на своей поверхности компоненты плазмы крови. При этом максимально удаленные от оси вращения торообра-зующие области эритроцита наиболее уязвимы к повреждениям, в том числе и иммунными комплексами [18, 19]. Кроме того, эритроциты на уровне дуги аорты подвергаются сепарации: наиболее молодые и полноценные клетки отправляются в головной мозг, а старые и дегенеративные —— на периферию [20].

В зависимости от участка кровеносного русла эритроциты модулируют свои вязкостно-эластические свойства, меняя степень сродства между белками ци-тоскелета, что регулируется уровнем фосфорилиро-вания последних и внутриклеточным содержанием кальция [2, 3]. Между тем мембрана эритроцитов слабо проницаема для катионов, поскольку в ней отсутствуют каналы ионов натрия [21, 22], а каналы ионов калия открываются только при увеличении концентрации внутриклеточного кальция [23, 24]. В настоящее время показано, что поступление кальция в эритроциты происходит через неспецифические ионные каналы TRPC6 (transient receptor potential channel 6), которые активируются при окислительном стрессе и действии простагландина E2 [23, 25, 26]. Не исключается наличие в клетках рецепторуправляемых, меха-ночувствительных и даже потенциалзависимых каналов ионов кальция L-типа, поскольку в эксперименте входящий ток кальция блокируется производными дигидропиридина [10, 21, 27].

В магистральных сосудах эритроцит испытывает преходящее повышение мембранной проницаемости для катионов при сдвиговой деформации —— «деформационный стресс», —— в результате чего ионы Na+ и Сa2+ поступают внутрь через участки пониженной плотности упаковки молекул липидного двойного слоя при его кренировании [10]. Увеличение концентрации

внутриклеточного Са2+ приводит к тесному взаимодействию белков цитоскелета, придающих прочность (стабильность) мембране и дисковидную форму клетке, что решает задачу сохранения ее целостности в экстремальных условиях турбулентного потока крови. По мере продвижения клеток по сосудистому руслу в эритроцитах за счет функционирования Na+/K+- и Са2+-аденозитрифосфатаз (АТФаз) внутриклеточная концентрация Na+ и Са2+ уменьшается, и белки цитоскелета подвергаются фосфорилированию, что приводит к снижению жесткости мембраны и клетки в целом. Фосфорилируются в основном молекулы белков полос 3, 4.1, 4.9, спектрина, анкирина и аддуцина, в структуру которых входят до трех остатков фосфорной кислоты, в результате чего они теряют сродство к друг другу, и жесткость мембраны уменьшается, обеспечивая проявление деформируемости эритроцитов в микроциркуляторном русле [3, 9, 10, 28, 29]. In vivo при определенных условиях NaVR’-АТФаза может превращаться в фермент, транспортирующий ионы Na+ и Н+ по градиенту их концентраций с образованием корот-коживущих молекул АТФ, которые имеют сигналин-дуцирующее значение [30].

Показано, что АТФ в эритроцитах может находиться в цитозоле или же быть мембранносвязан-ной [30-—32] и образуется исключительно анаэробным путем, на что уходит 90% поступающей глюкозы [33]. Эритроциты не утилизируют кислород, но в процессе его транспорта могут подвергаться повреждающему действию активных форм кислорода, поэтому они обладают мощной системой антиоксидантной защиты, основными компонентами которой являются суперок-сиддисмутаза, каталаза и система глутатиона. В свою очередь восстановление глутатиона осуществляется за счет окисления восстановленного никотинамидаде-ниндинуклеотидфосфата (НАДФ), который является продуктом пентозофосфатного шунта, потребляющего оставшиеся 10% глюкозы [2].

Удивительно то, что в зрелых безъядерных клетках эритроидного ряда обнаруживается ядерный фактор транскрипции kB, фармакологическая блокада которого in vitro приводит к уменьшению внутриклеточной концентрации восстановленного глутатиона, экспонированию фосфатидилсерина на внешней поверхности мембраны и гибели эритроцитов [4]. Кроме того, показано наличие цитокиновых рецепторов на мембране эритроцитов, в частности рецепторов к интерлейкину (ИЛ) 8, которые, как предполагается, служат эквивалентом растворимых рецепторов, связывая избыток цитокина [34]. Наряду с этим эритрокариоциты человека in vitro способны секретировать ИЛ-ip, ИЛ-2, ИЛ-4, ИЛ-6, ИЛ-10, фактор некроза опухоли а, трансформирующий фактор роста pi, интерферон у [35].

Экспериментально доказано наличие на мембране зрелых красных кровяных клеток рецепторов к инсулину, эндотелину, фибриногену, гистамину, тромбок-

сану A2, простациклину, церулоплазмину, а2-макро-глобулину, эритропоэтину, рецептора Fas, лиганда к рецептору Fas и Fas-ассоциированного белка с доменом смерти FADD (Fas-associated protein with death domain), а также а- и ß-адренорецепторов [10, 27, 31, 36, 37]. Их роль в клетке еще до конца не изучена. Однако показано, что поступление глюкозы в эритроциты не зависит от инсулина и происходит путем облегченной диффузии с помощью белка-переносчика GLUTI, мутация гена которого может приводить к функционированию переносчика как кальцийпроницаемого кати-онного канала [37].

Кроме того, эритроциты способны вступать в межклеточные контакты с тромбоцитами, лейкоцитами и эндотелием, что опосредуется молекулами межклеточной адгезии 4-го типа (CD242), экспонированными на мембране эритроцитов [31, 38]. Среди множества мембранных гликопротеинов, несущих антигенные детерминанты групп крови, есть и функциональные молекулы, определяющие, например, электростатические взаимодействия эритроцитов с другими объектами (гликофорины A, B, C, D) и степень активации системы комплемента (молекулы CD35, CD55, CD59) [7, 39]. Наличие на эритроцитах антигенов системы AB0, не обладающих какой-либо функциональной значимостью и представленных на всех клетках организма, существенно модулирует свойства эритроцита. Эритроциты с 0-фенотипом характеризуются низкой склонностью к агрегации и малым средним объемом, клетки B-фенотипа имеют противоположные характеристики, в то время как эритроциты с фенотипом AB быстро разрушаются при хранении [40]. К тому же у лиц с группами крови, отличными от первой, интенсивность перекисного окисления липидов в эритроцитах выше, а электрофоретическая подвижность эритроцитов ниже, чем у лиц группы 0 [31]. В отношении антигенов системы крови резус показано, что C-антиген обладает защитным влиянием на устойчивость эритроцитов к гемолизу и его отсутствие на мембране эритроцитов (сс-фенотип) предрасполагает к внутрисосудистому гемолизу [41].

Эритроциты являются важными участниками ко-агуляционного и сосудисто-тромбоцитарного гемостаза, источником фосфолипидных везикул, антигепаринового фактора, аденозиндифосфата (АДФ), NO и модулируют ретракцию кровяного сгустка. В эритроцитах содержатся фибринакцелератор (возможно, гликофорин), фибринстабилизирующий фактор и естественные антикоагулянты (сорбируются из плазмы и депонируются в эритроцитах), активаторы и ингибиторы фибринолиза [31]. Кроме того, красные кровяные клетки транспортируют аминокислоты, белки, углеводы, ферменты, липиды, иммунные комплексы, продукты обмена, гормоны и другие биологически активные вещества, регулируют pH крови и участвуют в водно-солевом обмене [6, 22, 31]. Зре-

лые клетки эритроидного ряда обладают также способностью модулировать тонус резистивных сосудов, высвобождая в кровоток вазодилатирующие агенты, в том числе адениловые нуклеотиды (АТФ, АДФ), эпок-сиэйкозатриеновые кислоты и молекулы NO. Последние вырабатываются в эритроцитах при участии NO-синтазы эндотелиального типа либо депонируются из плазмы крови путем связывания с гемоглобином [31, 42-—44]. Кроме того, эритроциты способны модулировать воспаление, поскольку содержат в цитоплазме белки теплового шока и ИЛ-33, которые индуцируют системную воспалительную реакцию в условиях вну-трисосудистого гемолиза [45].

Таким образом, роль эритроцитов в организме не ограничивается газотранспортной функцией, их свойства многообразны, а клеточная и молекулярная организация гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Выполняя жизненно важные задачи, красные кровяные клетки совершают кругооборот по организму более миллиона раз, проходя сотни километров. За это время эритроциты подвергаются механическому повреждению, в них происходят метаболические изменения, которые через 90-—120 суток после образования клеток приводят к их гибели [2, 6, 22, 36].

Общие закономерности гибели эритроцитов в норме и при патологии

В норме у человека за 1 секунду разрушается 5 млн эритроцитов, за сутки — более 360 млрд. При этом физиологический эритродиерез на 80-—90% обусловлен внутриклеточным гемолизом и лишь на 10-—20% -— внутрисосудистым [6]. Гемолизом (гематолизисом, эритроцитолизом; от греч. haima -— кровь, lysis -— распад, разрушение, растворение) называется разрушение эритроцитов с выходом гемоглобина в окружающую их среду. Внутриклеточный гемолиз представляет собой разрушение клетками-киллерами (макрофагами, гранулоцитами, натуральными киллерами) «маркированных» иммуноглобулинами класса G (IgG) или измененных эритроцитов в селезенке, печени и костном мозге. Внутрисосудистый гемолиз -— это компле-ментзависимый лизис «маркированных» Ig класса M (реже G) эритроцитов в кровотоке, а также результат физического повреждения эритроцитов в условиях турбулентного тока крови, при фазовых переходах и инвазии паразитами (малярия, бабезиоз) [6, 46]. В процессе внутрисосудистого гемолиза эритроциты проходят ряд стадий: предгемолитическая -— сферу-ляция эритроцитов; осмотический гемоглобинолиз — распад и выход части гемоглобина в плазму, что связано с достижением эритроцитом критического объема (146% от первоначального) и увеличением размера пор в мембране до более 6 нм; химический гемоглобино-лиз -— изменение химического состава (электрохимических и коллоидно-осмотических свойств) эритро-

цитов с полным расщеплением гемоглобина; полное разрушение клеточной структуры [47].

Чрезмерное усиление гемолитических реакций на фоне патологии приводит к развитию гемолитической анемии. При этом наследственные гемолитические анемии сопровождаются усилением преимущественно внутриклеточного пути эритродиереза, а приобретенные —— чаще всего активацией внутрисосудистого механизма разрушения эритроцитов [6, 46].

Если эритроцит разрушается непосредственно в кровотоке, большинство поступившего в плазму свободного гемоглобина взаимодействует с гаптоглоби-ном, препятствующим проникновению гемоглобина через гломерулярный фильтр в почках, после чего данный комплекс поглощается тканевыми макрофагами с участием scavenger-рецепторов («рецепторов-мусорщиков») CD163 [48, 49]. Часть гемоглобина в плазме окисляется и распадается на гем и глобин. Гем в плазме крови связывается с гемопексином и транспортируется в печень. При внутриклеточном гемолизе оба компонента гемоглобина поступают в цитоплазму клеток ретикулоэндотелиальной системы (РЭС) после разрушения фагоцитированных ими эритроцитов [6, 50, 51].

Механизмы внутриклеточного гемолиза и эриптоз

Гиперактивация внутриклеточного эритроцитолиза является следствием ускоренного старения эритроцитов, приводящего к изменению структурно-функциональных характеристик клетки и приобретению ею свойств, характерных для старых эритроцитов. Существует ряд гипотез, которые объясняют механизмы старения эритроцитов и их смерти: снижение активности внутриклеточных ферментов, изменение баланса Са2+, углеводного состава мембраны и заряда эритроцитов, окислительная модификация структур клетки, появление антител к компонентам мембраны [53, 54]. Все эти факторы играют роль, однако истинный механизм старения эритроцитов до конца не изучен [6]. В последние годы появились сведения о феномене запрограммированной гибели эритроцитов, которая отличается от апоптоза ядросодержащих клеток и поэтому называется эриптозом [23, 26, 37, 55——57].

Эриптоз является физиологическим процессом и основным механизмом эритродиереза в норме. Гибель эритроцитов путем эриптоза характерна для стареющих или поврежденных клеток. При этом активаторы эриптоза реализуют свое действие через внешние и внутренние механизмы. В первом случае ключевым моментом инициации гибели клетки служит связывание Fas-лиганда с Fas-рецептором (CD95) на мембране эритроцита и образование Fas-ассоциированного комплекса с доменом смерти FADD, который активирует прокаспазу-8 и затем каспазу-3. Считается, что Fas-рецептор, Fas-лиганд, FADD и прокаспаза-8

локализованы в детергентрезистентных микродоменах мембраны эритроцитов. В стареющих или подвергнутых окислительному стрессу эритроцитах отмечается непосредственная активация каспазы-3, что влечет за собой снижение активности аминофосфоли-пид-транслоказы, поддерживающей функциональную асимметрию мембранных фосфолипидов, экстернали-зацию фосфатидилсерина и каспаза-3-опосредован-ную деградацию белка полосы 3 [36, 37, 55], выполняющего функцию ионного обменника (Cl-/HCO3-), якоря для закрепления цитоскелета в мембране и сайта для связывания ферментов гликолиза [2, 32]. В эритроцитах с истощением запасов АТФ инициация эриптоза связана с активацией протеинкиназы C и фосфори-лированием неселективных катионных каналов, что приводит к их открыванию и входу ионов кальция в клетку (см. рис. 1) [37, 55].

Активация процессов эриптоза отмечается при дефиците ЭПО и была обнаружена у больных хронической почечной недостаточностью, нуждающихся в программном гемодиализе, а также при сепсисе, малярии, серповидноклеточной анемии, ß-талассемии, дефиците глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы, дефиците железа, гемолитико-уремическом синдроме и болезни Вильсона [37, 55, 56]. Инициация эриптоза также возможна при разрушении рецепторов к ЭПО, экспрес-сированных на мембране эритроцитов в небольших количествах [23, 56], что подчеркивает особую значимость эритропоэтина как защитного фактора среди всех ингибиторов эриптоза, к которым относят аде-нозин, амитриптилин, ацетилцистеин, эритропоэтин, дибутирил-цГМФ, кофеин, катехоламины, фуросе-мид, глутатион, нитропруссид, мочевину, витамин E, зидовудин и др. Активаторами эриптоза являются азатиоприн, амиодарон, ацилсфингозин (церамид), валиномицин, витамин K3, гликофорин C, гранзим B, диметилфумарат, ионофор А23187, ипратропиум бромид, лейкотриен C, лизофосфатидная кислота, ме-тилдопа, метилглиоксаль, нистатин, пептидогликан, простагландин E2, радиоконтрастные препараты, ре-тиноидная кислота, рибавирин, рифампицин, сфин-гомиелиназа, сфингозин, тирозиназа, хлорпромазин, циклоспорин, CD95/Fas-лиганд и др. [57].

В норме взаимодействие рецептора с эритропоэти-ном поддерживает ионные каналы эритроцитарной мембраны в закрытом состоянии. Деградация этих рецепторов по мере старения эритроцитов (или по другим причинам) приводит к увеличению притока в их цитоплазму Са2+, который активирует фосфоли-пазу A2, Са2+-зависимые К+-каналы, Са2+-чувствитель-ную скрэмблазу и повышает степень сродства белков цитоскелета друг к другу. В свою очередь скрэмблаза переносит молекулы фосфатидилсерина, локализованного в интактных эритроцитах на внутренней стороне мембраны, на внешний слой липидного бислоя, что является «меткой» для макрофагов, фагоцитирующих

Са2*-активируемый К+-канал («Gardos channels»)

Са2+-activated K+-channel («Gardos channels»)

Неселективный ионный канал

Nonselective ion channel

Экстернализация фосфатидилсерина

Externalization of phosphatidyl serine

Рисунок 1. Схема механизма активации эриптоза [56]. АК — арахидоновая кислота; ПГЕ2 — проста-гландин E2; Ск — скрэмблаза; СМ-аза — сфинго-миелиназа; ФАТ — фактор активации тромбоцитов; ФЛА2 — фосфолипаза А2; ЦОГ — циклооксигеназа; (+) — активирующее воздействие. Figure 1. Diagram of eriptosis activation mechanism [56]. AA — arachidonic acid; COX — cyclooxygenase; PAF — platelet-activating factor; PGE2 — prostaglandin E2; PLA2 — phospholipase A2; Sc — scramblase; SM-ase — sphingomyelinase; (+) — activating effect.

подобные клетки. Фосфолипаза А2 инициирует деградацию мембранных фосфолипидов с образованием арахидоновой кислоты и фактора активации тромбоцитов. Открывание Са2+-зависимых К+-каналов приводит к выходу из клетки К+, а следовательно, ионов С1- и молекул воды, что уменьшает объем эритроцита и повышает вязкость его внутриклеточного матрикса [27, 56]. Последнее, вместе с тесным взаимодействием компонентов цитоскелета под влиянием Са2+ и уменьшением эластичности мембраны эритроцитов из-за увеличения в ней по мере старения клеток соотношения «холестерол/фосфолипиды», снижает их деформируемость [10, 22, 58]. Кроме того, прогрессирующее накопление Са2+ в цитозоле стареющих эритроцитов может быть следствием дефицита АТФ и несостоятельности Са2+-АТФазы, что связано с угнетением активности ферментов гликолиза, пентозофосфатного пути и ан-тиоксидантной защиты, а также с увеличением микровязкости клеточной мембраны [2, 3].

Форма двояковогнутого диска является оптимальной для реализации деформируемости эритроцитов, поскольку обеспечивает максимальную поверхность клетки при заданном объеме и возможность изменения формы без изменения объема клетки [17, 47]. В ходе физиологического эритродиереза и истощения ферментных систем геометрия клетки неизбежно меняется —— снижается соотношение «поверхность/ объем», т. е. происходит сферуляция эритроцитов [22, 58]. Одновременно уменьшаются поверхность и объем клеток, что связано с удалением части поврежденной мембраны эритроцитов клетками РЭС или самими эритроцитами путем образования микровезикул [1, 2, 22, 31]. Уменьшение объема стареющего эритроцита при неизменном содержании гемоглобина способ-

ствует увеличению вязкости цитоплазмы, что вместе с нарастанием микровязкости мембраны, деградацией и увеличением сродства белков цитоскелета, а также утратой дисковидной формы клетки снижает ее деформируемость [22].

Способность эритроцитов к упругой деформации необходима для успешного прохождения через узкие фенестры «селезеночного фильтра», образованного ретикулярными клетками и волокнами, макрофагами, дендритными и эндотелиальными клетками. Задерживаясь в синусоидах селезенки, эритроциты пребывают в условиях умеренного закисления окружающего пространства, что служит дополнительным внеклеточным фактором, потенцирующим снижение их деформируемости, в результате чего они теряют способность проникать через выходные отверстия синусоидов [6, 22]. Ригидные (стареющие и поврежденные) эритроциты подвергаются эритрофагоцитозу или ремодели-рованию эндотелиальными клетками венозных синусов и макрофагами селезенки. При гиперспленизме интенсивность внутриклеточного гемолиза нарастает даже в отсутствие первичной патологии эритроцитов, что определяется гиперплазией эндотелиальных и иммунных элементов селезенки вследствие инфекционных заболеваний, нарушений иммунитета, появления в ней метастазов опухолей и очагов внекостномозгово-го кроветворения [1, 52, 59].

Клетки красной пульпы селезенки имеют уникальные антигенные характеристики и обладают подвижностью, что позволяет им иммунологически тестировать и фагоцитировать аномальные, старые, покрытые антителами или несущие собственные модифицированные детерминанты эритроциты [1, 36]. При естественном старении красных кровяных клеток происходит

образование агрегатов белка полосы 3, которые становятся носителями неоантигенов и обусловливают образование и связывание с ними IgG [2, 60, 61]. Данный процесс, как и микровезикуляция эритроцитов, усиливается при повреждении мембранных структур клетки свободными радикалами [2, 22]. Иммунный механизм элиминации аномальных эритроцитов также активируется при гемобластозах, что связано с изменением антигенных свойств эритроцитов, образованных при опухолевой трансформации кроветворной ткани [46].

Заключение

Подводя итог вышеизложенному, следует отметить, что сегодня, благодаря широкому внедрению молекулярных методов в практику научных исследований, представление о внутриклеточной организации эритроцитов и их роли в организме существенно изменилось. Фокус интересов исследователей сместился от вопросов реологии, факторов лизиса, биохимии и морфологии эритроцитов к изучению особенностей молекулярной структуры их цитоплазматической мембраны, цитоскелета, антигенных детерминант и рецепторов, вторичных мессенджеров, механизмов функционирования систем ионного транспорта и способов управления ими. Это позволяет не только понять на фундаментальном уровне уже известные закономерности, но и объяснить новые явления, связанные с образованием и гибелью эритроцитов. Часть научных фактов касательно молекулярной организации эритроцита до сих пор носит описательный характер и требует дальнейшего изучения.

Анализируя направления исследований в области физиологии и патологии эритроцита на основе современных тенденций в науке, следует выделить поиск способов регуляции эриптоза, управление которым, как и апоптозом ядросодержащих клеток организма, позволило бы решить многие задачи в медицине: например, повышение устойчивости эритроцитов к гемолизу при хранении препаратов консервированной крови, защита эритроцитов от ятрогенного гемолиза при экстракорпоральном кровообращении, лечение эритроцитозов опухолевого генеза, гемолитических, гипопластических и дефицитных анемий, сопровождающихся ускоренной гибелью эритроцитов. В целом патологический гемолиз часто реализуется через усиление отдельных звеньев физиологического процесса разрушения эритроцитов. В связи с этим знание физиологических особенностей эритроцитов, включая механизмы эриптоза, открывает новые горизонты для разработки инновационных методов коррекции гемолитических процессов in vitro и в организме человека.

Сведения об авторах

Чумакова Светлана Петровна (Chumakova S. P.), д. м. н., доцент кафедры патофизиологии, [email protected]

Уразова Ольга Ивановна (Urazova O. Р.), д. м. н., профессор, член-кор. РАН, профессор кафедры патофизиологии, [email protected]

Зима Анастасия Павловна (Zima A. Р.), д. м. н., профессор кафедры патофизиологии, ведущий научный сотрудник центральной научно-исследовательской лаборатории, [email protected]

Новицкий Вячеслав Викторович (Novickiy V. V.), д. м. н., профессор, академик РАН, Заслуженный деятель науки РФ, заведующий кафедрой патофизиологии, [email protected]

Литература

1. Патофизиология крови. Под ред. Я. Новикова. БИНОМ. Москва; 2014.

2. Новицкий ВВ, Рязанцева НВ, Степовая ЕА. Физиология и патофизиология эритроцита. Издательство Томского университета. Томск; 2004. 6. Руководство по гематологии. Под ред. АИ Воробьева. Том 3. Нью-диамед. Москва; 2005.

8. Юшков БГ, Климин ВГ, Кузьмин АИ. Сосуды костного мозга и регуляция кроветворения. УрО РАН. Екатеринбург; 2004. 10. Сторожок СА, Санников АГ, Захаров ЮМ. Молекулярная структура мембран эритроцитов и их механические свойства. Издательство Тюменского университета. Тюмень; 19977

177 Ройтман ЕВ. Биореология. Клиническая гемореология. Основные понятия, показатели, оборудование (лекция). Клиническая лабораторная диагностика. 2001;5:25-32.

18. Хадарцев АА, Кидалов ВН, Якушина ГН, Сясин НИ, Красильнико-ва НА. Ранняя реакция эритроцита на экстремальные воздействия — образование условно-полиморфных стом и изменение их флуоресценции. Вестник новых медицинских технологий. 2002;9:19-21.

19. Погорелов ВМ, Краснова ЛС, Чаниева МИ, Красникова АВ, Ко-зинец ГИ. Геометрия прегемолитических пойкилоцитов в стандартных центрифугатах крови на предметных стеклах. Гематология и трансфу-зиология. 2008;53:22-6.

20. Медведев МА, Коваль ГС, Рязанцева НВ, Чурбанова МА, Юрьева ВД. Физиологическое распределение эритроцитов на уровне дуги аорты по данным цитометрического и спектрофлуориметрического исследований. Вестник Томского государственного университета. 2007;300:170-1.

21. Глушкова ЕГ, Глушков ВС, Калинин ЕП, Галян СП. Изменение проницаемости мембран эритроцитов для АТФ при их сдвиговой деформации в условиях активации свободно-радикального окисления. Медицинская наука и образование Урала. 2016;17:40-3.

22. Морозова ВТ, Луговская СА, Почтарь МЕ. Эритроциты: структура, функции, клинико-диагностическое значение (лекция). Клиническая лабораторная диагностика. 2007;10:21-35.

24. Петрова ИВ, Трубачева ОА, Гусакова СВ Роль оксида азота в регуляции Са2+-зависимой К+-проницаемости мембраны эритроцитов человека. Вестник Томского государственного университета. 2011;346:165-8.

29. Муравьев АВ, Маймистова АА, Тихомирова ИА, Булаева СВ, Михайлов ПВ, Муравьев АА. Роль протеинкиназ мембраны эритроцитов в изменениях их деформируемости и агрегации. Физиология человека. 2012;382:94.

30. Васильева ЕМ. Биохимические особенности эритроцита. Влияние патологии (обзор литературы). Биомедицинская химия. 2005;51:118-26.

31. Кузник БИ. Клеточные и молекулярные механизмы регуляции системы гемостаза в норме и патологии. Экспресс-издательство. Чита; 2010. 35. Козлова ВА, Сенникова СВ, ред. Система цитокинов: Теоретические и клинические аспекты. Наука. Новосибирск; 2004. 37. Белевич ЕИ, Костин ДГ, Слобожанина ЕИ. Эриптоз — запрограммированная гибель эритроцитов. Успехи современной биологии. 2014;134:149—57

39. Оловникова НИ, Николаева ТЛ. Антигены эритроцитов человека. Гематология и трансфузиология. 2001;46:37—45.

40. Селезнев АВ. Взаимосвязь антигенов, биомеханических и реологических свойств эритроцитов. В кн.: Проблемы патологии системы гемостаза. Барнаул; 2007: стр. 196—8.

41. Чумакова СП, Уразова ОИ, Новицкий ВВ, Шипулин ВМ, Хохлов ОА, Мальцева ИВ и др. Связь АВ0- и Резус-фенотипов эритроцитов c выраженностью интраоперационного гемолиза у кардио-хирургических больных. Клиническая лабораторная диагностика. 2013;1:40—2.

46. Уразова ОИ, Новицкий ВВ. Лабораторная диагностика гематологических синдромов и болезней. Печатная мануфактура. Томск; 2008. 477 Атауллаханов ФИ, Корунова НО, Спиридонова ИС, Пивоваров ИО, Калягина НВ, Мартынов МВ. Как регулируется объем эритроцита, или Что могут и чего не могут математические модели в биологии. Биологические мембраны. 2009;26:163—79. 56. Глушков ВС, Сторожок СА. Запрограммированная гибель эритроцитов (эриптоз). Вестник Уральской медицинской академии наук. 2009;2:99.

Остальные источники см. в References. References

1. Novikov Ya, ed. Pathophysiology of blood. BINOM. Moscow; 2014 (in Russian).

2. Novitskiy VV, Ryazantseva NV, Stepovaya EA. Physiology and pathophysiology of erythrocyte. Tomsk State University. Tomsk; 2004 (in Russian).

3. Bhattacharya A. Red blood cell mechanics. J Indian Med Assoc. 2011;109:668—82.

4. Ghashghaeinia M, Toulany M, Saki M, Rodemann HP, Mrowietz U, Lang F et al. Potential roles of the NFkB and glutathione pathways in mature human erythrocytes. Cell Mol Biol Lett. 2012;17:11 —20.

5. Keerthivasan G, Wickrema A, Crispino JD. Erythroblast enucleation. Stem Cells Int. 2011. Available at: http://www.ncbi.nlm.nih.gov/ pubmed/22007239

6. Vorobiev AI, ed. Manual of Hematology. Vol. 3. Newdiamed. Moscow; 2005 (in Russian).

77 Ney PA. Normal and disordered reticulocyte maturation. Curr Opin Hematol. 2011;18:152—77

8. Yushkov BG, Klimin VG, Kuzmin AI. Vessels of the bone marrow and regulation of hematopoiesis. Ural branch of the Russian Academy of Sciences. Ekaterinburg; 2004 (in Russian).

9. Liu JJ, Guo XA, Mohandas NM, Chasis JA, An X. Membrane remodeling during reticulocyte maturation. Blood. 2010;115:2021—77

10. Storozhok SA, Sannikov AG, Zakharov YuM. Molecular structure of erythrocyte membranes and their mechanical properties. Tyumen State University. Tyumen; 1997 (in Russian).

11. Chen K, Liu J, Heck S, Chasis JA, An X, Mohandas N. Resolving the distinct stages in erythroid differentiation based on dynamic changes in

membrane proteinexpression during erythropoiesis. Proc Natl Acad Sci USA. 2009;106:17413-8.

12. Jimeno P, Luque J, Garcia-Perez AI, Pinilla M. A comparative study by a single chromatographic procedure of glycolytic regulatory kinase isozymes in rat erythroid cells as a function of differentiation-maturation process. Biochem Mol Biol Int. 1998;45:1211 -25.

13. Griffiths NJ, Hill DJ, Borodina E, Sessions RB, Devos NI, Feron CM et al. Meningococcal surface fibril (Msf) binds to activated vitronectin and inhibits the terminal complement pathway to increase serum resistance. Mol Microbiol. 2011;82:1129-49.

14. Chateauvieux S, Grigorakaki C, Morceau F, Dicato M, Diederich M. Erythropoietin, erythropoiesis and beyond. Biochem Pharmacol. 2011;82:1291-303.

15. Sarrazin S, Sieweke M. Integration of cytokine and transcription factor signals in hematopoietic stem cell commitment. Semin Immunol. 2011;23:326-34.

16. Lin KR, Li CL, Yen JJ, Yang-Yen HF. Constitutive phosphorylation of GATA-1 at serine26 attenuates the colony-forming activity of erythrocyte-committed progenitors. PLoS One. 2013;8. Available at: http://www.ncbi. nlm.nih.gov/pubmed/23717580

177 Roytman EV. Biorheology. Clinical haemorheology. Basic concepts, indicators, equipment (lecture). Clinical laboratory diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2001;5:25-32 (in Russian).

18. Khadartsev AA, Kidalov VN, Yakushina GN, Syasin NI, Krasilnikova NA. The early reaction of erythrocyte to extreme effects is the formation of conditioned polymorphic stomas and changes in their fluorescence. Bulletin of New Medical Technologies (Vestnik Novykh Meditsinskikh Tekhnologiy). 2002;9:19-21 (in Russian).

19. Pogorelov VM, Krasnova LS, Chanieva MI, Krasnikova AV, Kozinets GI. Geometry of prehemolitic poikilocytes in standard blood centrifuges on slides. Russian Journal of Hematology and Transfusiology (Gematologiya i Transfuziologiya). 2008;53:22-6 (in Russian).

20. Medvedev MA, Koval GS, Ryazantseva NV, Churbanova MA, Yureva VD. Physiological distribution of erythrocytes at the level of the aortic arch from cytometric and spectrofluorimetric studies. Bulletin of Tomsk State University (Vestnik Tomskogo Gosudarstvennogo Universiteta). 2007;300:170-1 (in Russian).

21. Glushkova EG, Glushkov VS, Kalinin EP, Galyan SP. Change in permeability of erythrocyte membranes for ATP under their shear deformation under conditions of activation of free radical oxidation. Medical Science and Education of Ural (Meditsinskaya Nauka i Obrazovanie Urala). 2016;17:40-3 (in Russian).

22. Morozova VT, Lugovskaya SA, Pochtar ME. Erythrocytes: structure, function, clinical and diagnostic value (lecture). Clinical Laboratory Diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2007;10:21-35 (in Russian).

23. Foller M, Huber SM, Lang F. Erythrocyte programmed cell death. IUBMB Life. 2008;60:661-8.

24. Petrova IV, Trubacheva OA, Gusakova SV. Nitric oxide function in regulation of Ca2+-dependent K+-permeability of human erythrocyte. Bulletin of Tomsk State University (Vestnik Tomskogo Gosudarstvennogo Universiteta). 2011;346:165-8 (in Russian).

25. Kaestner L, Bernhardt I. Ion channels in the human red blood cell membrane: their further investigation and physiological relevance. Bioelectrochemistry. 2002;55:71-4.

26. Lang E, Qadri SM, Lang F. Killing me softly — suicidal erythrocyte death. Int J Biochem Cell Biol. 2012;44:1236-43.

277 Lang KS, Lang PA, Bauer C, Duranton C, Wieder T, Huber SM et al. Mechanisms of suicidal erythrocyte death. Cell Physiol Biochem. 2005;15:195-202.

28. George A, Pushkaran S, Li L, An X, Zheng Y, Mohandas N et al. Altered phosphorylation of cytoskeleton proteins in sickle red blood cells: the role of protein kinase C, Rac GTPases, and reactive oxygen species. Blood Cells Mol Dis. 2010;45:41-5.

29. Muraviev AV, Maymistova AA, Tikhomirova IA, Bulaeva SV, Mikhaylov PV, Muraviev AA. The role of protein kinases of the erythrocyte membrane in changes in their deformability and aggregation. Human Physiology (Fiziologiya Cheloveka). 2012;38:94 (in Russian).

30. Vasilieva EM. Biochemical features of erythrocyte. The influence of pathology (review of literature). Biomedical Chemistry (Biomeditsinskaya Khimiya). 2005;51:118-26 (in Russian).

31. Kuznik BI. Cellular and molecular mechanisms of hemostasis regulation in norm and pathology. Express Publishing. Chita; 2010 (in Russian).

32. Chu H, Puchulu-Campanella E, Galan JA, Tao WA, Low PS, Hoffman JF. Identification of cytoskeletal elements enclosing the ATP pools that fuel human red blood cell membrane cation pumps. Proc Natl Acad Sci USA. 2012;109:12794-9.

33. Castagnola M, Messana I, Sanna MT, Giardina B. Oxygen-linked modulation of erythrocyte metabolism: state of the art. Blood Transfus. 2010;8:53-8.

34. Tziakas DN, Chalikias GK, Tentes IK, Stakos D, Chatzikyriakou SV, Mitrousi K et al. Interleukin-8 is increased in the membrane of circulating erythrocytes in patients with acute coronary syndrome. Eur Heart J. 2008;29:2713-22.

35. Kozlova VA, Sennikova SV, ed. System of cytokines: Theoretical and clinical aspects. Nauka. Novosibirsk; 2004 (in Russian).

36. Mandal D, Mazumder A, Das P, Kundu M, Basu J. Fas-, caspase 8-, and caspase 3-dependent signaling regulates the activity of the aminophospholipid translocase and phosphatidylserine externalization in human erythrocytes. J Biol Chem. 2005;280:39460-77

377 Belevich EI, Kostin DG, Slobozhanina EI. Erythosis is the programmed death of red blood cells. Successes of modern biology (Uspekhi Sovremennoy Biologii). 2014;134:149-57 (in Russian).

38. Hermand P, Huet M, Callebaut I, Gane P, Ihanus E, Gahmberg CG et al. Binding sites of leukocyte beta 2 integrins (LFA-1, Mac-1) on the human ICAM-4/LW blood group protein. J Biol Chem. 2000;275:26002-10.

39. Olovnikova NI, Nikolaeva TL. Antigens of human erythrocytes. Hematology and Transfusiology (Gematologiya i Transfuziologiya). 2001;46:37-45 (in Russian).

40. Seleznev AV. Interrelation of antigens, biomechanical and rheological properties of erythrocytes. In: Problems of the pathology of the hemostasis system. Barnaul; 2007: pp. 196-8 (in Russian).

41. Chumakova SP, Urazova OI, Novitskiy VV, Shipulin VM, Khokhlov OA, Maltseva IV et al. Relation of AB0 and Rhesus phenotypes of erythrocytes with the severity of intraoperative hemolysis in cardiosurgical patients. Clinical Laboratory Diagnostics (Klinicheskaya Laboratornaya Diagnostika). 2013;1:40-2 (in Russian).

42. Jiang H, Anderson GD, McGiff JC. Red blood cells (RBCs), epoxyeicosatrienoic acids (EETs) and adenosine triphosphate (ATP). Pharmacol Rep. 2010;62:468-74.

43. Cortese-Krott M, Kelm M. Endothelial nitric oxide synthase in red blood cells: key to a new erythrocrine function? Redox Biol. 2014;2:251-8.

44. Ellsworth ML, Ellis CG, Sprague RS. Role of erythrocyte-released ATP in the regulation of microvascular oxygen supply in skeletal muscle. Acta Physiol (Oxf). 2016;216:265-76.

45. Mendonca R, Silveira AA, Conran N. Red cell DAMPs and inflammation. Inflamm Res. 2016;65:665 -78.

46. Urazova OI, Novitskiy VV. Laboratory diagnostics of hematological syndromes and diseases. Printing manufactory. Tomsk; 2008 (in Russian). 47 Ataullakhanov FI, Korunova NO, Spiridonova IS, Pivovarov IO, Kalyagina NV, Martynov MV. How is the volume of the erythrocyte regulated, or what can and can not be done by mathematical models in biology. Biological Membranes (Biologicheskie Membrany). 2009;26:163-79 (in Russian).

48. Schaer CA, Vallelian F, Imhof A, Schoedon G, Schaer DJ. CD163-expressing monocytes constitute an endotoxin-sensitive Hb clearance compartment within the vascular system. J Leukoc Biol. 2007;82:106 — 10.

49. Levy AP, Asleh R, Blum S, Levy NS, Miller-Lotan R, Kalet-Litman S et al. Haptoglobin: basic and clinical aspects. Antioxid Redox Signal. 2010;12:293-304.

50. Kato GJ. Haptoglobin halts hemoglobin’s havoc. J Clin Invest. 2009;119:2140-2.

51. Tolosano E, Fagoonee S, Morello N, Vinchi F, Fiorito V. Heme scavenging and the other facets of hemopexin. Antioxid Redox Signal. 2010;12:305-20.

52. Gottlieb Y, Topaz O, Cohen LA, Yakov LD, Haber T, Morgenstern A et al. Physiologically aged red blood cells undergo erythrophagocytosis in vivo but not in vitro. Haematologica. 2012;97:994-1002.

53. Glader D. Destruction of erythrocytes. Wintrobe’s Clinical Hematology. Lippincott Williams and Wilkins; 2004. Ch. 9: 249-65.

54. Hoehn RS, Jernigan PL, Chang AL, Edwards MJ, Pritts TA. Molecular mechanisms of erythrocyte aging. Biol Chem. 2015;396:621-31.

55. Lang F, Gulbins E, Lerche H, Huber SM, Kempe DS, Foller M. Eryptosis, a window to systemic disease. Cell Physiol Biochem. 2008;22:373-80.

56. Glushkov VS, Storozhok SA. Programmed death of erythrocytes (erythosis). Bulletin of the Ural Medical Academy of Science (Vestnik Uralskoy Meditsinskoy Akademii Nauk). 2009;2:99.

57 Lang E, Lang F. Triggers, inhibitors, mechanisms, and significance of eryptosis: the suicidal erythrocyte death. Biomed Res Int. 2015;2015: 513518.

58. Akman T, Akarsu M, Akpinar H, Resmi H, Taylan E. Erythrocyte deformability and oxidative stress in inflammatory bowel disease. Dig Dis Sci. 2012;57:458-64.

59. Fens MH, Storm G, Pelgrim RC, Ultee A, Byrne AT, Gaillard CA et al. Erythrophagocytosis by angiogenic endothelial cells is enhanced by loss of erythrocyte deformability. Exp Hematol. 2010;38:282-91.

60. Govekar RB, Kawle PD, Advani SH, Zingde SM. Reduced PKC a activity induces senescent phenotype in erythrocytes. Anemia. 2012;2012:168050.

61. Gusev GP, Govekar R, Gadewal N, Ag alakova NI. Understanding quasi-apoptosis of the most numerous enucleated components of blood needs detailed molecular autopsy. Ageing Res Rev. 2017;35:46-62.

Гемолитические анемии

Гемолитические анемии
 
Обширная группа заболеваний, различающихся по этиологии, патогенезу, клинической картине, методам лечения называется гемолитическими анемиями. Повышенный распад эритроцитов и укорочение продолжительности их жизни – это основные признаки гемолитических анемий. Продолжительность жизни эритроцитов составляет 100-120 дней в физиологических условиях.
В результате физиологического распада эритроцитов образовавшийся пигмент билирубина циркулирует в крови в виде свободного билирубина. Билирубин транспортируется в печеночную клетку, где при участии ферментов соединяется с глюкуроновой кислотой. Из печеночных клеток образовавшийся билирубин-глюкуронид проникает в желчные ходы и он выделяется вместе с желчью в кишечник. Стареющие эритроциты подвергаются секвестрации в синусах селезенки, а также в костном мозге.
Приобретенные гемолитические анемии. Аутоиммунная гемолитическая анемия.. Является наиболее часто встречающимся заболеванием среди приобретенных гемолитических анемий. Она обусловлена появлением в организме больного антител к собственным эритроцитам, которые агглютинируются и подвергаются распаду в клетках ретикулогистиоцитарной системы.
Приобретенные, гемолитические анемии связаны с воздействием различных факторов, сг: способствующих разрушению.
Наследственные гемолитические анемии являются следствием различных генетических дефектов в эритроцитах, которые становятся функционально неполноценными и нестойкими. Наследственные гемолитические анемии. Наследственный микросфероцитоз (болезнь Минковского-Шоффара) был впервые описан в 1900 г. Минковским, а в дальнейшем более подробно — Шоффаром.
При внутрисосудистом гемолизе гемоглобин поступает в повышенном количестве в плазму и выделяется с мочой в неизменном виде или в виде гемосидерина. Последний может откладываться во внутренних органах .
Вследствие усиленного разрушения эритроцитов при гемолитических анемиях продолжительность их жизи укорачивается до 12 – 14 дней.
Увеличением экскреции уробилина с мочой и калом, наклонностью к образованию камней в желчном пузыре и протоках. Патологический гемолиз может быть преимущественно внутриклеточным или внутрисосудистым.
Главным образом внутриклеточный распад эритроцитов происходит в клетках ретикулогистиоцитарной системы в селезенке, и сопровождается повышением в сыворотке содержания свободного билирубина. Гемолитические анемии делятся на две большие группы: наследственные и приобретенные. По течению гемолиз может быть острым или хроническим.
Этиология и патогенез.
Генетический дефект белка мембраны эритроцита – основа заболевания. Сфероциты в отличие от двояковогнутых нормальных эритроцитов не обладают способностью деформироваться в узких участках кровотока.
Имеющаяся аномалия мембраны приводит к проникновению в эритроцит избытка ионов натрия и повышенному накоплению в нем воды, вследствие чего образуются сферические эритроциты. При переходе в синусы селезенки.
Ведет к замедлению продвижения эритроцитов в синусах селезенки, отщеплению части поверхности эритроцитя с образованием микросфероцитов и постепенной их гибели. Разрушенные эритроциты поглощаются макрофагами селезенки.
Постоянный гемолиз эритроцитон в селезенке ведет к гиперплазии клеток ее пульпы и увеличению органа.
Суточное выделение стеркобилина при наследственном микросфероцитозе превышает норму в 10—20 раз. Следствием повышенного вылеления билирубина в желчь является плейохромия желчи и образование пигментных камней н желчном пузыре и протоках.
В связи с усиленным распадом эритроцитов в сыворотке повышается содержание свободного билирубина. Поступающий в повышенном количестве в кишечник билирубин выводится из организма с мочой и главным образом с калом в виде стеркобилина.
Патологоанытомическая картина.
Костный мозг в плоских и трубчатых костях гиперплазирован за счет эритроидного ростка, отмечаются явления эритрофагоцитоза макрофагами. Кожа и внутренние органы при наследсвенном микросфероцитозе бледны и желтушны. В печени, костном мозге, лимфатических узлах нередко выявляется гемосидероз. В селезенке наблюдаются резко выраженное кровенаполнение пульпы, гиперплазия эндотелия синусов, уменьшение размеров и количества фолликулов
Клиническая картина.
Жалобы вне обострения заболевания могут отсутствовать. Эти больные, по образному выражению Шоффара, “более желтушны, чем больные”. В период обострения отмечаются слабость, головокружение, повышение температуры тела.
В большинстве случаев первые признаки выявляются в юношеском или зрелом возрасте. У детей болезнь обнаруживается обычно при обследовании по поводу заболевания их родственников. Клиника зависит от выраженности гемолиза.
Одним из основных клинических симптомов является желтуха, которая долгое время может оставаться единственным признаком заболевания. Выраженность желгухи зависит, с одной стороны, от интенсивности гемолиза, а с другой – от способности печени к конъюгированию свободного билирубина с глюкуроновой кислотой. В связи со склонностью к камнеобразованию у больных могут возникать приступы желчнокаменной болезни, нередко сопровождающиеся признаками холецистита.
В случае закупорки камнем общего желчного протока возникает синдром обтурационной желтухи (значительное повышение содержания билирубина, наличие желчных пигментов в моче, кожный зуд и др.).
В моче билирубин не обнаруживается, так как свободный билирубин не проходит через почки. Кал интенсивно окрашен в темно-коричневый цвет вследствие повышенного содержания стеркобилина.
Кардинальным симптомом наследственного микросфероцитоза является увеличение селезенки, которая обычно выступает из подреберья на 2 – 3 см.
При длительно протекаюшем гемопизе наблюдается значительная спленомегалия, в связи с чем больные жалуются на тяжесть в левом подреберье, печень при неосложненном заболевании обычно нормальных размеров, но иногда у больных, длительно страдаюших гемолитической анемией, она увеличена.
Могут наблюдаться признаки замедленного развития, а также нарушения лицевого скелета в виде башенного черепа, седловидного носа, высокого стояния неба, нарушения расположения зубов, узких глазниц.
У лиц среднего и пожилого возраста иногда встречаются плохо поддаюшиеся лечению рофические язвы голени, связанные с агглютинапией и распадом эритроцитов в мелких капиллярах конечностей.
Выраженность анемического синдрома различна. Часто отмечается умеренное снижение гемоглобина. У некоторых больных анемия вообще отсутствует. Наиболее резкая ишемизация наблюдается в период гемолитических кризов.
Течение заболевания характеризуется так называемыми гемолитическими кризами, проявляющим ися резким усилением симптомов на фоне непрерывно текущего гемолиза. При этом повышается температура тела в связи с массовым распадом эритроцитов, увеличивается интенсивность желтухи, появляются сильные боли в животе, рвота.
Гемолитические кризы возникают обычно после интеркуррентных инфекций, переохлаждения, у женщин в связи с беременностью. Частота кризов различна, у ряда больных они не возникают.
Гематологическая картина.
В мазке крови преобладают микросфероциты, отличающиеся отсутствием характерного для нормальных эритроцитов центрального просветления. Анемия при наследственном микроросфероцитозе носит нормохромный характер. Преобладание микроцитов на кривой Прайс-Джонса, отражающей количественные соотношения эритропитов различных диаметров (средний диаметр нормального эритроцита составляет 7 – 7,5 мкм). При наследственном микросфероцитозе вершина кривой Прайс-Джонса растянута и сдвинута влево в сторону микроцитов.
Содержание непрямого билирубина в крови повышено умеренно и, как правило, не превышает 50 – 70 мкмоль/л. Определяется повышенное содержание уробилина в моче и стеркобилина в кале.
Количество ретикулоцитов увеличено. Число лейкоцитов обычно нормально. Г1ри гемолитических кризах отмечается нейтрофильный лейкоцитоз со сдвигом влево. Количество тромбоцитов варьирует в пределах нормы. В костном мозге отмечается выраженная гиперплазия эритроидного ростка.
Диагноз.
Важное значение имеет обследование родственников больных, у которых могут определяться едва уловимые признаки гемолиза или микросфероцитоз без клинических проявлений. Наследственный микросфероцитоз диагностируют на основании течения заболевания (чередование кризов и ремиссий), клинической картины (желтуха, спленомегалия, боли в правом подреберье, анемия), данных исследования периферической крови (нормохромная анемия, ретикулоцитоз, микросфероцитоз).
Дифференциальная диагностика наследственного микросфероцитоза сводится прежде всего к диагностике гемолитической анемии вообще и требует исключения целого ряда заболеваний. При дифференциальной диагностике наследственного микросфероцитоза с другими гемолитическими анемиями необходимо исключить аутоиммунные гемолитические анемии.
Правильному диагнозу способствует проба Кумбса, выявляющая фиксированные на эритроцитах аутоантитела при аутоиммунных гемолитических анемиях.
Гемолитический криз, сопровождающийся анемией, лейкоцитозом с выраженным сдвигом влево, появлением в крови нормоцитов, гиперплазией эритроидного ростка костного мозга при незначительном увеличении количества недифференцированных клеток, наряду с увеличением селезенки нередко дает повод к ошибочной диагностике некоторых форм лейкозов, в частности острого эритромиелоза.
Существуют группы гемолитических анемий, обусловленных недостаточностью различных ферментов в эритроцитах и протекающих в виде хронических гемолитических анемий. В отличие от наследственного микросфероцитоза при данных формах отсутствует сфероцитоз, в связи с чем эти анемии получили название несфероцитарных. В пользу последних свидетельствуют наряду с отсутствием сфероцитоза нормальная или слегка увеличенная осмотическая резистентность эритроцитов, повышение аутогемолиза, некорригируемого глюкозой, выявление недостаточности различных ферментов в эритроцитах.
Лечение.
Единственным методом лечения больных наследственным микросфероцитозом является спленэктомия, которая оказывается эффективной в 100 % случаев. После спленэктомии у больных наступает практическое излечение, несмотря на то, что эритроциты сохраняют свои патологические свойства (микросфероцитоз, снижение осмотической резистентности) . Прекрашение гемолиза после спленэктомии объясняется удалением основного плацдарма разрушения микросфероцитов.
Спленэктом ия показана при частых гемолитических кризах, резкой анемизации больных, инфарктах селезенки, приступах печеночной колики. При наличии соответствующих показаний в некоторых случаях одновременно со спленэктомией может быть произведена холецистэктомия. При легких компенсированных формах заболевания у взрослых показания к спленэктомии следует ограничивать. В качестве предоперационной подготовки анемизированных больных показаны переливания эритроцит ной массы. Налначение глюкокортикоидных гормонов при наслелственном микросфероцитозе неэффективно.
Прогноз:
Г1ри наследственном микросфероцитозе прогноз относительно благоприятным. Многие больные доживают до старости.
При медико-генетических консультациях супругов, один из которых болен микросфероцитозом, необходимо объяснить, что вероятность возникновения заболевания у детей несколько ниже 50.
Наследственныс гемолсстссческие анемии, связанньсе с дефицитом активности ферментов. Эта неоднородная группа заболевалийо обозначается также как несфероцитарные гемолитические анемии. В отличие от микросфероцитоза они характеризуются нормальной формой эритроцитов с тенденцией к макропланоцитозу, нормальной или повышенной осмотической резистентностью эритроцитов, рецессивным типом наследования, отсутсгвием эффекта от спленэктомии. В основе патогенеза несфероцитарных гемолитических анемий лежит дефицит активности некоторых ферментов эритроцитов, в результате чего эритроциты становятся чувствительными к воздействию различных веществ растительного происхождения, лекарственных средств.
Наиболее распространенной среди этой группы заболеваний является острая гемолитическая анемия, связанная с дефицитом глюкозо-6-фосфатде-гидрогеназы (Г-6-ФДГ). Согласно сведениям ВОЗ, в мире насчитывается около 100 млн человек с дефицитом активности Г-6-ФДГ. Наиболее часто эта аномалия встречается в странах Средиземноморского побережья (Италия, Греция), некоторых странах Латинской Америки и Африки. В СССР Г-6-ФДГ наиболее распространен среди жителей Армении и Азербайджана. Кроме того, носительство патологического гена описано у таджиков, грузин, русских.
Этиология и патогенез.
Различают симптоматические и идиопати-ческие аутоиммунные гемолитические анемии.
Симптоматические аутоиммунные анемии возникают на фоне различных заболеваний, сопровождаюищихся нарушениями в иммунокомпетентной системе. Наиболее часто они встречаются при хроническом лимфолейкозе, лимфо-гранулематозе, парапротеинемических гемобластозах, системной красной волчанке, ревматоидном артрите, хронических гепатитах и циррозах печени.
В тех случаях, когда появление аутоантител не улается связать с каким-либо патологическим процессом, говорят об идиопатической аутоиммунной гемолитической анемии, которая составляет около 50 % всех аутоиммунных анемий.
Поклиническому течению выделяют острую и хроническую ауто-иммунную гемолитическую анемию. При острых формах аутоиммунной гемолитической анемии у больных внезапно появляются резкая слабость, сердцебиение, одышка, лихорадка, желтуха. При хронических формах заболевание развивается исподволь. Общее состояние больных изменяется мало. Одышка и сердцебиение могут отсутствовать, несмотря на выраженную анемизацию, что связано с. постепенной адаптацией больных к гипоксии. Объективно выявляет;я увеличение селезенки, реже – печени. При аутоиммунной анемии, связанной с холодовыми агглютининами ( холодовая агглютининовая болезнь), отмечаются плохая переноси-мость холода и развитие на холоду таких симптомов, как крапивница, синдром Рейно, гемоглобинурия.
Течение заболевания характеризуется склонность к обострениям (гемолитическим кризам) под влиянием инфекций, чаще вирусных, или при воздействии холода.
Гематологическая картина.
В периферической крови отмечаются нормохромная или умеренно гиперхромная анемия различной степени, рети-кулоцитоз, наличие эритронормобластов. Нередко наблюдается микросфероцитоз эритроцитов. Для аутоиммунной гемопитической анемии с холодовыми агглютининами характерна агглютинация эритроцитов, наблюдающаяся сразу после взятия крови и в мазке. При подогревании агглютинация исчезает. Осмотическая резистентность эритроцитов в большинстве случаев снижена. количество лейкоцитов при идиопатических формах подвержено колебаниям. В случае острого гемолитического криза встречается лейкоцитоз со сдвигом влево до миелоцитов. При хронических формах количество лейкоцитов близко к норме. Число тромбоцитов не изменено. СОЭ сильно увеличена. В костном мозге наблюдается резко выраженная гиперплазия эритроидного ростка.
Среди лабораторных признаков повышенного гемолиза отмечаются увеличение содержания непрямого билирубина, повышенная экскреция стеркобилина с калом.
Диагноз аутоиммунной гемолитической анемии ставится на основании признаков повышенного гемолиза, с одной стороны, и выявления фиксированных на поверхности эритроцита антител с другой. Основным методом выявления на эритроцитах аутоантител является проба Кумбса.
При дифференциальной диагностике аутоиммунной гемолитической анемии необходимо прежде всего иметь в виду гемолитические анемии другого происхождения
Лечение.
Средством выбора при лечении аутоиммунной гемолитической анемии являются глюкокортикоидные гормоны, которые практически всегда прекращают или уменьшают гемолиз. Необходимым условием гормональной терапии является достаточная дозировка и длительность.
Гемолитическая анемия с постоянной гемосидеринурией и пароксизмальной ночной гемоглобинурией (болезнь Маркиафавы-Микели)
Клиническая картина.
Типичным признаком заболевания является появление мочи черного света, обусловленного выделением с мочой гемосидерина и гемоглобина. Нередко гемоглобинурия имеет место в ночное время ( пароксизмальная ночная гемог-лобинурия). Этот феномен объясняется наступающим во время сна физиологическим ацидозом, активацией пропердина и других факторов, усиливающих гемолиз.
Больные жалуются на слабость, головокружения, одышку, сердцебиения. Характерным признаком являются боли в животе различной локализации и интенсивности, наблюдающиеся, как правило, в период криза и связанные с капиллярными тромбозами мезентериальных сосудов.
Нередко отмечаются тромбозы периферических сосудов, чаще в венах верхних и нижних конечностей, а также других сосудов ( мозговых, селезеночных, почечных). В период криза у больных может повышаться температура тела.
Анемия в течение длительного времени носит нормохромный характер. При значительных потерях с мочой железа в виде гемоглобина и гемосидерина цветовой показатель становится ниже нормы. Количество ретикулоцитов повышено незначительно. Часто наблюдается лейкопения и тромбоцитопения.
В костном мозге отмечается гиперплазия эритроидного ростка, сопровождающаяся нередко угнетением гранулоцитарного и мегакариоцитарного ростков.
При объективном исследовании выявляется бледность кожи с небольшим желтушным оттенком, умеренное увеличение селезенки и печени.
Диагноз.
Среди лабораторных тестов в диагностике болезни Маркиафавы – Микели используются следующие тесты: кислотный тест Хама (гемолиз эритропитов больного в подкисленной человеческой сыворотке), тест Кросби (усиление гемолиза под влиянием тромбина), сахарозный тест (гемолиз эритроцитов больных в свежей донорской крови при добавлении сахарозы).
Болезнь Маркиафавы – Микели может быть у больных с ге-молитическои анемией, резистентной к лечению, сопровождающейся лейко- и тромбоцитарной без значительного увеличения селезенки. Важное диагностическое значение имеет микроскопирование осадка мочи с целью выявления гемосидеринурии и положительная бензидиновая проба с мочой.
Лечение.
Эффективным методом лечения является переливание эритроцитов, предварительно трижды отмытых изотоническим раствором хлорида натрия. Такие эритроциты переливают раз в 4 – 5 дней в количестве 200 – 400 мл, причем не позднее 48 ч после взятия.
Для профилактики и лечения тромбозов показана антикоагулянтная терапия. В период гемолитического криза некоторое уменьи~ение гемолиза достигается при введении плазмозаменителей, в частности декстрана или реополиглюкина в количестве 500 – 1000 мл. Препараты железа показаны при развитии дефицита железа.
Применяют анаболические гормоны (неробол), а также витамин Е и его препараты (эревит), оказывающие антиоксидантное влияние.
Этиология и патогенез.
При низкой активности Г-6-ФДГ в эритроцитах нарушаются процессы восстановления никотинам амидинуклеттидфосфата (НАДФ) и превращения окисленного глютатиона в восстановленный, предохраняющий эритроцит от разрушающего действия потенциальных гемолитических агентов (фенилгидразин, некоторые лекарственные средства, бобовые и др.). Г’емолиз происходит преимущественно внутрисосудистым путем.
Дефицит Г-6-Ф,ЧГ наследуется по рецессивному типу, сцепленному с полом, в связи с чем клинические проявления данной патологии наблюдаются преимущественно у мужчин.
Патологоанатомическая картина.
Отмечается увеличение и полнокровие печени и селезенки, умеренное увеличение и набухание почек. Кожа и внутренние органы желтушны. Микроскопически в почечных канальцах обнаруживают гемоглобинсодержащие цилиндры. В печени и селезенке наблюдается макрофагальная реакция с наличием в макрофага гемосидерина.
Клиническая картина.
Выраженность гемолитического процесса зависит от степени дефицита Г-6-ФДГ и от дозы принятого препарата. Гемолиз наступает не сразу, а через 2 – 3 дня после приема препаратов.
Дефицит Г-б-ФДГ, как правило, проявляется лишь при воздействии гемолитических агентов. Спровоцировать гемолитический криз могут противомалярийные препараты, сульфаниламиды, анальгетики, некоторые химиопрепараты (фурадонин, ПАСК), витамин К, растительные продукты (бобовые, стручковые).
В тяжелых случаях у больных появляются высокая температура, резкая слабость, боли в животе и спине, обильная рвота. Отмечаются выраженная одышка, сердцебиение, нередко развитие коллаптоидного состояния.
Характерным симптомом является выделение темной мочи, иногда черного цвета, что связано с внутрисосудистым распадом эритроцитов и выделением с мочой гемосидерина. В некоторых случаях вследствие закупорки почечных канальцев продуктами распада гемоглобина и резкого снижения клубочковой фильтрации возможно развитие острой почечной недостаточности. При объективном исследовании отмечается желтушная окраска кожных покровов и слизистых оболочек, увеличение селезенки, реже печени, Через неделю гемолиз прекращается, независимо от того, продолжается прием препарата или нет.
Гематологическая картина.
В течение первых двух суток гемолитического криза у больных развивается выраженная нормохромная анемия с падением содержания гемоглобина до 30 г/л и ниже.
Отмечаются высокий ретикулоцитоз, наличие нормоцитов в крови. Особенностью эритроцитов является присутствие в них телец Гейнца, представляющих собой денатурированный гемоглобин.
Осмотическая резистентность эритроцитов нормальная или повышена. Во время криза отмечается лейкоцитоз со сдвигом влево до миелоцитов и более молодых форм. В костном мозге наблюдаются гиперплазия эритроидного ростка и явления эритрофагоцитоза.
Диагноз.
При диагностике необходимо учитывать географическую распространенность дефицита Г-6-ФД1.
Острую гемолитическую анемию, связанную с дефицитом Г-6-ФД1, диагностируют на основании типичной клинико-гематологической картине острого внутрисосудистого гемолиза, связи заболевания с приемом лекарств и данных лабораторных исследований, выявляющих снижение активности Г-6-ФДГ в эритроцитах больных, а иногда их родственников.

Page 136 — АКТУАЛЬНЫЕ НАУЧНО-ТЕХНИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА И СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ

Клинический  анализ  крови  был  выполнен  на  гематологическом
            анализаторе Elita 5; биохимический – на биохимическом анализаторе ERba XL
            (100).
                   Исследование  общего  анализа  крови  (таблица  1)  служит  показателем
            общего состояния здоровья собаки.

                   Таблица 1 - Общий анализ крови собак
                       Показатель              1-я группа (n=15)     2-я группа (n=15)      Контрольная
                                                                                           группа (n=15)
                       Гематокрит                   21,9±1,6              25,5±1,9            49,8±1,9
                       Гемоглобин                   78,7±6,9              98,6±7,8            158,7±2,3
                      Эритроциты                     3,1±0,1              3,6±0,1              7,6±0,1
                          СОЭ                       21,1±1,6              19,3±1,5             3,8±0,3
                       Лейкоциты                    23,4±3,1              20,1±1,7             12±1,5
                       Моноциты                     15,4±1,4              13,5±1,5             5,8±0,7
                      Лимфоциты                     33,9±2,4              31,7±2,2            20,1±0,4
                      Тромбоциты                   124,9±20,4            136,3±18,5           310±30,1

                   Анализируя данные таблицы 1, можно сделать вывод, что:
                   1.     У  животных  1-ой  опытной  группы  понижены,  по  сравнению  с
              контрольной группой, такие показатели как: гематокрит на 27,9%, гемоглобин
              на  80  г/л,  эритроциты  на  4,5×10 /л  за  счет  внутрисосудистого  гемолиза
                                                        12
                                                                                                        9
              эритроцитов. Значительно снижено количество тромбоцитов - на 185,1×10 /л.
                   2.     У  собак  2-ой  опытной  группы  понижены,  по  сравнению  с
              контрольной группой, гематокрит на 24,3%, гемоглобин на 60,1 г/л, эритроциты
                                                             9
                       12
              на 4×10 /л и тромбоциты на 173,7×10 /л.
                   3.     Скорость  оседания  эритроцитов  (СОЭ)  у  животных  1-ой  опытной
              группы была больше на 17,3 мм/ч, по сравнению с контрольной группой, во 2-
              ой опытной группе на 15,5мм/ч соответственно.
                   4.     Количество  лейкоцитов  в  крови  у  собак  1-ой  опытной  группы,  с
                                                                                                        9
              явными признаками гемоглобинурии, увеличено значительно (на 11,4×10 /л),
                                                                                    9
              по  сравнению  со  2-ой  опытной  (увеличено  на  8,1×10 /л)  и  контрольной
              группами. В лейкограмме наблюдали увеличение числа моноцитов (в среднем
              на  8-9%)  и  лимфоцитов  (в  среднем  на  12,7%)  в  обеих  опытных  группах
              животных.
                   На  основании  вышеизложенного,  можно  сделать  следующие  выводы:  у
            животных 1-ой и 2-ой опытных групп гемолитическая анемия, внутриклеточный
            гемолиз, внутрисосудистый гемолиз и системная воспалительная реакция.
                   Количество  эритроцитов  в  кровотоке  больных  бабезиозом  собак  ниже
            нормы, что говорит о недостаточности эритропоэза. Показатели красной крови
            указывают на наличие нарушений в дыхательной функции и развитии острой
            гипоксии органов и тканей.
                   Исследование  биохимического  анализа  крови  (таблица  2)  позволяет
            оценить работу внутренних органов и получить информацию о метаболизме.






                                                           136

Гемолиз при сдачи анализов крови Внутрисосудистый гемолиз

В человеческом организме ежедневно происходит множество биохимических процессов, некоторые из них имеют физиологический характер, а некоторые – патогенетический.

Не является исключением и процесс разрушения оболочки красных кровяных телец, который носит название «Гемолиз».

С одной стороны, он жизненно необходим – жизненный цикл эритроцитов в среднем составляет 125 дней, затем происходит их естественная гибель.

Для организма здорового человека это явление остается незамеченным.

Однако, если клетки крови, выполняющие доставку кислорода к тканям, прекращают свое существование под воздействием различных ядов, медикаментозных средств, инфекционных агентов, аутоиммунных антител – это свидетельствует о включении патогенетических механизмов разрушения эритроцитарной оболочки и высвобождения гемоглобина (гем-содержащего белка).

Гемолиз может происходить внутри сосуда (разрушаются красные тельца, которые циркулируют в кровотоке), внутри клеток органах кроветворения (селезенки, печени, костного мозга), либо в пробирке после взятия крови для лабораторных исследований.


Как проявляется гемолиз?

При разрушении эритроцитов внутри сосуда пациенты отмечают появление:

  • болевых ощущений различной локализации;
  • лихорадки;
  • тахикардии;
  • эйфории;
  • желтого оттенка кожных покровов;
  • потемнение мочи.

Внутриклеточный гемолиз характеризуется общей слабостью, головной болью, рвотой, гепатоспленомегалией, желтушностью склер и кожи.


Причины гемолиза

Возникновение патологических изменений кровяных клеток может быть спровоцировано:

I. Воздействием внешних факторов:

  • пренебрежением требований асептики при выполнении процедуры взятия крови;
  • нарушением условий хранения или транспортировки биоматериала;
  • употреблением пациентом жирной пищи накануне забора образца для анализа.

II. Внутренними причинами:

  • паразитарной инвазией;
  • вирусной инфекцией;
  • анемией;
  • интоксикацией ядовитыми веществами или тяжелыми металлами;
  • бесконтрольным применением диуретиков, анальгетиков, нитрофуранов, сульфаниламидов, гипогликемических и антибактериальных препаратов;
  • аутоиммунными процессами;
  • механическими повреждениями;
  • переливанием донорской крови неподходящей группы;
  • резус-конфликтом;
  • ревматической лихорадкой – системным воспалительным инфекционно-аллергическим заболеванием.

Виды гемолиза их краткая характеристика


Практикующие специалисты классифицируют процесс распада эритроцитов по:

I. Способу развития – на:

  • естественный – физиологическая гибель форменных элементов крови необходима для того, чтобы их место заняли новые активные клетки;
  • электрический – результат несоблюдения правил безопасности при использовании бытовых приборов;
  • биологический – следствие укусов ядовитых змей или насекомых, заражения патогенными микроорганизмами, переливания несовместимой крови;
  • механический, возникающий при встряхивании пробирки с кровью;
  • термический – появляется при замораживании и размораживании биоматериала;
  • химический – гемоглобин высвобождается под воздействием реагентов;
  • осмотический – при попадании эритроцитов в среду с более низким давлением, нежели в биологической жидкости.

II. Локализации:

  • внутрисосудистый;
  • внутриклеточный.

Диагностика гемолиза


Диагностирование и клиническое разграничение патологических процессов, вызвавших гемолиз, основывается на итоговых данных:

I. Анамнеза.

II. Физикального осмотра пациента.

III. Инструментального обследования:

  • ультра-сонографии;
  • рентгеноскопии;
  • компьютерной или магнитно-резонансной томографии.

Лечение и профилактика


При отсутствии своевременных лечебных мероприятий гемолиз может способствовать возникновению эритропении (уменьшению количества красных кровяных телец), нарушению функционирования печени и почечной недостаточности.

Для предупреждения развития данных патологических процессов необходимо:

  1. устранить причину разрушения эритроцитов;
  2. выполнить процедуры, ускоряющие выведение из организма пациента токсических продуктов – промыть желудок, сделать очистительную клизму, применить гемодиализ и т.п.;
  3. назначить симптоматическую терапию, включающую применение синтетических гормонов, иммуносупрессоров, плазма-фереза и переливания эритроцитарной массы.

Для профилактики гемолиза необходимо соблюдать меры предосторожности: отказаться от употребления в пищу незнакомых грибов, растений и ягод; при укусах насекомых нужно выдавить яд и прижечь пораженное место; и, конечно же, не заниматься самолечением!

Клинические последствия внутрисосудистого гемолиза и внеклеточного гемоглобина плазмы: новый механизм заболевания человека

Контекст: Эффективная секвестрация гемоглобина мембраной эритроцитов и наличие множественных механизмов клиренса гемоглобина предполагают критическую необходимость предотвращения накопления этой молекулы в плазме. Растущий список клинических проявлений, связанных с высвобождением гемоглобина при различных приобретенных и ятрогенных гемолитических расстройствах, предполагает, что гемолиз и гемоглобинемию следует рассматривать как новый механизм заболевания человека.

Получение доказательств: В октябре 2004 г. был проведен поиск в соответствующих базах данных научной литературы и ссылках с использованием терминов, охватывающих различные аспекты гемолиза, препараты гемоглобина, клинические симптомы, связанные с гемоглобином плазмы, оксид азота при гемолизе, анемию, легочную гипертензию, пароксизмальную ночную гемоглобинурию и серповидно-клеточную анемию.

Синтез доказательств: Гемоглобин выделяется в плазму из эритроцита при внутрисосудистом гемолизе при наследственных, приобретенных и ятрогенных гемолитических состояниях. Когда способность защитных механизмов удаления гемоглобина насыщена, уровни внеклеточного гемоглобина в плазме увеличиваются, что приводит к потреблению оксида азота и клиническим последствиям.Оксид азота играет важную роль в сосудистом гомеостазе и, как было показано, является важным регулятором базальной и опосредованной стрессом релаксации гладкой мускулатуры и вазомоторного тонуса, экспрессии молекул эндотелиальной адгезии, а также активации и агрегации тромбоцитов. Так, клинические последствия избыточного уровня внеклеточного гемоглобина плазмы при внутрисосудистом гемолизе или введении препаратов гемоглобина включают дистонии с поражением желудочно-кишечной, сердечно-сосудистой, легочной и мочеполовой систем, а также нарушения свертываемости крови.Многие клинические последствия внутрисосудистого гемолиза при прототипической гемолитической болезни, пароксизмальной ночной гемоглобинурии, легко объясняются гемоглобин-опосредованным удалением оксида азота.

Заключение: Растущее количество данных подтверждает существование нового механизма заболевания человека, а именно гемолиз-ассоциированной дистонии гладкой мускулатуры, васкулопатии и эндотелиальной дисфункции.

Внутрисосудистый гемолиз: жертва немногими… | Кровь

В этом выпуске Blood, Sikora et al. недвусмысленно продемонстрировали, что, когда эритроциты подвергаются сдвиговому стрессу и гипоксии, только гемолиз способствует высвобождению аденозинтрифосфата (АТФ), предполагая, что жертва эритроцитов является основным механизмом локального пуринергического действия in vivo. сигнализация и регуляция кровотока. 1

Давным-давно Август Крог пришел к выводу, что «в нормальной покоящейся мышце сравнительно небольшое количество капилляров… должно быть открыто, чтобы пропускать кровь, в то время как мышечная работа должна вызывать открытие большего их числа». Спустя столетие регуляция кровотока через капилляры и роль эритроцитов в этом процессе все еще обсуждаются. Элегантный подход экспериментальной физиологии, представленный Сикорой и др., представляет собой решающий прорыв в этой области.

Хорошо задокументировано, что механическая деформация, пониженное парциальное давление кислорода и пониженный рН, например, возникающие в микрососудах тренирующихся мышц, вызывают высвобождение АТФ и что это высвобождение активирует пуринергические рецепторы эндотелиальных клеток сосудов, что приводит к синтезу оксида азота и метаболиты арахидоновой кислоты, известные как мощные релаксационные факторы сосудистой сети гладкой мускулатуры, способствующие согласованию доставки кислорода с местной потребностью.

Однако фактический механизм, лежащий в основе высвобождения АТФ, оставался дискуссионным и часто связывался со сложными сигнальными путями, открывающими каналы трансмембранного регулятора проводимости при муковисцидозе (CFTR). К сожалению, признаков наличия белка CFTR обнаружено не было, и в мембране эритроцитов не было зарегистрировано одноканальной электрической активности CFTR. Основной вклад Sikora et al заключается в предоставлении альтернативного и более простого механизма, не задействующего каналы интактных клеток: высвобождение АТФ происходит в результате внутрисосудистого гемолиза! Этот результат не так удивителен, если учесть, что кровь не является гомогенной популяцией клеток, а скорее состоит из широкого круга клеток, проявляющих очень разные гомеостатические состояния, среди которых стареющие клетки, находящиеся в пролитическом 5,6 состоянии. перед изъятием из обращения и представляют собой легкодоступный пул АТФ для местного высвобождения.

Роль, которую играет гемолиз, не нова, потому что гемолиз всегда считался потенциальным фактором, способствующим стимулированному высвобождению АТФ в большинстве предыдущих исследований, но из-за неправильной оценки его фактического участия из-за отсутствия парного измерения свободного гемоглобина и АТФ. , его вклад в высвобождение АТФ был недооценен или просто упущен из виду. Новизна заключается в том, что впервые Sikora et al. смогли показать, что все области, демонстрирующие высвобождение АТФ, идеально соответствуют участкам, где клетки лизировались.Умное использование АТФ-люминометрии и люминесцентной АТФ-визуализации очень хорошо продемонстрировало, что короткие всплески люминесценции из-за высвобождения АТФ из лизирующихся клеток были единственным механизмом высвобождения АТФ в этих экспериментах.

Авторы показывают, что в ответ на стимулы, повышающие уровень циклического аденозинмонофосфата (цАМФ), высвобождение АТФ было неотличимо от высвобождения эквивалентного объема растворителя диметилсульфоксида (ДМСО), что исключает возможный вклад агонистов цАМФ в Высвобождение АТФ, но интересно показывает влияние ДМСО на высвобождение АТФ, что иллюстрирует пагубное влияние ДМСО на клеточный гомеостаз.

Что все это значит? Очевидно, как ясно заявил Сикора и др., поскольку гемолиз также происходит in vivo в физиологических ситуациях, такие механизмы высвобождения АТФ являются мощными физиологическими инструментами регуляции кровотока. Это означает, что каждый фактор, влияющий на хрупкость мембран эритроцитов, также будет способствовать модуляции высвобождения АТФ посредством гемолиза, но это также означает, что в отсутствие регуляции эти факторы могут быть причиной патологий.Изменение хрупкости эритроцитов и гемолиз наблюдаются во многих ситуациях, таких как экспериментальные условия in vitro, хранение крови, старение и патологии.

В свете настоящей работы представляется, что существует острая необходимость в лучшем понимании механизмов, лежащих в основе гемолиза, но, во-первых, следует проявлять большую осторожность при обработке образцов крови. Как утверждают авторы, с момента забора крови до окончательной оценки эритроциты подвергаются различным физическим воздействиям, которые неизбежно вызывают разрыв и гемолиз многих клеток.Например, использование фильтров для удаления лейкоцитов перед экспериментом вызывает массивный гемолиз и лишает исследователя бесценной информации о пролитических эритроцитах и ​​стимулах, предназначенных для запуска регулируемого выброса АТФ.

Дело в том, что мы очень мало знаем об условиях, преобладающих в клетках к последним дням обращения. Lew et al. показали, что постепенно увеличивающийся внутриклеточный кальций вместе с дегидратацией эритроцитов активирует неселективный катионный канал, 5,6  в конечном итоге приводя к неожиданному терминальному состоянию плотности света.Следует вновь обратить внимание на это явление, которое также наблюдалось в серповидных клетках, 8 , чтобы оценить роль катионных каналов как возможного пускового фактора гемолиза.

Выводы Sikora et al также проливают новый свет на важнейшие проблемы хранения и переливания крови. Сегодня стандарты сохранения крови для переливания требуют, чтобы ≥75% клеток все еще находились в кровотоке через 24 часа после переливания и чтобы гемолиз оставался <1% в конце периода хранения, но ключевые механизмы, ответственные за гемолиз и исчезновение клеток остаются неизвестными, и мы можем предположить, что последующее массовое высвобождение АТФ играет важную роль в посттрансфузионных вредных клинических исходах.

В работе Sikora et al. поднимается множество увлекательных основных вопросов, таких как роль кальция в модуляции осмотической хрупкости и связь между измененной функцией мембран при заболеваниях эритроцитов (таких как наследственный сфероцитоз, эллиптоцитоз, овалоцитоз, стоматоцитоз, серповидно-клеточная анемия). клеточная болезнь и талассемия) и постоянное наблюдение утечек катионов при этих заболеваниях. Возможные побочные эффекты других молекул, высвобождаемых вместе с АТФ (т. е. карбоангидразы), и возможная роль микровезикул 10  в этом гемолитическом процессе также заслуживают дальнейшего изучения.

Раскрытие информации о конфликте интересов: Автор заявляет об отсутствии конкурирующих финансовых интересов.

Внутрисосудистый гемолиз и почечная недостаточность

Редактору,

Хорошо известно, что острый гемолиз является причиной острой почечной недостаточности из-за повреждения канальцев, вызванного отложением пигментов в проксимальных канальцах. Поддерживаемый гемолиз может привести к хроническому повреждению почек, вызванному различными механизмами.

Мы представляем двух пациентов с внутрисосудистым гемолизом, вызванным разными причинами, оба с острой почечной недостаточностью, но с разным прогрессированием.

Мужчина, 57 лет, опрыскиватель, поступил в отделение гематологии по поводу неиммунной гемолитической анемии (прямая реакция Кумбса отрицательная). У него было отравление фосфорорганическими соединениями, продолжавшееся 4 дня, с олигоанурией и острой почечной недостаточностью. Гемолиз прекратился после двух сеансов плазмафереза. При поступлении: гемоглобин (Hb): 6.3 г/дл, гемокрит (Ht): 19%, лейкоциты 30 630/мкл (Ne 77,7%), тромбоциты: 217 000/мкл. В мазке крови: выраженный анизоцитоз, полихроматофилия, микросфероциты (7-8/поле). иногда базофильная зернистость, наличие эритробластов. Шистоцитов не было. Гаптоглобин: 10,4 мг/дл. Общий билирубин: 8,60 мг/дл. Конъюгированный билирубин: 2,70 мг/дл. Непрямой билирубин: 5,90 мг/дл. Миоглобин 170,5 мкг/л, лактатдегидрогеназа (ЛДГ) 4637 МЕ/л (рис. 1). Железо: 242 мкг/дл; ферритин: 2754 нг/мл; Мочевина: 188 мг/дл; креатинин: 2.95 мг/дл (рис. 2). Моча: белки +++. Гемоглобин: ++++, 10 эритроцитов/поле. Функция почек постепенно ухудшалась, проявляясь анурией и скоростью клубочковой фильтрации 6 мл/мин через 24 часа, что потребовало 17 сеансов гемодиализа. Функция почек полностью восстановилась через 2 мес.

Мужчина, 71 год, с металлическим протезом аорты и митрального клапана из-за ревматического заболевания клапана. Он был госпитализирован в отделение кардиологии для остановки перипротезной течи митрального клапана.У него развилась острая гемолитическая анемия, вторичная по отношению к попытке чрескожного закрытия и хроническому гемолизу. У него исходный уровень гемоглобина: 10,6 г/дл и ЛДГ: 1500-2000 МЕ/л. Исходная функция почек: 71,86 мл/мин, с Cr: 1,85 мг/дл. Во время этого эпизода у него был гемоглобин: 7,6 г/дл; гематокрит: 25,2% ; лейкоциты: 7070/мкл (Ne: 74,5%) ; тромбоциты: 261 000. Мазок: обильные шистоциты. Гаптоглобин:

Внутрисосудистый гемолиз любой причины может привести к острому тубулярному некрозу вследствие гемоглобинурии.Он проявляется красно-коричневой мочой и плазмой, низким уровнем гаптоглобина, повышенным уровнем ЛДГ, ухудшением функции почек и фракционной экскрецией натрия менее 1%. Частота неизвестна, достигает 50% при массивном гемолизе.1,2

Гемоглобин высвобождается в плазму, связывается с гаптоглобином и расщепляется ретикулоэндотелиальной системой. Когда гаптоглобин насыщен, свободный гемоглобин переходит из своей обычной тетрамерной формы в димерную. Он фильтруется через клубочки и проникает внутрь проксимальных канальцев, когда связывается с апикальной поверхностью мегалин-кубулинового рецептора.3 Именно здесь происходит диссоциация глобина и гемовой группы. Внутриклеточное увеличение белков группы гема приводит к нефротоксичности, вызванной почечной гипоперфузией, прямой цитотоксичностью и образованием внутриканальцевых цилиндров, взаимодействующих с белком Тамма-Хорсфалла, которые закупоривают канальцы. наблюдаются: дисбаланс тонуса гладкой мускулатуры, сужение сосудов, тромбоз и внутрипочечная вазоконстрикция. моноциты и макрофаги и провоцируют фиброз.4

В этих случаях показаны две формы проявления поражения почек при гемолизе: острая и хроническая. У первого был острый гемолиз и потребовался гемодиализ с полным восстановлением функции почек. У второго был хронический гемолиз и хроническое повреждение почек из-за продолжающегося воздействия группы гема, и ему требовалось консервативное лечение, поддерживающее определенную почечную недостаточность.

Рис. 1. Сравнение эволюции ЛДГ у двух пациентов.

Рис. 2. Сравнение изменений показателей креатинина у двух пациентов.

В чем разница между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом? разрушение эритроцитов в других частях тела, в основном в печени, селезенке, костном мозге и лимфатических узлах, происходит из-за макрофагов.

Красные кровяные тельца или эритроциты являются основным клеточным компонентом крови, который переносит кислород от легких к тканям.Нормальная продолжительность жизни эритроцита составляет 120 дней. Анемия — это состояние, которое относится к отсутствию в крови достаточного количества здоровых эритроцитов для переноса кислорода в ткани организма. Другими словами, это состояние низкого количества эритроцитов в крови. В условиях анемии кровь не может переносить достаточное количество кислорода к тканям. Анемия может возникать в основном из-за нарушения выработки эритроцитов, аномального разрушения эритроцитов, перегрузки жидкостью и кровопотери. Гемолиз относится к разрушению эритроцитов с высвобождением гемоглобина в окружающую среду.Гемолитическая анемия — это тип анемии, вызванный аномальным разрушением эритроцитов. Это может происходить двумя путями: внутрисосудистым или внесосудистым.

СОДЕРЖАНИЕ

1. Обзор и ключевые отличия
2. Что такое внутрисосудистый гемолиз
3. Что такое внесосудистый гемолиз
4. Сходства — внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз
5. Внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз в табличной форме
6. Резюме — внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз9005

Что такое внутрисосудистый гемолиз?

Внутрисосудистый гемолиз является одним из двух типов гемолиза при гемолитической анемии.Эритроциты в кровеносных сосудах разрушаются при внутрисосудистом гемолизе. Это вызывает выброс гемоглобина в плазму, что приводит к гемоглобинурии. Он также отвечает за возникновение гемоглобинемии. Внутрисосудистый гемолиз может возникать из-за дефектов ферментов и некоторых иммуноопосредованных процессов. Аутоантитела могут воздействовать на эритроциты и разрушать их. Более того, некоторые паразиты могут повреждать эритроциты.

Рисунок 01: Гемолитическая анемия

Что такое внесосудистый гемолиз?

Внесосудистый гемолиз является вторым механизмом гемолиза, вызывающим гемолитическую анемию.При экстраваскулярном гемолизе разрушение эритроцитов происходит в основном в печени, селезенке, костном мозге и лимфатических узлах. В результате гемоглобин уходит в плазму крови.

Рисунок 02: Внесосудистый гемолиз

В этом механизме макрофаги в ретикулоэндотелиальной системе обнаруживают дефектные эритроциты, поглощают и уничтожают их. Селезенка разрушает слегка аномальные эритроциты, в то время как печень разрушает сильно дефектные эритроциты, покрытые антителами.Таким образом, экстраваскулярный гемолиз в основном вызывается селезенкой и печенью, чтобы удалить из кровотока поврежденные или аномальные эритроциты.

Каковы сходства между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом?

  • Внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз представляют собой два типа механизмов гемолиза при гемолитической анемии.
  • В обоих случаях гемоглобин выходит в плазму крови из-за разрушения эритроцитов.
  • Из-за обоих состояний снижается способность крови переносить кислород в ткани организма.
  • Оба могут возникать из-за иммунно-опосредованных процессов.

В чем разница между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом?

Внутрисосудистый гемолиз — это тип гемолиза, при котором происходит разрушение эритроцитов в кровеносных сосудах. Напротив, внесосудистый гемолиз — это тип гемолиза, при котором происходит разрушение эритроцитов в печени, селезенке, костном мозге и лимфатических узлах макрофагами. Итак, в этом ключевое различие между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом.Кроме того, внутрисосудистый гемолиз возникает из-за дефектов ферментов и определенных иммунно-опосредованных процессов, в то время как внесосудистый гемолиз возникает, когда дефектные эритроциты поглощаются и разрушаются макрофагами.

В следующей таблице приведены различия между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом в табличной форме.

Резюме – Внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз

Внутрисосудистый и внесосудистый гемолиз представляют собой два механизма, посредством которых происходит гемолиз.Эритроциты в кровеносных сосудах разрушаются при внутрисосудистом гемолизе. Эритроциты в других частях тела, таких как печень, селезенка, костный мозг и т. д., разрушаются при внесосудистом гемолизе. Селезенка и печень удаляют из кровотока поврежденные или дефектные эритроциты путем внесосудистого гемолиза. Внутрисосудистый гемолиз возникает из-за дефектов ферментов, токсинов, аутоиммунных процессов, травм и т. д. Таким образом, это краткое изложение различий между внутрисосудистым и внесосудистым гемолизом.

Артикул:

1. Эван М. Браунштейн и соавт. «Обзор гемолитической анемии – гематология и онкология». Руководство MSD Professional Edition, Руководства MSD.
2. «Механизмы». EClinpath.

Изображение предоставлено:

1. «Модифицированная серповидноклеточная анемия 01» от NHLBI —  (общественное достояние) через Commons Wikimedia
2. «Быстрая экстраваскулярная гемолитическая анемия» Эда Утмана (CC BY 2.0) через Flickr

Эпидемиологические, биологические и клинические данные о гемолизе, вызванном физической нагрузкой — Липпи

Введение

Гемолиз условно определяют как процесс разрыва и разрушения эритроцитов, происходящий либо внутри (например,g., in vivo , также известный как «внутрисосудистый гемолиз» или «гемолитическая анемия») или вне кровотока (т.е. in vitro , также известный как «ложный гемолиз») (1). Хотя «нормальная» (т. е. физиологическая) концентрация свободного гемоглобина обычно составляет 0,22–0,25 г/л в сыворотке и 0,10–0,13 г/л в плазме (2), определение гемолиза обычно относится к состояниям, когда образцы сыворотки или плазмы содержат концентрацию бесклеточного гемоглобина >0.5 г/л и имеют цвет от розового до слегка красного. Когда концентрация внеклеточного гемоглобина превышает 2–3 г/л, его часто называют «грубым» или «явным» гемолизом, и он сопровождается окрашиванием сыворотки или плазмы от красного до коричневого цвета в зависимости от конечного количества белка. (1).

Потенциальные причины внутрисосудистого гемолиза многочисленны и многогранны, и в основном их можно разделить на врожденные (например, гемоглобинопатии, нарушения мембраны эритроцитов или метаболизма) или приобретенные (например, гемоглобинопатия).г., иммуноопосредованные, тяжелые травмы или ожоги, гиперспленизм, инфекции, механические внутрисосудистые повреждения, переливание несовместимой крови или токсические) (1). Лабораторные исследования играют существенную роль, при этом внутрисосудистый гемолиз обычно диагностируют по некоторым простым, но очевидным признакам, включая повышение концентрации свободного гемоглобина в сыворотке или плазме (как прямой показатель разрушения эритроцитов) (3), снижение значений гаптоглобина (гаптоглобин связывает (4).Для подтверждения диагноза гемолитической анемии можно использовать дополнительные тесты, такие как измерение биомаркеров цитолиза (например, лактатдегидрогеназы, аспартатаминотрансферазы, неконъюгированного билирубина, калия) или стимуляции костного мозга (например, ретикулоцитов) (1), но они страдают от ожидаемо более низкой специфичности.

Согласно самой последней статистике Statista, одного из самых обширных статистических онлайн-порталов (5), бег является самым популярным и практикуемым видом спорта во всем мире: в США 60 миллионов человек занимаются тем или иным видом бега трусцой ( ~ 18.4% всего постоянного населения), и почти половина из них покрывает более 42 км в неделю. В настоящее время имеются неопровержимые доказательства того, что физически активный образ жизни определяет огромную пользу для здоровья за счет снижения риска тяжелых и часто инвалидизирующих патологий, таких как сердечно-сосудистые заболевания, диабет, остеопороз, саркопения, слабость и рак (6,7). С другой стороны, регулярные занятия физическими упражнениями могут иметь и неблагоприятные последствия, такие как спортивные травмы мышц, сухожилий и связок, случайные падения, переломы костей, сердечные аритмии, вплоть до внезапной смерти (8-10).Не только опорно-двигательный аппарат может быть поврежден непривычной, неправильно выполненной или экстремальной физической нагрузкой, при этом могут быть поражены некоторые другие органы и ткани, особенно почки (11), печень (12) и мочевой пузырь (13). Помимо выявления возможных неблагоприятных биологических последствий, основными целями этой статьи являются: (I) установление того, могут ли упражнения на выносливость быть связаны с внутрисосудистым гемолизом; (II) определение возможных детерминант гемолиза, вызванного физической нагрузкой; и (III) рассмотрение возможных физиопатологических механизмов, с помощью которых упражнения на выносливость могут способствовать, запускать или усиливать внутрисосудистый гемолиз.Чтобы ответить на эти важные вопросы, мы провели большой свободный поиск литературы для выявления всех соответствующих исследований, которые ранее рассматривали эту проблему, и резюмировали их в следующем разделе этого описательного обзора.


Эпидемиологическая связь между упражнениями на выносливость и внутрисосудистым гемолизом

Первый случай вероятного гемолиза, вызванного физической нагрузкой, был описан в 1884 г. Kast (14).Немецкий врач сообщил о случае 19-летнего пациента, у которого после длительных маршей развилась макрогемоглобинурия. Примечательно, что он также заметил, что чем короче периоды отдыха между последовательными маршами, тем короче расстояние, необходимое для запуска гемоглобинурии. Более 30 лет спустя, в 1916 г., английский капитан Макманус описал три случая молодых людей на ранней стадии военной подготовки, у которых также развилась грубая гемоглобинурия после марша (15). Моча трех молодых людей была темно-коричневой, с небольшим количеством эритроцитов.Спектроскопический анализ показал, что цвет мочи был связан с большим содержанием метгемоглобина. Примечательно, что Макманус объяснил это необычное явление комбинированным действием физических упражнений и низкой температуры, которой подвергались все трое кадетов. Эти два оригинальных отчета затем проложили путь к публикации очень большой серии исследований, направленных на изучение реального бремени индуцированного физической нагрузкой внутрисосудистого гемолиза.

Самое первое структурированное исследование взаимосвязи между физической нагрузкой и гемолизом было опубликовано в 1943 г. Гиллиганом и его коллегами (16).Авторы исследовали 11 мужчин, завершивших бег по пересеченной местности на 4,2–4,5 км, 11 мужчин, завершивших бег по пересеченной местности на 7,2–8,2 км, и 22 мужчин, завершивших бег на длинную дистанцию ​​42,2 км. Еще один испытуемый прошел марафон, 5-часовую тренировку на велоэргометре и прогулку на 421,6 км с 24-килограммовым рюкзаком на спине. В целом, у 5/11 субъектов (45,4%) плазма была красноватой с повышенными значениями гемоглобина в плазме (т.08±0,03 г/л) и беге на 7,2-8,2 км (среднее значение 0,14±0,13 г/л), тогда как после бега на длинные дистанции этот процент увеличился до 81,8% (18/22) (средний гемоглобин плазмы значение 0,14±0,09 г/л). Не было обнаружено корреляции между гемоглобином плазмы и возрастом или тренировочным статусом. Концентрация гемоглобинурии, измеренная с помощью бензидиновой реакции, была отрицательной во всех образцах мочи после тренировки после кросса на 4,2–4,5 км, положительной была у 1 из 8 испытуемых (12,5%), сдавших мочу после 7.беге на 2–8,2 км и был положительным у 4 из 22 (18,2%) завершивших бег на длинные дистанции.

В последующем исследовании Flatmark изучал 54-летнего мужчину с предшествующей гемоглобинурией, вызванной физической нагрузкой (17). Его попросили выполнять упражнения на беговой дорожке со скоростью 2 км/ч в течение 180 мин, со скоростью 4 км/ч в течение 180 мин или на велоэргометре в течение 120 мин (17). Примечательно, что гемоглобин плазмы очень незначительно увеличился после тренировки на беговой дорожке со скоростью 2 км/ч в течение 180 минут или на велоэргометре, в то время как он увеличился более чем в 6 раз после тренировки на беговой дорожке со скоростью 4 км/ч.

Интересное исследование было опубликовано в 1964 г. Дэвидсоном (18). Четырем испытуемым было предложено пробежать 4,8 км по двум разным участкам, т. е. по траве или дороге. Концентрация гемоглобина плазмы значительно увеличилась после бега по обоим типам площадок, но относительное увеличение было намного выше после бега по дороге (т. е. в 6,0 ± 4,8 раза), чем по траве (т. е. в 1,4 ± 0,2 раза). Гемоглобинурия отсутствовала во всех четырех образцах мочи после бега по траве, в то время как она присутствовала в 1/4 (25%) образцах мочи после бега по шоссе.

Несколько лет спустя, в 1979 г., Poortmans и Haralambie разработали всестороннее исследование, основанное на оценке большого количества биохимических параметров у 11 спортсменов-мужчин, занимавшихся бегом на 100 км (19). Значения сывороточного гемоглобина стабильно возрастали с 0,03±0,01 до 0,7±0,02 г/л в конце пробега. Вместо этого было обнаружено резкое снижение уровня гаптоглобина в сыворотке почти в 2,5 раза (то есть с 1,19 ± 0,65 до 0,47 ± 0,45 г/л; P <0.001) сразу после пробежки и оставался значительно сниженным по сравнению с исходным уровнем (0,99±0,38 г/л; P<0,05) на следующий день после пробежки.

Дюфо и др. провели поперечное исследование, включавшее 62 мужчин, ведущих малоподвижный образ жизни, 81 мужчину-профессионала-гребца, 61 мужчину-бегуна на средние и длинные дистанции и 52 мужчин-профессиональных велосипедистов (20). Концентрация гаптоглобина в сыворотке составляла 1,0±0,3 г/л у малоподвижных контролей и незначительно отличалась от таковой у гребцов (1.2±0,4 г/л) или профессиональных велосипедистов (1,1±0,2 г/л), в то время как у бегунов этот показатель был значительно ниже по сравнению с другими группами (0,7±0,4 г/л; P<0,01).

Хандинг и его коллеги измерили содержание гемоглобина и гаптоглобина в плазме у 3 тренированных бегунов на длинные дистанции, пробежавших 25 км (21). Гемоглобин плазмы увеличился у всех трех субъектов с 0,03±0,03 до 0,43±0,13 г/л (т.е. 12-кратное увеличение), в то время как гаптоглобин плазмы остался практически неизменным. У всех трех испытуемых значения гемоглобина в плазме превышали верхний референтный предел (URL) (>0,2 г/л) в конце опыта.

Falsetti и др. провели еще одно интересное исследование, в котором приняли участие 23 марафонца-мужчины, которые были случайным образом разделены на две группы в зависимости от типа обуви, в которой они бегали (например, 11 человек носили обувь с жесткой подошвой и 12 человек носили обувь с мягкой воздушной подошвой) (22). ). Концентрация гемоглобина и гаптоглобина в плазме, измеренная до и после бега на 24 км, составила 0,05±0,04 против 0,08±0,08 г/л и 0,08±0,08 г/л.45±0,47 против 0,34±0,46 г/л в группе обуви с твердой подошвой, таким образом демонстрируя 1,37-кратное увеличение и 1,34-кратное снижение соответственно. Напротив, концентрация гемоглобина и гаптоглобина в плазме, измеренная до и после бега на 24 км, составляла 0,03±0,01 против 0,04±0,01 г/л и 0,50±0,24 против 0,47±0,28 г/л в обуви с твердой подошвой. группе, таким образом демонстрируя более ограниченное увеличение в 1,15 раза и уменьшение в 1,06 раза соответственно.

Эйхнер провел интересный эксперимент, в котором мужчина средних лет регулярно контролировался после периодов тренировок с помощью измерения гаптоглобина в плазме (23).Примечательно, что между дистанцией бега и изменением этого биомаркера была обнаружена сильная обратная корреляция (r=-0,91).

Найман исследовал 19 бегунов (16 мужчин и 3 женщины), каждый из которых пробежал в среднем 16,1 км/день, преодолев общую дистанцию ​​1207 км (24). До начала исследования уровень гаптоглобина в плазме был ниже ВГД у 5 из 19 спортсменов (26,3%), но у 15 из них (78,9%) значения прогрессивно снижались во время бега.

Дэвидсон и др. измеряли гаптоглобин плазмы у 115 бегунов (90 мужчин и 25 женщин) до и сразу после окончания соревновательного марафона (25). Как у мужчин (0,80±0,65 по сравнению с 1,15±0,66 г/л; P<0,001), так и у женщин (0,62±0,51 по сравнению с 1,14±0,56 г/л; P<0,001) спортсменов значения гаптоглобина в плазме значительно снизились в конце тренировки. тиража в 1,4 и 1,8 раза соответственно.

Аналогичное исследование было проведено Egan et al. , который измерил уровень гаптоглобина в сыворотке крови у 8 спортсменов-мужчин до и после марафонского забега (26).Как и ожидалось, средние значения гаптоглобина в сыворотке значительно снизились примерно в 1,3 раза сразу после запуска (0,97 ± 0,48 против 1,29 ± 0,18 г / л; P <0,05), и было обнаружено, что они еще больше снизились через 6 часов после него. 0,86±0,35 г/л; р<0,05).

Вольф и его коллеги исследовали 11 выдающихся бегунов на средние дистанции, которые пробежали 5 км с максимальным усилием (27). Было обнаружено, что значение гаптоглобина в сыворотке снижено примерно в 4 раза.в 7 раз к концу исследования (0,20±0,02 против 0,95±0,08 г/л; P<0,03).

Лийнен и др. исследовали изменение биомаркеров клеточного распада в плазме 23 мужчин-бегунов, участвовавших в марафонском забеге (28). Уровень гаптоглобина в плазме снизился с 1,20 ± 0,15 г/л перед пробежкой до примерно 0,75 ± 0,15 г/л сразу после, оставался сниженным в течение 12 часов (0,85 ± 0,15 г/л) и вернулся к исходным значениям только до пробежки 72 часов после окончания марафона.

Миллер и др. запланировал интересный эксперимент для изучения потенциальной связи между силой удара стопы и изменениями биомаркеров гемолиза у 14 мужчин-бегунов на длинные дистанции (29). Спортсмены выполнили два пробежки на беговой дорожке со скоростью 12,9 км/ч, в общей сложности сделав 10 000 шагов на двух разных высотах (т. е. -6% или +6%; сила на +11% выше при спуске против подъема). Гемоглобин плазмы увеличился с 0,023±0,010 до 0.051±0,023 г/л (т.е. увеличение в 2,2 раза) и с 0,037±0,023 до 0,086±0,051 г/л (т.е. увеличение в 2,3 раза) после бега в гору и под гору соответственно. Аналогичным образом гаптоглобин плазмы снизился с 0,42±0,28 до 0,37±0,27 г/л (снижение в 1,1 раза) и с 0,42±0,30 до 0,33±0,29 г/л (т.е. снижение в 1,3 раза) соответственно.

О’Тул и его коллеги провели большое исследование, в котором приняли участие 95 спортсменов, участвовавших в двух гонках по триатлону на разные дистанции (30).Тридцать спортсменов (11 мужчин и 19 женщин) впервые преодолели 1,5-километровую дистанцию ​​плавания, 40-километровую велогонку и 10-километровую дистанцию ​​бега, в то время как 65 других спортсменов (46 мужчин и 19 женщин) преодолели 3,9-километровую дистанцию ​​плавания, 180-километровую велогонку. и беговой дистанции 42,2 км. В целом, у 95% всех бегунов наблюдалось снижение уровня гаптоглобина в сыворотке сразу после забегов, в среднем в 1,28 раза. Хотя процент спортсменов со сниженными значениями гаптоглобина был почти одинаковым между двумя гонками (т.е., 32% против 20%). Процент спортсменов со скрытой кровью в моче также был выше после более продолжительной гонки (31% против 23%).

Зайлер и др. изучали 110 хорошо тренированных спортсменов (91 мужчина и 19 женщин), которые участвовали в соревнованиях по бегу на 1000 км продолжительностью 20 дней (средняя пробежка в день — 50 км) (31). Авторы измерили гаптоглобин в сыворотке у 51 из этих субъектов в разные моменты времени и обнаружили, что среднее значение гаптоглобина в сыворотке было систематически ниже исходного уровня до 11-го рабочего дня (самые низкие значения были обнаружены после первого дня с почти 1.5-кратное снижение), в то время как концентрация вернулась к значениям до запуска в конце испытания. Что еще более важно, хотя только 5% образцов мочи были положительными на кровь до начала исследования, процент положительных образцов на кровь всегда был >25% на протяжении всего периода исследования (пик составил 34,5%, как было зафиксировано в конце исследования). конкурса).

Компания Deitrick провела исследование с участием 15 бегунов-любителей, у которых измеряли уровни циркулирующего гаптоглобина и уробилиногена до, сразу после, через 1, 4 и 10 дней после бега на 13 км (32).Сразу после запуска сывороточный гаптоглобин незначительно снизился с 0,92±0,69 до 0,80±0,75 г/л, тогда как статистически значимое снижение было отмечено через 24 часа после окончания забега (0,66±0,66 г/л; P<0,05). , при этом оставшиеся значения значительно снизились до 4 дней после запуска (0,59 ± 0,53 г / л; P <0,05). Значения уробилиногена также были достоверно повышены через 1 и 24 часа после бега.

Дрессендорфер и др. исследовали влияние 7 дней непрерывного бега трусцой (2 часа в день при частоте сердечных сокращений ~80% от максимальной) у 10 мужчин в умеренной форме, которые в итоге преодолели общую дистанцию ​​129 км (33). Средний уровень гаптоглобина снизился с 0,86 до 0,67 г/л на 5-й день (P<0,05) и далее снизился до 0,61 г/л (P<0,05) на 8-й день.

Вес и др. изучали 20 мужчин-бегунов, пробежавших 42-километровый марафон (34). Было обнаружено, что значение гемоглобина плазмы значительно увеличилось сразу после пробежки (0,0.113±0,074 против 0,077±0,050 г/л), в то время как концентрация гаптоглобина в сыворотке значительно снизилась (0,69±0,40 против 0,89±0,40 г/л). Значения как гемоглобина плазмы, так и гаптоглобина вернулись к исходному уровню через 24 часа. Интересно, что авторы также показали, что средняя продолжительность жизни эритроцитов у бегунов на длинные дистанции (т. е. 67 и 72 дня у мужчин и женщин соответственно) была значительно короче, чем у лиц, ведущих малоподвижный образ жизни (т. е. 113 и 114 дней у мужчин и женщин соответственно).

В другом интересном исследовании Дрессендорфер и его коллеги (35) случайным образом разделили группу из 14 бегунов-мужчин на тех, кто носит обувь с твердой или мягкой подошвой. Затем всех спортсменов попросили пройти тренировку с увеличенной дистанцией, преодолев 430 км за 17 дней. Гаптоглобин плазмы снизился больше в обуви с мягкой подошвой (с 0,55±0,09 до 0,43±0,07 г/л; -27%), чем в обуви с твердой подошвой (с 0,59±0,11 до 0,50±0,10 г/л; -15%). группа, в то время как гемоглобин плазмы также увеличился больше в группе с мягкой подошвой (от 0.от 08±0,09 до 0,14±0,03 г/л; 75%), чем в группе обуви с твердой подошвой (от 0,12±0,07 до 0,19±0,08 г/л; 58%).

Де-Пас и др. изучали 13 бегунов-мужчин, участвовавших в забеге на 100 км (36). Сывороточный гаптоглобин значительно снизился с 0,66±0,18 г/л в исходном состоянии до 0,22±0,05 г/л сразу после пробежки.

Иордания и др. изучали 13 бегунов-мужчин, участвовавших в марафонском забеге (37).Гаптоглобин плазмы снизился примерно с 1,2±0,8 г/л перед началом марафона до 0,7±0,8 г/л сразу после него. Другим важным аспектом, выявленным в ходе этого исследования, было то, что бег на длинные дистанции индуцировал значительные модификации скелетов мембран эритроцитов, вероятно, из-за процесса протеолиза in vivo .

Исследование экстремальных упражнений было запланировано Fallon et al. (38), который набрал 9 спортсменов (7 мужчин и 2 женщины) для участия в ультрамарафоне на 1600 км.В отличие от всех других исследований, авторы обнаружили существенное повышение уровня гаптоглобина в сыворотке крови по сравнению с исходным уровнем (1,8±0,7 г/л) во время (3,4±0,9 и 3,9±0,6 г/л) и после бега (4,1±1,2 г/л). л).

Шумахер и др. провели еще одно интересное исследование, направленное на изучение нескольких гематологических биомаркеров у спортсменов, занимающихся различными спортивными дисциплинами (39). Интересно, что хотя достоверных различий в концентрации гаптоглобина в сыворотке крови между целыми когортами спортсменов (n=747; 0,000) не наблюдалось.67±0,37 г/л) и малоподвижных людей (n=104; 0,67±0,40 г/л), бегуны (n=144; 0,50±0,35 г/л) показали существенно более низкий показатель, чем велосипедисты (n=272; 0,80± 0,34).

Телфорд и соавторы опубликовали интересный эксперимент, в котором 10 триатлетов-мужчин выполнили два разных одночасовых сеанса езды на велосипеде и бега с 75%-м максимальным потреблением кислорода (40). Было обнаружено, что значения гемоглобина плазмы значительно увеличились как после циклирования (0,049 ± 0,0.01 против 0,030±0,01) и беговые (0,120±0,02 против 0,037±0,01 г/л) сеансы, но относительное увеличение было почти вдвое после бега (3,2- против в 1,6 раза). Значения гаптоглобина следовали обратной тенденции: после бега они снижались гораздо сильнее, чем после езды на велосипеде (средние изменения составили 0,016 и 0,085 г/л после езды на велосипеде и бега соответственно).

Юсоф и др. изучали 6 бегунов-мужчин, участвовавших в забеге на сверхвыносливость на 216 км (41).Гаптоглобин сыворотки, который измеряли исходно (0,87±0,24 г/л) и в разные моменты времени на протяжении всего пробега, показал резкое снижение после 21 км (0,71±0,19 г/л) и 42 км (0,59±0,19 г/л). ), достигая наименьшего значения через 84 км (0,43±0,18 г/л). Затем была отмечена противоположная тенденция: значения немного увеличились после 126 км (0,46 ± 0,27) и более заметно увеличились в конце пробега (0,64 ± 0,34), хотя и оставались ниже исходного уровня. Интересно, что авторы также обнаружили, что осмотическая хрупкость резко увеличивалась на протяжении всей дистанции бега.

Пилинг и др. исследовали влияние двух разных тренировочных поверхностей (например, травяной или битумной дороги) на 10 тренированных бегунов-мужчин, которые выполнили два бега на 10 км и десять интервальных бегов на 1 км (42). Интересно, что гемоглобин в сыворотке увеличился с 0,041±0,003 до 0,049±0,003 г/л после бега по траве (т.е. увеличение на 19%) и с 0,032±0,003 до 0,044±0,002 г/л после бега по шоссе (т.е. увеличение на 40%), соответственно. . Гаптоглобин плазмы снизился с 0.58±0,12 до 0,51±0,11 г/л после бега по траве (т.е. снижение на 14%) и с 0,66±0,13 до 0,58±0,12 г/л после бега по дороге (т.е. снижение на 14%) соответственно. Та же группа авторов также подчеркнула в другой публикации, что степень гемолиза была существенно одинаковой после бега на 10 км и десяти интервальных бегов на 1 км (оба показали повышение гемоглобина сыворотки на 37%) (43).

Интересные результаты также были опубликованы Sim et al., которые измерили гемоглобин и гаптоглобин в сыворотке у 11 спортсменов-мужчин, прошедших два 90-минутных сеанса бега при 75% пикового потребления кислорода, принимавших либо 6% раствор углеводов, либо плацебо (44). Было обнаружено, что значения сывороточного гемоглобина значительно увеличились и снизились после обоих сеансов, в то время как значения гаптоглобина значительно снизились после обоих сеансов. Примечательно, что потребление углеводов было эффективным для уменьшения повышения уровня гемоглобина (в 1,60 раза против в 1,86 раза для плацебо), но не снижения гаптоглобина (1.в 27 раз по сравнению с 1,20 раза для плацебо).

Гоф и др. исследовали 18 спортсменов-мужчин, участвовавших в соревнованиях по триатлону на выносливость (плавание на 3,8 км, велогонка на 180 км и бег на 42,2 км) (45). Уровни гаптоглобина в сыворотке сразу после гонки были значительно снижены по сравнению с исходным уровнем (0,16 против 0,48 г/л).

Липпи и его коллеги измерили гаптоглобин в сыворотке крови у 18 бегунов-мужчин, пробежавших ультрамарафон на 60 км (46), и обнаружили существенное снижение его значений сразу после окончания забега (0.36 против 0,68 г/л).

Бинни и др. провел два отдельных исследования для оценки влияния различных тренировочных поверхностей на несколько биохимических параметров у 10 спортсменов-мужчин. В первом эксперименте спортсмены выполнили две интервальные тренировки, одну на мягком сухом пляжном песке, а другую на благоустроенной спортивной травяной площадке (47). Каждое занятие состояло из трех интервальных сетов, разделенных 5-минутным отдыхом динамического бега (2×45:90 с, 3×20:60 с и 2×15:45 с).После обоих сеансов было обнаружено, что концентрация гаптоглобина в сыворотке значительно снизилась, хотя абсорбирующие свойства песка были эффективны для небольшого ослабления снижения гаптоглобина по сравнению с травой (уменьшение в 1,08 раза в песке по сравнению с , снижение в 1,12 раза в траве). , соответственно). План второй части эксперимента был более или менее похож на первый, с двумя повторяющимися сериями спринтерских схваток, упражнений на ловкость и мощности, включающих быструю смену направления и скорости (48).Как и в предыдущем эксперименте, одна сессия проводилась на мягком сухом песке пляжа, а другая — на ухоженной спортивной травяной площадке. В отличие от предыдущих результатов, и хотя было обнаружено, что концентрация гаптоглобина в сыворотке значительно снизилась после обоих сеансов, это снижение также было частично ослаблено абсорбирующими свойствами песка (1,14-кратное снижение в песке против 1,20-кратное снижение в траве). , соответственно).

В последующем расследовании Christensen et al. изучали 10 бегунов-мужчин, принявших участие в забеге на 78 км на высоте 2400 м над уровнем моря (49). Значения гаптоглобина плазмы резко снижаются с 1,48±0,30 г/л перед пробежкой до 0,74±0,31 г/л сразу после пробежки и остаются такими до 6 часов после нее. Концентрация гаптоглобина возвращалась к исходным значениям через 24 часа.

Другое интересное исследование было опубликовано Robach et al. (50), который исследовал биохимические изменения у 22 бегунов-мужчин после ультрамарафона на 166 км с подъемом/сбросом высоты на 9500 м.Уровень гемоглобина плазмы увеличился с 0,12±0,57 г/л перед пробежкой до 0,14±0,85 сразу после нее, в то время как концентрация гаптоглобина в сыворотке значительно снизилась сразу после окончания пробежки (0,74±033 против 0,87±0,34 г/л). л). Примечательно, что значения как гемоглобина плазмы, так и гаптоглобина сыворотки нормализовались на следующий день после пробежки. Интересно, что общее содержание гемоглобина в плазме крови также увеличилось почти в 1,4 раза в конце эксперимента (570 ± 363 vs. 395±187 мг).

Чиу и др. изучали 25 спортсменов-мужчин, пробежавших ультрамарафон на 100 км (51). Выявлено незначительное повышение гемоглобина плазмы крови после окончания пробега (с 0,3±0,2 до 0,4±0,5 г/л) и существенное снижение гаптоглобина сыворотки (с 0,64±0,31 до 0,30±0,30). Оба значения нормализовались через 24 часа после окончания цикла.

Колфилд и др. изучали 19 бегунов-мужчин, которые выполняли упражнения на моторизованной беговой дорожке 8 раз по 3 минуты при 90% максимального потребления кислорода (52).В конце исследования было отмечено значительное снижение уровня гаптоглобина в сыворотке, которое в целом было сопоставимо у спортсменов, занимающихся передним (n = 10; -9,3%) и задним (n = 9; -10,6%, P = 0,902) стопами. .

Наконец, Liu et al. исследовали 19 спортсменов-мужчин, участвовавших в 24-часовом ультрамарафоне (средняя пройденная дистанция 154 км) (53). В отличие от подавляющего большинства других исследований, было обнаружено, что концентрация гемоглобина в плазме несколько снизилась, а не увеличилась в конце пробега (т.д., 0,2 против 0,3 г/л; P<0,001), результат, который на самом деле противоречил заметному снижению уровня гаптоглобина в сыворотке, контекстуально наблюдаемому в той же группе спортсменов (0,19 против 0,77 г/л; P<0,001).


Возможные причины гемолиза, вызванного физической нагрузкой

После того, как было четко установлено, что гемолиз, вызванный физической нагрузкой, является частым явлением у спортсменов, занимающихся упражнениями на выносливость (особенно у бегунов), кажется разумным классифицировать потенциальные (и часто сосуществующие) причины на две основные категории, включая механические и метаболические факторы (). Рисунок 1 ).Действительно, определенную степень прямого повреждения эритроцитов нельзя отрицать как логическое следствие повторяющихся ударов стопы (особенно пятки) о землю. Это ясно видно из исследований, показывающих, что бег по мягким поверхностям (например, по песку или траве) (18, 42, 47, 48) или ношение обуви с амортизацией (например, обуви с мягкой воздушной подошвой) (22) иногда эффективен для снижения но не полностью нейтрализовать гемолиз, вызванный физической нагрузкой, а также другими исследованиями, демонстрирующими, что степень гемолиза зависела от интенсивности (29) или общего количества (большие расстояния или темп ускоренного шага) (16, 23, 30) ударов о землю.С другой стороны, надежные данные свидетельствуют о том, что в индуцированный физической нагрузкой гемолиз могут быть вовлечены дополнительные механизмы, помимо удара стопой. Например, Бенеке и др. изучали 10 триатлетов-мужчин, которые участвовали в двух 35-минутных велотренировках низкой и высокой интенсивности, не связанных с какой-либо механической травмой эритроцитов при ударе стопой (54). Интересно, что хотя езда на велосипеде с низкой интенсивностью вызывала умеренное увеличение гаптоглобина в плазме (с 1,30 до 1,49 г/л), езда на велосипеде с высокой интенсивностью вызывала умеренное, но значительное снижение этого биомаркера (с 1.от 10 до 1,01 г/л), подтверждая, что даже высокоинтенсивные упражнения как таковые способны вызывать определенную степень гемолиза независимо от травм, вызванных ударом стопы о землю. Аналогичные данные были опубликованы в других нетравматических спортивных дисциплинах, таких как плавание на выносливость (55). Повторяющаяся сократительная активность мышц при нагрузке является еще одним механизмом, который может вызвать механическое повреждение эритроцитов, при котором сдавление эритроцитов при мощных и повторных сокращениях мышц (особенно в пределах капиллярной сети) может в конечном итоге привести к их разрыву.Устойчивая вазоконстрикция внутренних органов (особенно почек), физиологический процесс, направленный на отклонение большей части кровотока в сторону тренирующихся мышц, является еще одним частым явлением при беге на выносливость (21, 56), которое может способствовать компрессии эритроцитов и травмам в более мелких мышцах. артерии.

Рисунок 1 Возможные парафизиологические механизмы гемолиза, вызванного физической нагрузкой.

Помимо прямых механических повреждений, калейдоскоп других метаболических причин и механизмов, происходящих во время физических упражнений, может способствовать повышенной хрупкости эритроцитов и/или нарушению структуры мембран, деформируемости или резистентности (особенно для более старых эритроцитов), что, в конечном счете, способствует или увеличивает вероятность внутрисосудистого разрушения ( Рисунок 1 ). Повышенные значения катехоламинов, как это обычно бывает в спорте, взаимодействуют со специфическими рецепторами на поверхности эритроцитов, вызывают нарушение деформируемости мембран и, в конечном счете, повышают уязвимость к гемолизу (57).Параллельный механизм был описан Yamada et al. , которые показали, что адаптация к физическим нагрузкам вызывает значительное изменение профиля липидов, сопровождающееся увеличением лизолецитина и снижением свободного холестерина в мембранах эритроцитов, два сходящихся явления, которые способствуют повышению осмотической хрупкости (58). Гипотеза о том, что мембраны эритроцитов могут изменяться во время физической нагрузки, была подтверждена Бенеке и соавт. (54), который выявил аномалии альфа- и бета-спектрина, сравнимые с таковыми при врожденных нарушениях эритроцитов (например,г., сфероцитоз). Эта гипотеза была подтверждена другими исследователями (41). Гипертермия, которая является обычным явлением у спортсменов, занимающихся тяжелыми и/или длительными физическими нагрузками, значительно повышает хрупкость эритроцитов и, следовательно, их склонность к разрыву (59). Ацидоз является еще одним важным механизмом, который может хотя бы частично объяснить связь между большим расстоянием и более высокой склонностью к развитию гемолиза. Повышенное производство молочной кислоты часто наблюдается у спортсменов, занимающихся выносливостью, и недавно было показано, что осмотическая хрупкость эритроцитов увеличивается параллельно с концентрацией лактата в крови (60).Гипоксия, гипотонический шок и напряжение сдвига являются дополнительными состояниями, часто развивающимися при тренировке мышц, и недавно были предоставлены данные о том, что они могут в целом способствовать сильному усилению оттока АТФ из эритроцитов, что в конечном итоге увеличивает их восприимчивость к внутрисосудистому гемолизу (61). Были также получены надежные доказательства того, что обезвоживание, вызванное физической нагрузкой, может способствовать повышению ломкости эритроцитов in vivo , как показано Platt et al. (62).Смит и др. также показали, что напряженный бег связан со значительным снижением антиоксидантной способности эритроцитов, что делает эти клетки гораздо более уязвимыми для лизиса (63).

Хотя в научной литературе нет систематических данных, кажется разумным предположить, что пациенты, имеющие некоторые сопутствующие нарушения эритроцитов, вызывающие повышенную осмотическую хрупкость, могут быть более уязвимыми к развитию гемолиза, вызванного физической нагрузкой ( Рисунок 1 ).Описаны некоторые парадигматические случаи, например, у пациентов с наследственным сфероцитозом (64), серповидно-клеточной анемией (65) или дефицитом глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы (G6PD) (66) и другими. Помимо субъектов с наследственными или приобретенными заболеваниями эритроцитов, которые увеличивают per se исходный риск внутрисосудистого гемолиза, существуют другие состояния, связанные с повышенной ломкостью эритроцитов in vivo и которые могут способствовать увеличению вероятности гемолиза, вызванного физической нагрузкой.На самом деле они могут включать гипонатриемию (67), диабет (68) и хроническое заболевание печени (69).


Выводы

В соответствии с различными патогенетическими механизмами классическое определение гемолиза при ударе стопы в настоящее время кажется неподходящим для выявления всех случаев внутрисосудистого гемолиза, возникающего при физической нагрузке. Это связано с тем, что несколько исследований показали, что ослабление повреждений эритроцитов, полученных в результате контакта с землей, не является полностью эффективным для предотвращения внутрисосудистого гемолиза.Таким образом, мы предлагаем теперь считать стопный (или контактный) гемолиз только частью более продуманной и подходящей концепции гемолиза, вызванного физической нагрузкой.

Данные литературы, рассмотренные в этом описательном обзоре, свидетельствуют о том, что значительная степень индуцированного физической нагрузкой гемолиза является обычным явлением после бега на короткие, средние, длинные и сверхдлинные дистанции, о чем свидетельствует значительное снижение уровня гаптоглобина в сыворотке или плазме в сочетании с значительное увеличение концентрации гемоглобина в плазме или общего содержания в крови ( Таблица 1 ).Этот парафизиологический внутрисосудистый гемолиз, как правило, мягкий (средние вариации биомаркеров гемолиза обычно составляют от 1,2 до 1,8), почти самоограничивающийся (т. е. полностью разрешающийся в течение 24–48 часов), относительная степень которого зависит от популяции спортсменов аналитический метод, используемый для обнаружения внутрисосудистого гемолиза, а также по количеству, частоте и интенсивности контактов с землей, но не по технике бега (т. е. передняя или задняя часть стопы) (, таблица 1 ).Дополнительные данные подтверждают мнение о том, что как осмотическая хрупкость, так и мембранная структура эритроцитов значительно изменяются во время упражнений на выносливость (41), и этот факт идет рука об руку с выводами о том, что продолжительность жизни эритроцитов у бегунов примерно на 40% короче, чем у людей, ведущих малоподвижный образ жизни (41). например, 70 против 114 дней) (34). Прямая механическая травма, вызванная силовыми контактами с землей, повторяющаяся мышечная сократительная активность или сужение сосудов внутренних органов, являются тремя потенциальными источниками гемолиза, вызванного физической нагрузкой, в то время как ранее существовавшие нарушения эритроцитов и метаболические аномалии развились во время физической нагрузки (например,g., гипертермия, обезвоживание, гипотонический шок, гипоксия, лактоацидоз, напряжение сдвига, окислительное повреждение, протеолиз, повышение концентрации катехоламинов и лизолецитина) могут активно способствовать запуску, ускорению или усилению этого явления ( Рисунок 1 ).

Таблица 1 Резюме исследований, в которых изучалась частота или степень гемолиза, вызванного физической нагрузкой, у бегунов
Полная таблица

Что касается возможного клинического значения легкого и транзиторного внутрисосудистого гемолиза у спортсменов, интересное исследование показало, что уровни бесклеточного гемоглобина обратно коррелируют со смертностью и госпитализацией по поводу сердечной недостаточности (т.т. е. каждое увеличение гемоглобина плазмы на 0,1 г/л снижает риск смертности и госпитализаций по поводу сердечной недостаточности на 40% и 21% соответственно) (71). В отличие от тяжелых гемолитических заболеваний, при которых массивное высвобождение внеклеточного гемоглобина подавляет эффективность систем гомеостатического клиренса и непосредственно запускает тяжелое окислительное повреждение (72), гораздо более низкая концентрация бесклеточного гемоглобина, образующегося в результате гемолиза, вызванного физической нагрузкой, полностью выводится. белками плазмы-мусорщиками, особенно гаптоглобином.Внутри этих комплексов связанная с гемоглобином активность псевдопероксидазы затем трансформируется из вредной в защитную, что в конечном итоге способствует сохранению целостности клеток и обеспечивает защиту от окислительного стресса, усиленного физической нагрузкой (, рис. 2, ) (73). Таким образом, этот механизм можно рассматривать как потенциально полезный путь, который в конечном итоге может способствовать усилению многих преимуществ регулярных физических упражнений в снижении риска заболеваемости, слабости и смертности (74–76).

Рисунок 2 Различные последствия тяжелого и легкого внутрисосудистого гемолиза.


Благодарности

F Sanchis-Gomar поддерживается постдокторским контрактом, предоставленным «Subprograma Atracció de Talent-Contractes Postdoctorals de la Universitat de València».


Конфликт интересов: У авторов нет конфликта интересов, о котором следует заявить.


Каталожные номера

  1. Липпи Г., Плебани М., Ди Сомма С. и др. Гемолизированные образцы: серьезная проблема для отделений неотложной помощи и клинических лабораторий. Crit Rev Clin Lab Sci 2011; 48: 143-53. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  2. Липпи Г., Джаварина Д., Гелати М. и др.Референтный диапазон индекса гемолиза в сыворотке и литий-гепариновой плазме, измеренный с помощью двух аналитических платформ в популяции неотобранных амбулаторных пациентов. Clin Chim Acta 2014; 429:143-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  3. Lippi G, Favaloro EJ, Franchini M. Индекс гемолиза для скрининга внутрисосудистого гемолиза: новая диагностическая возможность? Переливание крови 2018;16:433-7. [ПубМед]
  4. Van Vlierberghe H, Langlois M, Delanghe J. Полиморфизм гаптоглобина и гомеостаз железа в норме и при болезни.Клин Чим Акта 2004; 345:35-42. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  5. Статистика. Бег и бег трусцой — статистика и факты. Доступно в Интернете: https://www.statista.com/topics/1743/running-and-jogging/. По состоянию на 2 мая 2019 г.
  6. Липпи Г., Шена Ф., Гвиди Г.К. Польза для здоровья от физической активности. CMAJ 2006; 175:776. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  7. Липпи Г., Шена Ф. Бег ради науки (R4S): история успешного проекта точной и лабораторной медицины в спорте и физических упражнениях.J Lab Precis Med 2017; 2:11. [Перекрестная ссылка]
  8. Lippi G, Schena F, Ceriotti F. Диагностические биомаркеры мышечного повреждения и рабдомиолиза при физической нагрузке. Clin Chem Lab Med 2018; 57: 175-82. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  9. Перес-Куилис С., Липпи Г., Сервеллин Г. и др. Рекомендации по тренировкам при пароксизмальной форме ФП у спортсменов молодого и среднего возраста (синдром ПАФИЯМА). Энн Трансл Мед 2017; 5:24. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  10. Липпи Г., Фавалоро Э.Дж., Санчис-Гомар Ф.Внезапная сердечная и внесердечная смерть в спорте: эпидемиология, причины, патогенез и профилактика. Семин Тромб Хемост 2018;44:780-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  11. Ходжсон Л.Э., Уолтер Э., Венн Р.М. и др. Острая почечная недостаточность, связанная с упражнениями на выносливость, — повод для беспокойства? Систематический обзор. BMJ Open Sport Exerc Med 2017;3:e000093. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  12. Липпи Г., Шена Ф., Монтаньяна М. и др. Значительная вариация традиционных маркеров поражения печени после полумарафона.Eur J Intern Med 2011;22:e36-8. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  13. Блэклок, Нью-Джерси. Травма мочевого пузыря у бегуна на длинные дистанции: «Гематурия на 10 000 метров Br J Urol 1977; 49: 129-32. [Crossref] [PubMed]
  14. Kast A. Ueber paroxysmale Hämoglobinurie durch Gehen. Dtsch med Wochenschr 1884; 10:840-2. [Перекрестная ссылка]
  15. Макманус Д. Три случая пароксизмальной гемоглобинурии у солдат. Br Med J 1916; 1:552. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  16. Гиллиган Д.Р., Альтшуле М.Д., Катерский Э.М.Физиологический внутрисосудистый гемолиз при физической нагрузке. Гемоглобинемия и гемоглобинурия после бега по пересеченной местности. J Clin Invest 1943; 22:859-69. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  17. Флэтмарк Т. Исследования гемолитического механизма при мартовской гемоглобинурии. Acta Med Scand 1963; 173:307-13. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  18. Дэвидсон Р.Дж. Гемоглобинурия при физической нагрузке: отчет о трех случаях с исследованиями гемолитического механизма. Дж. Клин Патол, 1964; 17:536-40. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  19. Портманс Дж. Р., Хараламби Г.Биохимические изменения в беге на 100 км: белки в сыворотке крови и моче. Eur J Appl Physiol Occup Physiol 1979;40:245-54. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  20. Dufaux B, Hoederath A, Streitberger I, et al. Сывороточный ферритин, трансферрин, гаптоглобин и железо у бегунов на средние и длинные дистанции, элитных гребцов и профессиональных велосипедистов. Int J Sports Med 1981; 2:43-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  21. Хандинг А., Йордал Р., Паулев П.Е. Анемия бегуна и железодефицитная анемия.Acta Med Scand 1981; 209:315-8. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  22. Falsetti HL, Burke ER, Feld RD, et al. Гематологические изменения после бега на выносливость в кроссовках с твердой и мягкой подошвой. Phys Sportsmed 1983; 11:118-27. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  23. Эйхнер ER. Макроцитоз Бегуна: ключ к гемолизу при ударе стопы. Анемия бегуна как преимущество по сравнению с гемолизом бегуна как вред. Am J Med 1985; 78: 321-5. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  24. Найман CR.Гематологические и биохимические наблюдения во время эстафеты на 750 миль. Br J Sports Med 1985; 19: 156–157. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  25. Дэвидсон Р.Дж., Робертсон Дж.Д., Галеа Г. и др. Гематологические изменения, связанные с марафонским бегом. Int J Sports Med 1987; 8:19-25. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  26. Иган Л.М., Уоттс П.Б., Силта Британская Колумбия. Изменения гаптоглобина в сыворотке как острая реакция на марафонскую гонку. J Sports Sci 1987; 5: 55–60. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  27. Wolf PL, Lott JA, Nitti GJ, et al.Изменения сывороточных ферментов, лактата и гаптоглобина после острого физического стресса у спортсменов международного класса. Клин Биохим 1987; 20:73-7. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  28. Lijnen P, Hespel P, Fagard R, et al. Показатели распада клеток плазмы мужчин во время и после марафонского забега. Int J Sports Med 1988; 9: 108-13. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  29. Миллер Б.Дж., Пейт Р.Р., Берджесс В. Сила удара стопы и внутрисосудистый гемолиз во время бега на длинные дистанции.Int J Sports Med 1988; 9: 56–60. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  30. O’Toole ML, Hiller WD, Roalstad MS, et al. Гемолиз во время триатлонных гонок: его связь с дистанцией гонки. Медицинские научные спортивные упражнения 1988; 20: 272-5. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  31. Зайлер Д., Нагель Д., Франц Х. и др. Влияние бега на длинные дистанции на метаболизм железа и гематологические параметры. Int J Sports Med 1989; 10: 357-62. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  32. Дейтрик РВ.Внутрисосудистый гемолиз у бегунов-любителей. Br J Sports Med 1991; 25: 183-7. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  33. Дрессендорфер Р.Х., Уэйд К.Е., Клейбо Дж. и др. Влияние 7 дней подряд непривычных длительных упражнений на аэробную производительность и повреждение тканей у фитнес-бегунов. Int J Sports Med 1991; 12:55-61. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  34. Weight LM, Byrne MJ, Jacobs P. Гемолитические эффекты упражнений. Clin Sci (Лондон) 1991; 81: 147-52. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  35. Дрессендорфер Р.Х., Уэйд К.Э., Фредерик Э.К.Влияние амортизации обуви на развитие ретикулоцитоза у бегунов на длинные дистанции. Am J Sports Med 1992; 20: 212-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  36. Де Пас Х.А., Вилла Х.Г., Лопес П. и др. Влияние бега на длинные дистанции на билирубин сыворотки. Медицинские научные спортивные упражнения 1995; 27: 1590-4. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  37. Джордан Дж., Кирнан В., Меркер Х.Дж. и др. Скелетные изменения мембран эритроцитов у марафонцев. Int J Sports Med 1998; 19:16-9. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  38. Fallon KE, Sivyer G, Sivyer K, et al.Изменения гематологических показателей и метаболизма железа, связанные с ультрамарафоном на 1600 км. Br J Sports Med 1999; 33: 27–31; обсуждение 32. [Crossref] [PubMed]
  39. Шумахер Ю.О., Шмид А., Гратволь Д. и др. Гематологические показатели и статус железа у спортсменов различных видов спорта и разрядов. Med Sci Sports Exerc 2002; 34: 869-75. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  40. Telford RD, Sly GJ, Hahn AG, et al. Удар стопы является основной причиной гемолиза во время бега.J Appl Physiol 2003;94:38-42. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  41. Юсоф А., Лейтхаузер Р.М., Рот Х.Дж. и др. Гемолиз, вызванный физической нагрузкой, вызван модификацией белка и наиболее заметен на ранней стадии сверхвыносливой гонки. J Appl Physiol (1985) 2007; 102:582-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  42. Пилинг П., Доусон Б., Гудман С. и др. Тренировочная поверхность и интенсивность: воспаление, гемолиз и экспрессия гепсидина. Медицинские научные спортивные упражнения 2009; 41: 1138-45.[Перекрестная ссылка] [PubMed]
  43. Пилинг П., Доусон Б., Гудман С. и др. Кумулятивный эффект последовательных занятий бегом на гемолиз, воспаление и активность гепсидина. Eur J Appl Physiol 2009;106:51-9. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  44. Сим М., Доусон Б., Ландерс Г. и др. Влияние приема углеводов во время бега на выносливость на воспаление после тренировки и уровень гепсидина. Eur J Appl Physiol 2012;112:1889-98. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  45. Gough CE, Eastwood A, Saunders PU и др.Ложная масса гемоглобина увеличивается после физической нагрузки. Int J Sports Med 2012; 33: 691-5. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  46. Lippi G, Schena F, Salvagno GL, et al. Гемолиз при ударе стопы после ультрамарафона на 60 км. Переливание крови 2012;10:377-83. [ПубМед]
  47. Бинни М.Дж., Доусон Б., Пиннингтон Х. и др. Влияние тренировочной поверхности на острые физиологические реакции после интервальной тренировки. J Прочность Cond Res 2013; 27: 1047-56. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  48. Бинни М.Дж., Доусон Б., Пиннингтон Х. и др.Часть 2: влияние тренировочной поверхности на острые физиологические реакции после спортивной тренировки. J Прочность Cond Res 2013; 27: 1057-66. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  49. Christensen DL, Espino D, Infante-Ramirez R, et al. Нормализация повышенных сердечных, почечных и плазменных маркеров гемолиза в течение 48 часов у мексиканских бегунов тараумара после забега на 78 км на умеренной высоте. Am J Hum Biol 2014; 26:836-43. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  50. Робах П., Буассон Р.С., Винсент Л. и др.Гемолиз, вызванный экстремальным горным ультрамарафоном, не связан с уменьшением общего объема эритроцитов. Scand J Med Sci Sports 2014; 24:18-27. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  51. Чиу Ю.Х., Лай Цзи, Ван С.Х. и др. Ранние изменения феномена анемии у мужчин-марафонцев на 100 км. J Chin Med Assoc 2015;78:108-13. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  52. Колфилд С., Макдональд К.А., Доусон Б. и др. Сравнение гемолитических реакций у бегунов на длинные дистанции переднего и заднего отделов стопы.J Sports Sci 2016; 34: 1485-90. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  53. Liu CH, Tseng YF, Lai JI, et al. Изменения вязкоупругости эритроцитов и спортивная анемия у мужчин, прошедших 24-часовую ультрамарафонскую дистанцию. J Chin Med Assoc 2018;81:475-81. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  54. Бенеке Р., Бин Д., Хатлер М. и др. Гемолиз, вызванный изменениями альфа- и бета-спектрина после 10–35 минут тяжелой физической нагрузки. Eur J Appl Physiol 2005;95:307-12. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  55. Селби Г.Б., Эйхнер Э.Р.Плавание на выносливость, внутрисосудистый гемолиз, анемия и истощение запасов железа. Новый взгляд на анемию спортсменов. Am J Med 1986; 81: 791-4. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  56. Портманс-младший. Упражнения и функция почек. Sports Med 1984; 1: 125-53. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  57. Расмуссен Х., Лейк В., Аллен Дж. Э. Влияние катехоламинов и простагландинов на эритроциты человека и крысы. Биохим Биофиз Акта 1975;411:63-73. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  58. Ямада Т., Тохори М., Ашида Т. и др.Сравнение влияния диеты с растительным белком и диеты с животным белком на инициацию анемии во время энергичных физических тренировок (спортивная анемия) у собак и крыс. J Nutr Sci Vitaminol (Токио) 1987; 33:129-49. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  59. Рихьери Г.В., Мел Х.К. Влияние температуры на осмотическую хрупкость и мембрану эритроцитов. Биохим Биофиз Акта 1985;813:41-50. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  60. Хиро Т. Исследования осмотической хрупкости эритроцитов под влиянием метаболического ацидоза.Jpn J Phys Fitness Sports Med 1982; 31: 279-90. [Перекрестная ссылка]
  61. Сикора Дж., Орлов С.Н., Фуруя К. и др. Гемолиз является основным механизмом высвобождения АТФ в эритроцитах человека. Кровь 2014;124:2150-7. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  62. Platt OS, Lux SE, Натан Д.Г. Гемолиз, индуцированный физической нагрузкой, при ксероцитозе. Дегидратация эритроцитов и чувствительность к сдвигу. Дж. Клин Инвест, 1981; 68: 631–638. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  63. Smith JA, Kolbuch-Braddon M, Gillam I, et al.Изменения восприимчивости эритроцитов к окислительному и осмотическому стрессу после субмаксимальной нагрузки. Eur J Appl Physiol Occup Physiol 1995;70:427-36. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  64. Годал Х.С., Рефсум Х.Е. Гемолиз у спортсменов вследствие наследственного сфероцитоза. Scand J Haematol 1979; 22:83-6. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  65. Коннес П., Мачадо Р., Хью О. и др. Ограничение физической нагрузки, тестирование с физической нагрузкой и рекомендации по физической нагрузке при серповидноклеточной анемии.Clin Hemorheol Microcirc 2011;49:151-63. [ПубМед]
  66. Эзиокву А.С., Анджелини Д. Новый диагноз дефицита G6PD, проявляющийся тяжелым рабдомиолизом. Куреус 2018;10:e2387. [ПубМед]
  67. Ким Дж., Борхес В.Х., Холлидей, Массачусетс. Корреляция между осмотической хрупкостью эритроцитов и сывороточным натрием. Ам Дж. Дис Чайлд 1962; 104: 281-8. [ПубМед]
  68. Липпи Г., Меркаданти М., Алоэ Р. и др. Механическая хрупкость эритроцитов повышена у больных сахарным диабетом 2 типа.Европейский медицинский стажер, 2012; 23:150-3. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  69. Horii K, Adachi Y, Ohba Y, et al. Осмотическая хрупкость эритроцитов при различных заболеваниях печени — применение системы центрифуги «планетарная катушка». Gastroenterol Jpn 1981;16:161-7. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  70. Шумахер Ю.О., Янковиц Р., Бултерманн Д. и соавт. Гематологические показатели у элитных велосипедистов. Scand J Med Sci Sports 2002; 12:301-8. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  71. Лупон Дж., Уррутия А., Гонсалес Б. и др.Прогностическое значение уровня гемоглобина у больных с сердечной недостаточностью. Rev Esp Cardiol 2005; 58:48-53. [ПубМед]
  72. Ротер Р.П., Белл Л., Хиллмен П. и др. Клинические последствия внутрисосудистого гемолиза и внеклеточного гемоглобина плазмы: новый механизм болезни человека. ДЖАМА 2005; 293:1653-62. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  73. Schaer CA, Deuel JW, Bittermann AG, et al. Механизмы защиты гаптоглобина от перекисного окисления гемоглобина запускают повреждение эндотелия.Cell Death Differ 2013; 20:1569-79. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  74. Коккинос П. Физическая активность, польза для здоровья и риск смертности. ISRN Cardiol 2012; 2012:718789. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  75. Лю К.К., Филдинг Р.А. Упражнения как средство от слабости. Clin Geriatr Med 2011; 27:101-10. [Перекрестная ссылка] [PubMed]
  76. ван Экк CF, Фу FH. Польза от участия в молодежном спорте должна перевешивать риски. Энн Трансл Мед 2018;6:S11.[Crossref] [PubMed]

Цитируйте эту статью как: Lippi G, Sanchis-Gomar F. Эпидемиологические, биологические и клинические данные о гемолизе, вызванном физической нагрузкой. Энн Трансл Мед 2019;7(12):270. doi: 10.21037/atm.2019.05.41

Внутрисосудистый гемолиз с гемоглобинурией у спленэктомированного пациента с тяжелой малярией Plasmodium knowlesi | Журнал малярии

  • Chau TTH, Day NP, Van Chuong L, Mai NTH, Loc PP, Phu NH, et al. Черноводная лихорадка на юге Вьетнама: проспективное описательное исследование 50 случаев.Клин Инфекция Дис. 1996; 23:1274–81.

    Артикул Google ученый

  • Боди Дж.М., Нсибу К.Н., Алони М.Н., Лукуте Г.Н., Кунуануна Т.С., Чибассу П.М. и др. Черная водяная лихорадка, связанная с острой почечной недостаточностью, среди конголезских детей в Киншасе. Саудовская J Kidney Dis Transpl. 2014;25:1352.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Боди Дж. М., Нсибу К. Н., Лонгенге Р. Л., Алони М. Н., Акилимали П. З., Чибассу П. М. и др.Черноводная лихорадка у конголезских детей: отчет о клинических, лабораторных особенностях и факторах риска. Малар Дж. 2013; 12:205.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Рожье С., Имбер П., Талль А., Сохна С., Шпигель А., Трапе Ж-Ф. Эпидемиологические и клинические аспекты черноводной лихорадки у африканских детей, страдающих частыми приступами малярии. Trans R Soc Trop Med Hyg. 2003; 97: 193–7.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Гобби Ф., Ауданьотто С., Трентини Л., Нкурунзиза И., Корачан М., Ди Перри Г.Блэкуотерская лихорадка у детей, Бурунди. Эмердж Инфекция Дис. 2005; 11:1118–20.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Дондорп А.М., Фанелло С.И., Хендриксен И.С., Гомес Э., Сени А., Чхаганлал К.Д. и др. Артесунат против хинина в лечении тяжелой малярии falciparum у африканских детей (AQUAMAT): открытое рандомизированное исследование. Ланцет. 2010; 376:1647–57.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Hawkes MT, Conroy AL, Opoka RO, Hermann L, Thorpe KE, McDonald C, et al.Вдыхание оксида азота в качестве дополнительной терапии тяжелой малярии: рандомизированное контролируемое исследование. Малар Дж. 2015; 14:421.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Дондорп А., Ностен Ф., Степневска К., Дэй Н., Уайт Н. Группа исследования хинина артесуната малярии из Юго-Восточной Азии (SEAQUAMAT). Артесунат против хинина для лечения тяжелой малярии falciparum: рандомизированное исследование. Ланцет. 2005; 366: 717–25.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Катонголе-Мбидде Э., Банура С., Кизито А.Блэкуотерская лихорадка, вызванная инфекцией Plasmodium vivax при синдроме приобретенного иммунодефицита. Бр Мед Дж. 1988; 296:827.

    КАС Статья Google ученый

  • Барбер Б.Э., Уильям Т., Григг М.Дж., Менон Дж., Оберн С., Марфурт Дж. и др. Проспективное сравнительное исследование малярии knowlesi, falciparum и vivax в штате Сабах, Малайзия: высокая доля случаев тяжелого заболевания от Plasmodium knowlesi и P.vivax , но без смертности при раннем обращении и терапии артесунатом. Клин Инфекция Дис. 2013;56:383–97.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Уильям Т., Менон Дж., Раджахрам Г., Чан Л., Ма Г., Дональдсон С. и др. Тяжелая форма малярии Plasmodium knowlesi в больнице третичного уровня, Сабах, Малайзия. Эмердж Инфекция Дис. 2011;17:1248–55.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Атичартакарн В., Чунчаруни С., Арчарарит Н., Удомсубпаякул У., Арюрачай К.Внутрисосудистый гемолиз, активация эндотелиальных клеток сосудов и тромбофилия у спленэктомированных пациентов с гемоглобиновой E/β-талассемией. Акта Гематол. 2014; 132:100–7.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Данешвар С., Дэвис Т.М., Кокс-Сингх Дж., Рафаи М., Закария С., Дивис П. и др. Клинико-лабораторные особенности инфицирования человека Plasmodium knowlesi . Клин Инфекция Дис. 2009; 49: 852–60.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Ноулз Р. Дас Гупта, Б.М. Изучение обезьяньей малярии и ее экспериментальной передачи человеку. Индийский Мед Газ. 1932; 67: 246–9.

    Google ученый

  • Ригдон Р. Гемоглобинурия (черная лихорадка) у обезьян: рассмотрение болезни у человека. Ам Джей Патол. 1949; 25:195.

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Всемирная организация здравоохранения.Тяжелая малярия. Троп Мед Int Health. 2014; 19:7–131.

    Артикул Google ученый

  • Омодео-Сале Ф., Мотти А., Дондорп А., Уайт Н.Дж., Тарамелли Д. Дестабилизация и последующий лизис эритроцитов человека, вызванные продуктами гема Plasmodium falciparum . Евр Дж Гематол. 2005; 74: 324–32.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Мохан К., Дубей М., Гангули Н., Махаджан Р. Plasmodium falciparum : роль активированных моноцитов крови в повреждении мембран эритроцитов и потере эритроцитов при малярии. Опыт Паразитол. 1995; 80: 54–63.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Layez C, Nogueira P, Combes V, Costa FT, Juhan-Vague I, da Silva LHP и др. Plasmodium falciparum белок роптри RSP2 вызывает разрушение эритроидного ростка. Кровь. 2005; 106:3632–8.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Крефтмейер-Вегтер А.Р., ван Гендерен П.Дж., Виссер Л.Г., Бирман В., Клеринкс Дж., ван Вельдхуизен С. и др.Результаты лечения внутривенным введением артесуната у пациентов с тяжелой малярией в Нидерландах и Бельгии. Малар Дж. 2012; 11:102.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Zoller T, Junghanss T, Kapaun A, Gjorup I, Richter J, Hugo-Persson M, et al. Внутривенный артесунат при тяжелой малярии у путешественников, Европа. Эмердж Инфекция Дис. 2011;17:771–7.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Jauréguiberry S, Ndour PA, Roussel C, Ader F, Safeukui I, Nguyen M, et al.Постартесунатный отсроченный гемолиз является предсказуемым событием, связанным со спасительным эффектом артемизининов. Кровь. 2014; 124:167–75.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Plewes K, Haider MS, Kingston HW, Yeo TW, Ghose A, Hossain MA, et al. Тяжелая малярия falciparum, лечение артесунатом, осложненная отсроченным гемолизом и острым повреждением почек. Малар Дж. 2015; 14:246.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Гопалакришнан А.М., Кумар Н.Противомалярийное действие артесуната связано с повреждением ДНК, опосредованным активными формами кислорода. Противомикробные агенты Chemother. 2015;59:317–25.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Meshnick SR, Yang Y, Lima V, Kuypers F, Kamchonwongpaisan S, Yuthavong Y. Железозависимое образование свободных радикалов от противомалярийного агента артемизинина (qinghaosu). Противомикробные агенты Chemother. 1993; 37:1108–14.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Берман, Пенсильвания, Адамс, Пенсильвания.Артемизинин усиливает катализируемое гем окисление липидных мембран. Свободный Радик Биол Мед. 1997; 22:1283–8.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Alzoubi K, Calabrò S, Bissinger R, Abed M, Faggio C, Lang F. Стимуляция суицидальной гибели эритроцитов артесунатом. Cell Physiol Biochem. 2014;34:2232–44.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Магуайр П., Прюдом Дж., Шерман И.Изменения в организации фосфолипидов мембраны эритроцитов из-за внутриклеточного роста малярийного паразита человека, Plasmodium falciparum . Паразитология. 1991; 102: 179–86.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Шерман И.В., Прюдом Дж., Тейт Дж.Ф. Измененная асимметрия мембранных фосфолипидов в эритроцитах, инфицированных Plasmodium falciparum . Паразитол сегодня. 1997; 13: 242–3.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Баньяцуппасин В., Буттхеп П., Атичартакарн В., Таккинстиан А., Арчарарит Н., Паттанапаньясат К. и др.Активация мононуклеарных фагоцитов и ее связь с аспленией и фосфатидилсерин-экспозиция эритроцитов у пациентов с гемоглобином E/β-талассемией. Am J Гематол. 2011;86:89–92.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Атичартакарн В., Ангчайсуксири П., Арюрачай К., Онпун С., Чунчаруни С., Таккинстиан А. и др. Взаимосвязь между состоянием гиперкоагуляции и воздействием фосфатидилсерина на эритроциты у спленэктомированных пациентов с гемоглобином E/β-талассемией.Бр Дж Гематол. 2002; 118: 893–8.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Руф А., Пик М., Дойч В., Пачеке Х., Гольдфарб А., Рахмилевиц Э.А. и др. Активация тромбоцитов in vivo коррелирует с экспозицией анионных фосфолипидов в эритроцитах у пациентов с большой β-талассемией. Бр Дж Гематол. 1997; 98: 51–6.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Клосс С, Дашари-Прижан Ж, Буассо М.Р.Связанная с фосфатидилсерином адгезия эритроцитов человека к эндотелию сосудов. Бр Дж Гематол. 1999;107:300–2.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Плевес К., Мод Р.Дж., Гхош А., Дондорп А.М. Тяжелая малярия falciparum, осложненная длительным гемолизом и риномаксилярным мукормикозом после элиминации паразитов: клинический случай. BMC Infect Dis. 2015;15:1.

    Артикул Google ученый

  • Махарадж Д., Макдональд Г., Добби Дж.Спленэктомия и черноводная лихорадка. Бр Дж Гематол. 1982; 51: 663–4.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Boo YL, Lim HT, Chin PW, Lim SY, Hoo FK. Случай тяжелого Plasmodium knowlesi у спленэктомированного пациента. Паразитол Интерн. 2016;65:55–7.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Bird E, Paramaswaran U, William T, Khoo TM, Grigg MJ, Aziz A, et al.Трансфузионно-трансмиссивная тяжелая малярия Plasmodium knowlesi у спленэктомированного пациента с большой бета-талассемией в Сабахе, Малайзия: клинический случай. Малар Дж. 2016; 15:357.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Khwaja A. Руководство по клинической практике KDIGO при остром повреждении почек. Нефрон Клин Прак. 2012; 120: c179–84.

    Артикул Google ученый

  • Брюнель Ф., Гашо Б., Вольф М., Ренье Б., Данис М., Вашон Ф.Возобновление черной лихорадки среди европейских экспатриантов, длительное время проживающих в Африке: отчет о 21 случае и обзор. Клин Инфекция Дис. 2001; 32:1133–40.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Блюм С., Гаттрингер Р., Хашке Э., Валочник Дж., Чурченталер Г., Ланг Ф. и др. Случай: гемолиз и острая почечная недостаточность. почки инт. 2011;80:681.

    Артикул пабмед Google ученый

  • Хосе М., Линн К.Острая почечная недостаточность у больного с пароксизмальной ночной гемоглобинурией. Клин Нефрол. 2001; 56: 172–4.

    КАС пабмед Google ученый

  • Кларк Д.А., Батлер С.А., Брарен В., Хартманн Р.К., Дженкинс Д.Дж. Почки при пароксизмальной ночной гемоглобинурии. Кровь. 1981; 57: 83–89.

    КАС пабмед Google ученый

  • Рубин Х. Пароксизмальная ночная гемоглобинурия с почечной недостаточностью.ДЖАМА. 1971; 215: 433–6.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Windsant ICV, Snoeijs MG, Hanssen SJ, Altintas S, Heijmans JH, Koeppel TA, et al. Гемолиз связан с острым повреждением почек во время крупных операций на аорте. почки инт. 2010;77:913–20.

    Артикул Google ученый

  • Ситприя В. Нефропатия при малярии falciparum. почки инт.1988; 34: 867–77.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Billings FT, Ball SK, Roberts LJ, Pretorius M. Послеоперационное острое повреждение почек связано с гемоглобинемией и повышенной реакцией на окислительный стресс. Свободный Радик Биол Мед. 2011;50:1480–7.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Мур К.П., Холт С.Г., Патель Р.П., Свистуненко Д.А., Закерт В., Гудье Д. и другие.Причинная роль окислительно-восстановительного цикла миоглобина и его ингибирования подщелачиванием в патогенезе и лечении почечной недостаточности, вызванной рабдомиолизом. Дж. Биол. Хим. 1998; 273:31731–7.

    КАС Статья пабмед Google ученый

  • Yeo TW, Lampah DA, Tjitra E, Gitawati R, Kenangalem E, Piera K, et al. Отношение бесклеточного гемоглобина к нарушенной биодоступности оксида азота и перфузии при тяжелой малярии falciparum.J заразить дис. 2009; 200:1522–9.

    КАС Статья пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Раджахрам Г., Барбер Б.Е., Уильям Т., Григг М.Дж., Менон Дж., Йео Т.В. и др. Снижение уровня смертности от малярии Plasmodium knowlesi среди взрослых, несмотря на рост заболеваемости, Сабах, Малайзия, 2010–2014 гг. Эмердж Инфекция Дис. 2016;22:41–8.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • ГЕМОЛИТИЧЕСКАЯ АНЕМИЯ

    ГЕМОЛИТИЧЕСКАЯ АНЕМИЯ

    ГЕМОЛИТИЧЕСКАЯ АНЕМИЯ

    Дифференциальная диагностика

    Нормальная продолжительность жизни эритроцита составляет примерно 120 дней, после чего клетки разрушаются ретикулоэндотелиальной системой, особенно селезенкой.Гемолиз относится к преждевременному разрушению эритроцитов, а гемолитическая анемия возникает, когда продукция костного мозга не может компенсировать усиление периферического разрушения. Существует две основные категории гемолитических анемий: экстраваскулярная, которая является более распространенной формой, и внутрисосудистая. Внесосудистый гемолиз возникает, когда эритроциты разрушаются тканевыми макрофагами, особенно в селезенке. Внутрисосудистый гемолиз возникает при механической травме эритроцитов или при индуцированном комплементом лизисе клеток в кровотоке.Внутрисосудистый гемолиз приводит к гемоглобинемии, гемоглобинурии, метемальбуминемии и гемосидеринурии, тогда как спленомегалия свидетельствует о внесосудистом гемолизе.

    Симптомы гемолитической анемии аналогичны другим анемиям и включают одышку, утомляемость и слабость. Физикальные данные включают ортостатическую гипотензию, тахикардию, желтуху, желтуху и спленомегалию. Обнаружение спленомегалии свидетельствует о внесосудистом гемолизе и не является физическим признаком при наличии внутрисосудистого гемолиза.Камни в желчном пузыре могут образовываться, и их присутствие у подростков или молодых людей может свидетельствовать о длительно существующей гемолитической анемии.

    Сопутствующие лабораторные отклонения включают нормоцитарную анемию с повышенным ретикулоцитарным индексом. Неконъюгированная гипербилирубинемия присутствует наряду с повышенным уровнем ЛДГ. При внутрисосудистом гемолизе происходит выплеск гемоглобина из разрушенных эритроцитов в плазму. Этот свободный гемоглобин очищается путем соединения с гаптоглобином посредством окисления железа или через почки.Результатом почечного клиренса гемоглобина является присутствие гемоглобина в моче (гемоглобинурия или гемосидеринурия).

    После того, как гемолитическая анемия диагностирована, следующим этапом обследования является дифференциация внесосудистого и внутрисосудистого гемолиза. Как упоминалось выше, спленомегалия является физикальным признаком, который строго указывает на внесосудистый гемолиз. Гемоглобинемия, гемоглобинурия и гемосидеринурия указывают на внутрисосудистый гемолиз и более чувствительны, чем уровень гаптоглобина в сыворотке.Гаптоглобин представляет собой сывороточный белок, который связывает свободный сывороточный гемоглобин и значительно угнетается (почти отсутствует) при внутрисосудистом гемолизе; однако этот признак неспецифичен, и низкий уровень гаптоглобина может наблюдаться при экстраваскулярном гемолизе. Кроме того, гаптоглобин ложно повышен при многих заболеваниях. Поэтому у больного может быть внутрисосудистый гемолиз при сопутствующем заболевании, и в этом случае гаптоглобин может быть в норме. Гемосидеринурия может быть обнаружена путем окрашивания берлинской лазурью осадок мочи. Цвет плазмы от розового до красного вина указывает на наличие гемоглобина в плазме и может быть подтверждено обнаружением уровень гемоглобина 50 мг/дл или выше. Если моча становится красной или коричневой после центрифугирование, то присутствует гемоглобинурия. Метемальбумин будет обнаруживаться в сыворотке в течение нескольких дней после гемолитического события.

    Тяжелая гипофосфатемия может вызвать гемолитическое состояние. Гибкость эритроцитов зависит от внутриклеточного АТФ, который, в свою очередь, зависит от уровня фосфора в сыворотке.Истощение сывороточного фосфора до уровня менее 0,5 мг/дл приводит к снижению уровня внутриклеточного АТФ в эритроцитах. Затем эритроциты становятся ригидными и разрушаются в селезенке (внесосудистое). Другие причины внесосудистого гемолиза включают аутоиммунную гемолитическую анемию (это наиболее частая причина внесосудистого гемолиза, возникающая в результате усиленного фагоцитарного разрушения эритроцитов вследствие аутоантител), наследственные аномалии мембран эритроцитов (сфероцитоз, эллиптоцитоз и стоматоцитоз), шпороклеточную анемию, дефицит пируваткиназы. и болезнь нестабильного гемоглобина.

    Внутрисосудистая гемолитическая анемия возникает в результате дефицита ферментов (глюкозо-6-фосфатдегидрогеназы и глутатионредуктазы), иммуноопосредованных механизмов, инфекций (Clostridium perfringens, Bartonella bacilliformis и малярии), пароксизмальной ночной гемоглобинурии и механической травмы (микроангиопатическая гемолитическая анемия). Микроангиопатическая гемолитическая анемия возникает, когда поток эритроцитов подвергается высокоскоростному турбулентному потоку (злокачественные опухоли, злокачественная гипертензия, тяжелый аортальный стеноз и протезы клапанов сердца), зонам внутрисосудистого свертывания крови (диссеминированное внутрисосудистое свертывание крови и тромботическая тромбоцитопеническая пурпура) или малой крови. сосуды в зонах повышенной травматичности (мартовская гемоглобинурия).Хроническая микроангиопатическая гемолитическая анемия может привести к железодефицитной анемии с сопутствующими лабораторными отклонениями (неадекватным ретикулоцитозом, микроцитозом и характерными отклонениями в исследованиях железа). После восполнения запасов железа становятся очевидными нарушения, характерные для внутрисосудистого гемолиза. Этот возможный механизм следует учитывать у пациенток с железодефицитной анемией без очевидной этиологии (желудочно-кишечное кровотечение, обильные менструации, беременность или инвазия анкилостомы).

    Аутоиммунные гемолитические анемии можно диагностировать с помощью прямого антиглобулиновый тест (DAT или Direct Coomb’s) и определение титра холодовых агглютининов. Полиспецифическое тестирование DAT указывает на участие IgG или C3 в гемолитических процессах. обработать. Моноспецифическую сыворотку можно использовать для определения наличия IgG или C3. вовлеченный. Тест Доната-Ландштейнера может быть использован для диагностики пароксизмальной холодовая гемоглобинурия.

    Терапия гемолиза зависит от основной причины.Лица с генетическими аномалиями, вызывающими гемолиз, должны пройти генетическое консультирование. Следует приложить все усилия, чтобы определить, какие стрессоры вызывают гемолиз у конкретного пациента, чтобы их можно было избежать.

    Похожие записи

    Что такое шунтирование сердца и сосудов: актуальный взгляд на прогноз и риски

    Содержание актуальный взгляд на прогноз и рискиЧто это такоеКак проводится аортокоронарное шунтирование сосудовВиды и типы аортокоронарного шунтирования сердцаЧто необходимо знать […]

    Чистка сосудов народными средствами лимоном и чесноком: 5 рецептов народных средств из чеснока и лимона для чистки сосудов

    Содержание Чеснок, лимон, мед для чистки сосудов (классический рецепт)Эффективность лимона, чеснока и других продуктов при атеросклерозеНародные варианты для очищения сосудов […]

    Питание после шунтирования сосудов сердца меню: чем можно питаться после операции сосудов сердца, антихолестериновая диета после аорртокоронарного ШС

    Содержание первые дни в послеоперационный период, диета, правила питания, жизнь после, инвалидностьТак ли важна реабилитация после шунтирования сосудов сердцаЦели реабилитации […]

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.