Беременность и аденома гипофиза: Диссертация на тему «Беременность у женщин с пролактинсекретирующей аденомой гипофиза», скачать бесплатно автореферат по специальности ВАК РФ 14.00.01

alexxlab Разное

Содержание

Диагностика и терапия аденом гипофиза | Бейлерли

1. Lloyd R.V., Osamura R.Y., Klöppel G., Rosai J. (eds.) WHO classification of tumours of endocrine organs. Lyon: IARC; 2017. 355 p.

2. McDowell B.D., Wallace R.B., Carnahan R.M., Chrischilles E.A., Lynch C.F., Schlechte J.A. Demographic differences in incidence for pituitary adenoma. Pituitary. 2011;14(1):23–30. DOI: 10.1007/s11102-010-0253-4

3. Tjörnstrand A., Gunnarsson K., Evert M., Holmberg E., Ragnarsson O., Rosén T., et al. The incidence rate of pituitary adenomas in western Sweden for the period 2001–2011. Eur J Endocrinol. 2014;171(4):519–26. DOI: 10.1530/EJE-14-0144

4. Askitis D., Tsitlakidis D., Müller N., Waschke A., Wolf G., Müller U.A., et al. Complete evaluation of pituitary tumours in a single tertiary care institution. Endocrine. 2018;60(2):255–62. DOI: 10.1007/s12020-018-1570-z

5. Przybylowski C.J., Dallapiazza R.F., Williams B.J., Pomeraniec I.J., Xu Z., Payne S.C., et al. Primary versus revision transsphenoidal resection for nonfunctioning pituitary macroadenomas: matched cohort study. J Neurosurg. 2016;76(5):889–96. DOI: 10.3171/2016.3.JNS152735

6. Vaz-Guimaraes F., Koutourousiou M., de Almeida J.R., Tyler-Kabara E.C., Fernandez-Miranda J.C., Wang E.W., et al. Endoscopic endonasal surgery for epidermoid and dermoid cysts: a 10-year experience. J Neurosurg. 2018;100(5):1–11. DOI: 10.3171/2017.7.JNS162783

7. Dhandapani S., Singh H., Negm H.M., Cohen S., Souweidane M.M., Greenfield J.P., et al. Endonasal endoscopic reoperation for residual or recurrent craniopharyngiomas. J Neurosurg. 2016;3(5):418–30. DOI: 10.3171/2016.1.JNS152238

8. Ji M.J., Kim J.H., Lee J.H., Lee J.H., Kim Y.H., Paek S.H., et al. Best candidates for dopamine agonist withdrawal in patients with prolactinomas. Pituitary. 2017;20(5):578–84. DOI: 10.1007/s11102-017-0820-z

9. Langlois F., McCartney S., Fleseriu M. Recent progress in the medical therapy of pituitary tumors. Endocrinol Metab. 2017;32(2):162–70. DOI: 10.3803/EnM.2017.32.2.162

10. Schloffer H. Erfolgreiche Operation eines Hypophysentumors auf nasalem Wege. Wien Klin Wochenschr. 1907;20:621–4.

11. Gondim J.A., Almeida J.P., de Albuquerque L.A., Gomes E., Schops M., Mota J.I. Endoscopic endonasal transsphenoidal surgery in elderly patients with pituitary adenomas. J Neurosurg. 2015;123(1):31–8. DOI: 10.3171/2014.10.JNS14372

12. Pala A., Knoll A., Brand C., Etzrodt-Walter G., Coburger J., Wirtz C.R., et al. The value of Intraoperative magnetic resonance imaging in endoscopic and microsurgical transsphenoidal pituitary adenoma resection. World Neurosurg. 2017;102:144–50. DOI: 10.1016/j.wneu.2017.02.132

13. Coburger J., König R., Seitz K., Bäzner U., Wirtz C.R., Hlavac M. Determining the utility of intraoperative magnetic resonance imaging for transsphenoidal surgery: a retrospective study. J Neurosurg. 2014;120(2):346–56. DOI: 10.3171/2013.9.JNS122207

14. Sylvester P.T., Evans J.A., Zipfel G.J., Chole R.A., Uppaluri R., Haughey B.H., et al. Combined high-field intraoperative magnetic resonance imaging and endoscopy increase extent of resection and progressionfree survival for pituitary adenomas. Pituitary. 2015;18(1):72–85. DOI: 10.1007/s11102-014-0560-2

15. Amano K., Aihara Y., Tsuzuki S., Okada Y., Kawamata T. Application of indocyanine green fluorescence endoscopic system in transsphenoidal surgery for pituitary tumors. Acta Neurochir (Wien). 2019;161(4):695–706. DOI: 10.1007/s00701-018-03778-0

16. Li Z., Ji T., Huang G.D., Guo J., Yang J.H., Li W.P. A stratified algorithm for skull base reconstruction with endoscopic endonasal approach. J Craniofac Surg. 2018;29(1):193–8. DOI: 10.1097/SCS.0000000000004184

17. Sanmillán J.L., Torres-Diaz A., Sanchez-Fernández J.J., Lau R., Ciller C., Puyalto P., et al. Radiologic predictors for extent of resection in pituitary adenoma surgery. A single-center study. World Neurosurg. 2017;108:436–46. DOI: 10.1016/j.wneu.2017.09.017

18. Losa M., Spatola G., Albano L., Gandolfi A., Del Vecchio A., Bolognesi A., et al. Frequency, pattern, and outcome of recurrences after gamma knife radiosurgery for pituitary adenomas. Endocrine. 2017;56(3):595–602. DOI: 10.1007/s12020-016-1081-8

19. Graffeo C.S., Link M.J., Brown P.D., Young W.F., Pollock B.E. Hypopituitarism after single-fraction pituitary adenoma radiosurgery: dosimetric analysis based on patients treated using contemporary techniques. Int J Radiat Oncol Biol Phys. 2018;101(3):618–23. DOI: 10.1016/j.ijrobp.2018.02.169

20. Gao Y., Zheng H., Xu S., Zheng Y., Wang Y., Jiang J., et al. Endoscopic versus microscopic approach in pituitary surgery. J Craniofac Surg. 2016;27(2):e157–9. DOI: 10.1097/SCS.0000000000002401

21. Zhan R., Ma Z., Wang D., Li X. Pure endoscopic endonasal transsphenoidal approach for nonfunctioning pituitary adenomas in the elderly: surgical outcomes and complications in 158 patients. World Neurosurg. 2015;84(6):1572–8. DOI: 10.1016/j.wneu.2015.08.035

22. Magro E., Graillon T., Lassave J., Castinetti F., Boissonneau S., Tabouret E., et al. Complications related to the endoscopic endonasal transsphenoidal approach for Nonfunctioning pituitary macroadenomas in 300 consecutive patients. World Neurosurg. 2016;89(C):442–453. DOI: 10.1016/j.wneu.2016.02.059

23. Fan Y., Lv M., Feng Sh., Fan X., Hong H., Wen W., et al. Full endoscopic transsphenoidal surgery for pituitary adenoma-emphasized on surgical skill of otolaryngologist. Indian J Otolaryngol Head Neck Surg. 2014;66(Suppl 1):S334–40. DOI: 10.1007/s12070-011-0317-4

24. Zhang H., Wang F., Zhou T., Wang P., Chen X., Zhang J., et al. Analysis of 137 patients who underwent endoscopic transsphenoidal pituitary adenoma resection under high-field Intraoperative magnetic resonance imaging navigation. World Neurosurg. 2017;104:802–15. DOI: 10.1016/j.wneu.2017.04.056

25. Mortini P., Losa M., Barzaghi R., Boari N., Giovanelli M. Results of transsphenoidal surgery in a large series of patients with pituitary adenoma. Neurosurgery. 2005;56(6):1222–33. DOI: 10.1227/01.NEU.0000159647.6275.9D

26. Laws E.R., Iuliano S.L., Cote D.J., Woodmansee W., Hsu L., Cho C.H. A benchmark for preservation of normal pituitary function after endoscopic transsphenoidal surgery for pituitary macroadenomas. World Neurosurg 2016;91:371–5. DOI: 10.1016/j.wneu.2016.04.059

27. Serra C., Burkhardt J.K., Esposito G., Bozinov O., Pangalu A., Valavanis A., et al. Pituitary surgery and volumetric assessment of extent of resection: a paradigm shift in the use of intraoperative magnetic resonance imaging. Neurosurg Focus. 2016;40(3):E17. DOI: 10.3171/2015.12.FOCUS15564

Отделение патологии беременности

Количество просмотров: 12523

Заведующая акушерским отделением патологии беременности — врач акушер-гинеколог Высшей квалификационной категории — Ерзина Ляйля Асымовна (стаж работы 32 года).

Отделение патологии беременности основано 24 мая 2011 года.

Отделение рассчитано на 45 коек, расположено на 6 этаже шестиэтажного акушерского корпуса ГБУЗ РМ «Мордовская республиканская центральная киническая больница».

Отделение включает 13 палат двухместных и 8 палат – трехместных. Каждая кровать в функциональном отношении индивидуальна. Палаты оснащены санитарным узлом, душевой кабиной. В отделении имеются палаты повышенной комфортности с холодильником и телевизором. Столовая комната просторная, с удобным расположением столов и буфета, с наличием микроволновой печи. В акушерском отделении предоставляется 4-разовое питание в день.

В отделении патологии беременности проводится обследование и стационарное лечение беременных, а так же подготовка к родоразрешению женщин, относящихся к высокой группе материнского и перинатального риска, имеющих различные осложнения беременности и экстрагенитальную патологию:

  • Артериальная гипертензия различного генеза
  • Преэклампсия
  • Угрожающие преждевременные роды
  • Плацентарные нарушения и синдром задержки роста плода
  • Тромбофилические осложнения
  • Врожденные и приобретенные пороки сердца (в т.ч. после хирургической коррекции)
  • Заболевания органов дыхания: хронический бронхит, бронхиальная астма
  • Заболевания почек: гломерулонефрит, стент почек, состояния после пиелолитотомии, нефростомии, декапсуляции
  • Эндокринная патология: сахарный диабет, заболевания щитовидной железы, метаболический синдром, аденома гипофиза, гиперпролактинемия, феохромацетома
  • Неврологические заболевания
  • Заболевания крови: иммунная тромбоцитопения, врожденные тромбофилии, анемии
  • Системные заболевания соединительной ткани: системная красная волчанка, ревматоидный артрит, синдром Морфана, миастения, системные васкулиты
  • Заболевания печени: внутрипеченочный холестаз различного генеза, цирроз печени, холецистит, желчекаменная болезнь, гемангиомы, болезнь Жильбера
  • Болезни обмена, ферментопатии: болезнь Гоше, порфирия, гиперлипидемии и другие
  • Опухоли матки и придатков (миома матки, опухоли яичников) с возможностью оперативного лечения во время беременности
  • Врожденные пороки развития плода
  • Резус-конфликтная беременность

В отделении постоянно проводится подготовка к родоразрешению беременных после проведения процедуры экстракорпорального оплодотворения. Применяются современные методы подготовки к родам с использованием антипрогестероновых препаратов, аналогов простагландина Е1.

Отделение оснащено самым современным оборудованием, при помощи которого проводится диагностика различных видов патологии беременности, что позволяет своевременно назначить необходимое лечение.

Ведение контроля внутриутробного состояния плода ведется с использованием высокотехнологичных методов: кардиотокография, допплерография, мониторирование сердцебиения плода, а так же проведение фетометрии плода, во время которой измеряются размеры, масса плода, определяется состояние плаценты и анатомия строения плода.

Персоналом отделения создана благоприятная психологическая обстановка для комфортного пребывания беременных.

Коллектив отделения патологии беременности

В отделении работают два врача акушера-гинеколога: первой квалификационной категории Буянова Натальи Ивановна и второй квалификационной категории Шулаткина Анастасия Владимировна. Владеют всеми методами диагностики и лечения различной акушерской патологии, оказания плановой и экстренной медицинской помощи беременным, высокой техникой проведения акушерских и гинекологических операций, оказания пособий в родах.

Старшая акушерка отделения: Юршева Лариса Александровна имеет высшую категорию. Стаж работы – 26 лет.

В отделении работают 10 акушерок постовых и 2 процедурные медицинские медсестры.

Куратор отделения: Рыбкина Нина Николаевна, заместитель главного врача, врач высшей квалификационной категории.

Диагностика и лечение беременных проводятся в соответствии с приказом Министерства здравоохранения России от 20.10.2020 № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология». клиническими рекомендациями, стандартами. Широко внедряются инновационные технологии профилактики преждевременных родов (медикаментозные и механические). Проводится хирургическая коррекция истмико-цервикальной недостаточности введением акушерского разгрузочного пессария.

Применяются различные методы родоразрешения у беременных с наличием рубца на матке: ведение родов через естественные родовые пути, операции кесарево сечение. При выборе метода родоразрешения учитывается желание беременной.

Применяются современные методы подготовки к родам с использованием антипрогестероновых препаратов, механических методов.

В отделении патологии беременности функционирует кризисный центр, специалисты которого проводят психо-профилактическую подготовку беременных к родам. Успешно применяются методика биоуправления «Амалтея» и физиотерапевтические методы лечения.

Проводится обследование беременных с сердечно-сосудистыми, неврологическими заболеваниями, эндокринной патологии, заболеваниями почек. Выполняется электрокардиография, эхокардиография, холтеровское мониторирование артериального давления и частоты сердечных сокращений, все виды УЗИ, ЦДС нижних конечностей, электроэнцефалограмма.

Отделение сотрудничает с кафедрой акушерства и гинекологии Медицинского института «МГУ им. Н.П. Огарёва».

В отделение патологии беременности осуществляется плановая госпитализация с 8:00 до 15:45 часов в будние дни и экстренная госпитализация по показаниям — круглосуточно.

В отделении имеются одноместные палаты повышенной комфортности с холодильником и телевизором. Стоимость пребывания можно уточнить в разделе платные услуги.

Контактный телефон: 76-15-28

КТ гипофиза — сделать компьютерную томографию гипофиза в Москве: адреса, цены | Центр Дикуля

Компьютерная томография (КТ) гипофиза – представляет собой неинвазивную диагностическую процедуру, которая позволяет получить анатомическую картину гипофиза и окружающих его тканей. Процедура нередко выполняется с использованием контраста. Этот метод диагностики полезен для диагностики таких состояний как аденома гипофиза, краниофарингиома, менингиома, аневризма, метастазы, экзофтальм и кисты. Кроме того, КТ лучше всего визуализирует костные перегородки и дает информацию о степени пневматизации клиновидной пазухи. КТ также позволяет контролировать эффективность оперативного вмешательства в послеоперационном периоде.

Противопоказания

Высокие риски у следующих групп:

  • Беременные или с наличием подозрения на беременность, за исключением тех случаев, когда польза от диагностики значительно превышает риск облучения матери и плода
  • Клаустрофобные пациенты.
  • Пациенты с наличием побочных реакций на контраст (например, при наличии бронхиальной астмы, пищевой аллергии или непереносимости контрастного вещества).
  • Пациенты с нарушением функции почек (например, с почечной недостаточностью, трансплантацией единственной почки, наличием в анамнезе нефрэктомии, диабета, множественной миеломы, лечение аминогликозидами и НПВП), так как йодсодержащий контраст обладает нефротоксичностью.
  • Пожилые и истощенные пациенты с наличием хронического обезвоживания перед исследованием, что значительно увеличивает возможную токсичность контраста для почек.
  • Пациенты с феохромоцитомой, так как контраст на основе йода может привести к гипертоническому кризу.
  • Пациенты, у которых есть нарушения свертываемости крови или принимающие антикоагулянтную терапию, поскольку в области введения катетера в вену может возникнуть кровотечение.

Показания

КТ может быть рекомендовано в следующих случаях:

  • Повышение определенных гормонов в крови.
  • Головная боль и ухудшение зрения.
  • Слабость в мышцах и костях.
  • Увеличение размеров кистей или стоп (акромегалия).
  • Снижение полового влечения и импотенция.
  • Выпадение волос на теле и увеличение веса.
  • Увеличение костей и мышечной ткани рук, лица и кистей.
  • Низкий рост
  • Снижение прочности костей

Визуализация с помощью КТ позволяет:

  • Провести дифференциальную диагностикумежду доброкачественными и злокачественными опухолями.
  • Обнаруживать аневризмы и сосудистые аномалии.
  • Обнаруживать врожденные аномалии, например, частично пустое турецкое седло.
  • Обнаружить опухолевые образования и метастазы.
  • Определить размер и расположение гипофиза по отношению к окружающим структурам.
  • Оценить кистозные образования, новообразования, абсцессы и травмы.
  • Проводить мониторинг эффективности медицинских, лучевых или хирургических методов лечения патологий этой области.

КТ позволяет выявить следующие патологии:

  • Абсцесс
  • Аденома
  • Аневризма
  • Хордома
  • Краниофарингиома
  • Кисты
  • Менингиомы
  • Метастазы
  • Кровоизлияние в гипофиз.

Факторы, которые могут помешать качественному выполнению исследования

  • Остатки контраста в организме после предыдущего исследования.
  • Металлические предметы (например, ювелирные изделия, зубные протезы, пирсинг) в области исследования, которые могут испортить качество визуализации и вызвать артефакты изображений.
  • Пациенты, с наличием ожирения, что нередко исключает возможность проведения процедуры из-за технических возможностей сканера
  • Пациенты с выраженной клаустрофобией.
  • Неспособность пациента сохранять неподвижность во время процедуры из-за сильной боли возраста или психической нестабильностью.
  • Прочие причины.
  • Процедура может быть прекращена, если у пациента появляются боли за грудиной или нарушения ритма.
  • Несоблюдение рекомендаций врача к подготовке может привести к отмене или проведению повторнойпроцедуры.
  • Перед процедурой следует проконсультироваться с лечащим врачом из соображений радиационной безопасности в отношении детей или кормящих пациентов. Риски, связанные с чрезмерным облучением, могут возникать в результате частых рентгеновских процедур.

Преимущества и недостатки КТ

  • КТ лучше применять для визуализации костных деталей и кальцификации в таких опухолях, как герминомы, краниофарингиомы и менингиомы.
  • КТ отлично подходит для определения морфологии параселлярных аневризм и для планирования операций.
  • КТ также является полезным в том случае, когда МРТ противопоказана, например, у пациентов с наличием имплантатов или электронных девайсов в мозгу или глазах.
  • МРТ предпочтительнее КТ для диагностики аденомы гипофиза из-за лучшей детализации мягких тканей, что позволяет диагностировать даже небольшие пораженияв гипофизарном турецком седле.
  • МРТ лучше предоставляет анатомическую картину этой областиперед операцией.
  • МРТ также предпочтительна для послеоперационного наблюдения, так как использует рентгеновское излучение

Гиперпролактинемия и беременность. Как забеременеть, выносить и родить, если повышен пролактин?

Повышен пролактин (гиперпролактинемия) и беременность. Это видео представляет собой запись выступления врача нейроэндокринолога ЦИР Воротниковой Светланы Юрьевнына IV Всероссийской конференции «Репродуктивное здоровье женщин и мужчин».
Доклад называется «Гиперпролактинемия и беременность»


Добрый день, уважаемые коллеги!

Мне очень приятно представить здесь тематику, которая имеет, наверное, наибольшее значение в плане нейроэндокринных заболеваний, потому что обладает огромной распространенностью. Мы видим, что гиперпролактинемия преобладает в практике как эндокринолога, так и гинеколога, и врачей других специальностей.

О чем мы сегодня с вами побеседуем? Конечно, любое заболевание мы начинаем с патогенеза, потому что на этих ключевых моментах строится понимание того, как вести таких пациентов и так далее. Конечно, мы будем говорить и о беременности. О беременности и гиперпролактинемии вообще, и о беременности и пролактиномах – в частности, потому что мы будем рассматривать пролактиному как нейроэндокринное заболевание с развитием гиперпролактинемии. И конечно, важнейший аспект – это послеродовое ведение.

Физиология и патофизиология.

Что мы знаем о гиперпролактинемии? Известные всем вещи: она бывает физиологическая, патологическая и лекарственно-индуцированная.

Физиологическая. Мы немного позже остановимся на вопросах диагностики и на том, как правильно оценить уровень пролактина, с точки зрения преаналитического этапа (лабораторной диагностики), с точки зрения подготовки пациентки к сдаче  этого анализа.


На этом слайде я бы остановилась на патологической гиперпролактинемии. Можно выделить несколько уровней гиперпролактинемии. Это патология гипотоламо-гипофизарного тракта. Что это такое? Это – патология ножки гипофиза и всё, что происходит в этой области, будет сопровождаться гиперпролактинемией, ввиду нарушения транспорта дофамина, как основного регулятора секреции пролактина.

Второй уровень, который располагается чуть ниже – это патология гипофиза. Сюда будут входить всем известные пролактиномы. Кроме того, здесь же будет располагаться гипофизит, воспаление гипофиза, простыми словами; акромегалия, которая может проявляться сочетанием гиперсекреции соматотропного гормона и пролактина, что мы часто наблюдаем у пациенток.

Идиопатическая гиперпролактинемия. Почему я отношу её в этот список? Потому что зачастую она возникает здесь, например, ввиду повышенного внутричерепного давления. И какие механизмы там задействованы, четко ли они включают гипоталамический уровень или гипофизарный, мы не знаем.

Системные заболевания. Никогда не забываем цирроз печени – это выраженная ситуация, которую мы не пропустим. Хроническая почечная недостаточность, повреждение грудной клетки будут сопровождаться гиперпролактинемией согласно патогенезу.

Генетические причины – очень редкая ситуация. Это мутации рецепторов пролактина. В литературе эти данные описаны – это, конечно, эксклюзивные случаи.

Поговорим о дофамине.

Конечно, как я уже сказала, он основной регулятор секреции пролактина. Чем выше дофамин, тем ниже пролактин, и наоборот (реципрокные взаимодействия). И всё, вроде бы, просто и понятно: есть дофамин – нет пролактина. Но, если бы мы не знали следующую картину: в регуляциию секрета пролактина «вмешивается» еще «куча» других факторов: нейропепти́дов, которые секретируются не только в головном мозге, не только в гипоталамо-гипофизарной зоне, но и в нашем организме. В основном те, которые я здесь привела, обладают стимулирующим действием. Например, гонадотропин-рилизинг-гормон обладает стимулирующим действием на секрецию пролактина; ГИП, ВИП – всё это тоже будет способствовать гиперпролактинемии.


Остановимся на тиреотропин – рилизинг гормоне (ТРГ). При гипертиреозе у нас повышается уровень пролактина как раз за счет того, что повышается уровень тиреотропин – рилизинг – гормона.

Эстрогены. Известная ситуация при беременности, когда уровень пролактина повышается из-за гиперэстрогении, а также, например, при приеме контрацептивов.

Кроме того, серотонин, наоборот, обладает ингибирующим действием на пролактин.

Нужно отметить, что есть много факторов, способствующих гиперсекреции уровня пролактина.

Патогенез репродуктивных нарушений.

Всем известна клиника гиперпролактинемии: хроническая ановуляция с развитием нарушений менструального цикла – олигоменорея, вплоть до аменореи. Но почему это происходит в принципе? Разделим патогенез на несколько уровней.


Первый из них – это гипоталамус. Происходит снижение секреции гонадотропин-рилизинг гормона.

Отдельно скажу про кисспептин. Я думаю, что сейчас уже распространены данные о нейронах кисспептина — это те нейроны, которые очень сильно связаны с нашей репродукцией, обуславливают запуск пубертата и запуск цикличной секреции гонадотропин-рилизинг гормона.

Здесь на слайде мы видим, как вмешивается гиперпролактинемия в собственно секрецию кисспептина. Вот гиперпролактинемия, она воздействует на нейроны гонадотропин-рилизинг гормона. Это – основной, ключевой момент. Ведь ранее было известно, что секреция гонадотропина снижается  при гиперпролактинемии, ученые не могли объяснить одного факта: почему нет рецепторов к пролактину на клетках гипофизо-секретирующих ЛГ и ФСГ, и на клетках гонадотропин-рилизинг гормона. Потом выяснили, что эти рецепторы есть не на данных нейронах, а как раз на нейронах кисспептина. И вот это пагубное действие гиперпролактинемии сказывается не напрямую через гонадотропин-рилизинг гормон, а через нейроны кисспептина, который, в свою очередь, снижает выработку гонадотропин-рилизинг гормона. А дальше – та схема, которая всем была известна ранее.

Что происходит на уровне гипофиза? Механизм я уже обозначила. Собственно, сам пролактин пагубно влияет не только на верхние уровни регуляции, но и на яичники. Мы часто видим недостаточность лютеиновой фазы у данных пациенток. Вследствие чего это происходит? Это происходит  вследствие прямого влияния пролактина на рецепторы ФСГ. Есть ряд публикаций, которые говорят о том, что пролактин обладает антагонистическими действиями с ФСГ по отношению к рецепторам на яичниках.

Планирование беременности.

Я бы разделила ситуацию, потому что гиперпролактинемия очень обширная проблематика, и мы обозначим сразу несколько позиций.

Первая ситуация – это когда повышение пролактина выявлено впервые. Это часто встречается, когда пациентка готовится к беременности, сдает гормональные анализы при сохраненном ритме, в результате чего мы видим повышенный уровень пролактина. Как к этому относится?


Первое, что нужно сделать – исключить ошибки преаналитического этапа. Что это может быть:

·        Время – не в тот период сдала. Это часто бывает. Коммерческие клиники позволяют себе сейчас принимать анализы во второй половине дня и так далее. Это неверно, потому что в этом случае мы можем увидеть повышение уровня пролактина.

·        Фаза. То же самое: если пациентка сдала уровень пролактина в период овуляции – он у нее будет повышен. Но это не говорит о том, что у нее системно поддерживается гиперпролактинемия.

·        Стресс. Исключить его очень сложно, но надо пытаться. Если было какое-то ключевое событие в жизни пациентки, она может нам сказать об этом. Конечно, мы говорим о том, что нужно пересдать анализ, потому что при наличии любой стрессовой ситуации будет повышение уровня пролактина. Это наша нормальная физиологическая реакция.

·        Исключить прием препаратов, повышающих уровень пролактина. Здесь есть такие «подводные камни», как препараты типа Ранитидина или противорвотные препараты, которые могли быть приняты накануне, и пациентка может нам об этом не сказать. Притом, что при приеме тех же противорвотных препаратов, мы можем получить уровень пролактина три тысячи.

·        Исключить за день до сдачи анализа физические нагрузки, то есть, интенсивные физические нагрузки. И сюда же, к физическим нагрузкам —  половой акт. Это то, чем часто «грешат» наши пациентки.

Первое, что мы сделали – мы исключили ошибки преаналитического этапа, получили хороший анализ. И всё равно, мы видим, что уровень пролактина повышен. Вторая ситуация, при которой мы можем получить здоровую женщину с нормальным циклом, но при этом увидеть повышение пролактина в анализе – это феномен макропролактинемия. Что это такое? Весь пролактин, присутствующий в крови, который мы измеряем методом ИФА, представляет собой общую фракцию. Из чего складывается общая фракция? Это пролактин мономерный + макропролактин. И эту мономерную фракцию мы можем видеть только после ПЭГ преципитации– то есть это второй этап диагностического поиска. Собственно, мономерный пролактин – это молекула всем известна, мы ее видим.


Что такое макропролактин? Это Big ПРЛ (биг пролактин) – 2 молекулы, соединенные друг с другом. Это Big-big ПРЛ IgG (биг-биг пролактин) – молекула пролактина, соединенная с молекулой иммуноглобулина Ig. Кроме того, там могут присутствовать фракции биг-биг пролактина, соединенные с иммуноглобулинами А (Big-big ПРЛ IgА), гликозилированные формы и некоторые другие, очень редкие. Вот это всё будет составлять макропролактин.

Исследователи условились, что если эти фракции составляют более 60 %, то мы говорим о феномене макропролактинемии.

Для чего это нужно знать и учитывать? Дело в том, что все эти макрофракции биологически не обладают высокой интенсивностью, не обладают биологическим действием в той степени, в которой биоактивна молекула. Конечно, мы их воздействием немного пренебрегаем. Но, если у пациентки нормальный менструальный цикл, если мы видим, что у нее фракция макропролактина более 60 %, эта пациентка не будет нуждаться в лечении. Это второй путь, на котором мы исключаем какие-то вещи, когда пациентку не лечим.

Подготовка к беременности.

Если мы исключили все причины, а у нас все равно остается гиперпролактинемия, и пациентка хочет беременеть? Если мы выполнили МРТ, поняли, что там нет аденомы или какого-то объемного образования — мы говорим об идеопатической гиперпролактинемии.

 

Мы подтверждаем диагноз, исключаем сопутствующую патологию, например, гипертиреоз, который часто вмешивается и сопровождает; лечим агонистами дофамина в стандартных дозах. И как только мы достигнем нормы пролактина, мы можем рекомендовать этой пациентке планировать беременность. Как правило, при идеопатической гиперпролактинемии, при отсутствии других причин бесплодия, беременность наступает очень быстро — в течение месяца.

Второй аспект, на котором я хотела бы остановиться – новое веяние в гиперпролактинемии за последний год. Синдром поликистозных яичников – это очень частая патология в рамках приема гинекологов. Ранее считалось, что синдром поликистозных яичников неразрывно связан с гиперпролактинемией. Что провоцирует развитие поликистоза: гиперпролактинемия, или это обратная ситуация, и поликистоз провоцирует развитие гиперпролактинемии? Мы не знали. Патогенез этого явления не был выявлен.

Но во Франции было проведено исследование, в которое было включено более 1000 пациенток с поликистозом яичников. Ученые задались вопросом: действительно ли эти 2 состояния связаны между собой? И как они связаны?

В итоге, из 1000 было выявлено более 100 пациенток, которые имели гиперпролактинемию. Когда «откинули» феномен макропролактинемии, о котором мы говорили, оказалось, что только 48 из них имели истинную гиперпролактинемию. Когда стали исследовать эти 48 пациенток, выяснилось, что 40 из них имели пролактиному, некоторые из них были беременны, у одной была гидроцефалия, у ряда пациенток была лекарственно индуцированная гиперпролактинемия. И только у одной из 1000 причина не была выявлена вообще.


Это говорит о том, что синдром поликистозных яичников не связан с гиперпролактинемией, синдром поликистозных яичников не индуцирует развитие гиперпролактинемии.

Для чего нам это нужно, почему это важно? Это исследование подтверждает мысль об отсутствии связи между этими заболеваниями. Когда лечили пациенток с поликистозами, в одной из групп использовали Метформин, в другой группе использовали Метформин плюс Каберголин.


Почему так разделили этих пациенток? Они все имели гиперпролактинемию. Как мы лечим вторичную гиперпролактинемию при гипертиреозе? Мы компенсируем основное заболевание – гиперпролактинемия уходит. Если исходить из того, что поликистоз — это заболевание, которое провоцирует гиперпролактинемию, значит, мы должны лечить основное заболевание – поликистоз. Они его лечили снижением веса и Метформином. Вторую группу они решили пролечить и Каберголином тоже. Оказалось, что в группах после лечения нет различий в индексе массы тела, в уровне тестостерона ДГЭА-С. Но при этом, был значимый позитивный эффект в группе, которая получала комбинированное лечение. Это отсылка к тому, что гиперпролактинемию и СПКЯ нужно лечить раздельно.

Наличие микро – и макропролактиномы.

Это третий этап. Что в первую очередь мы должны делать? Конечно, лечение пролактином – это, в первую очередь, медикаментозное лечение. Мы всегда начинаем лечение агонистами дофамина. На сегодняшний день в нашем арсенале представлены 2 основных препарата – Бромокриптин и Каберголин. Хинаголид, который ранее был на рынке, у нас сейчас не представлен. Он есть только за рубежом, поэтому мы используем только 2 препарата.


Если у пациентки развивается резистентность к терапии, мы используем максимально разрешенные дозы. В частности, Каберголин – это 4,5 мг в неделю, то есть  9 таблеток. Не надо этого бояться. — мы назначаем, если нормальная переносимость.

Чего мы пытаемся добиться? Конечно, уменьшение размеров опухоли — именно это будет ключевым этапом для того, чтобы в дальнейшем спокойно отпустить ее для планирования беременности, чтобы нам подстраховаться в отношении роста опухоли.

Благоприятным фоном является уменьшение размеров опухоли до 10 мм и менее. То есть мы макропролактиному переводим в микропролактиному, и тогда уже «отпускаем пациентку в беременность».

Что еще нам важно? Стойкая и длительная нормопролактинемия, чем дольше будет этот период, тем лучше. Второй и третий пункт – это неразрывные вещи. Когда у нас уменьшается размер опухоли, соответственно, у нас поддерживается нормопролактинемия.

В очень редких случаях нам приходится прибегать к хирургическому лечению, потому что эти пациентки либо не переносят терапию, либо они обладают резистентностью к данной терапии. И тогда мы просто хирургически (технически) убираем часть опухоли, что позволяет нам достичь того уровня пролактина, даже не нормализации, а иногда просто того уровня пролактина, который позволит овулировать пациентке и в дальнейшем выносить беременность.

Беременность.

Наконец, мы достигли своей цели и наша пациентка забеременела. Что мы делаем?


Первое, что мы делаем – отменяем агонисты дофамина. В «Рекомендациях…» есть такая фраза, что мы отменяем их сразу, после установления факта беременности. Возникает вопрос, а когда этот факт наступает? То есть, когда пациентка тест получила, ХГЧ получила, может она УЗИ сделала? На самом деле, любой из этих фактов будет являться доказательством ее беременности. Даже, если она просто сделала тест в домашних условиях, мы имеем право отменить агонисты дофамина.

Ранняя постановка на учет.

Тоже стараюсь об этом говорить, потому что эти пациентки нуждаются в более тщательном наблюдении, в том числе и со стороны акушера – гинеколога. Эндокринолог передаст их «в руки» данных специалистов.

Вопрос здесь касается  прогестероновой поддержки. Сегодня был замечательный доклад на эту тему. Есть ряд публикаций, которые говорят о том, что все-таки эта категория пациенток нуждается в дополнительном назначении прогестерона, потому что они характеризуются низким прогестероном на ранних стадиях беременности. Но в любом случае, данный вопрос решается акушером-гинекологом в совокупности всех факторов у этой пациентки.

Что еще хотелось бы отметить? Нужно исключить исследование уровня пролактина во время беременности. До сих пор приходят данные о том, что где-то кому-то померили, интерпретировали неправильно. Это несет за собой стресс для самого врача, потому что он не знает, как интерпретировать эту цифру; для пациентки, потому что в дальнейшем это влечет за собой некорректное назначение других исследований, в том числе МРТ головного мозга, когда это совершенно не требуется.

Поэтому пролактин во время беременности ни при микро -, ни при макро -, ни при идиопатической гиперпролактинемии мы не изучаем.

Конечно, наша пациентка получает терапию уже будучи беременной. Мы отменяем (как правило, на 4-8 неделе или позже) агонисты дофамина.

В чем риски для матери и плода?


Для матери здесь всё достаточно просто. Мы пытаемся сдержать рост аденомы. Поэтому для неё в эту беременность самым главным будет пройти эти 9 месяцев так, чтобы ее аденома не росла значимо. Для нее рост аденомы будет означать неврологические дефициты, либо развитие гипопитуитаризма, в частности несахарного диабета, либо развитие зрительных нарушений. Из этого всего мы можем обозначить только зрительные нарушения, как то, что мы можем мониторировать в течение этой беременности.

А вот риски для плода – это, прежде всего, влияние препаратов на самого ребеночка в течение беременности. Почему, вообще, растут пролактиномы в ходе гестации? Здесь эффект того, что мы отменили терапию – это первое; второе – это стимулирующий эффект эстрогенов.


Возвращаюсь к патогенезу. Надо отметить, что всё-таки рост этих образований не очень высокий: у микропролактином всего 2-3%, у макропролактином – 25-30%. Но надо обозначить, что это не означает, что у пациентки будет какая-то катастрофическая ситуация в эту беременность, если она имеет макропролактиному до зачатия. Это говорит о том, что она увеличится. Но это не означает, что она не сможет выносить эту беременность.

Что касается рисков для плода. На сегодняшний день накоплено много данных о терапии, о Бромокриптине и Каберголине и о беременностях, проведенных на данной терапии. Сверху на слайде представлены данные при отмене агонистов дофамина в ранние сроки: на Бромокриптине около 6000 беременных; у Каберголина чуть меньше, конечно, но просто еще время не пришло.


И что мы можем сказать? Что частота самопроизвольных абортов, преждевременных родов и, самое важное, врожденных пороков развития, была сопоставима с популяционной. То есть мы не боимся того, что пациентка забеременеет на терапии, и мы не отменяем препарат, как только она захотела планировать беременность. Зачастую возникает ситуация, когда врач отменяет препараты и в следующем месяце ждет овуляцию. А она не наступает, потому что опять возобновляется процесс гиперпролактинемии, опять блокируется овуляция, и всё начинается заново.

Есть данные, которые описывают прием агонистов дофамина в течение всей беременности. Конечно, их мало, почему? Потому что это консилиумное решение о пролонгировании терапии — когда идет высокий риск для матери – угроза зрению и так далее. На Бромокриптине около 100, на Каберголине 15. Сейчас, по-моему, опубликовано еще одно исследование. Мы можем сказать, что даже пролонгирование этой беременности значимо отрицательно на детях не сказывалось.

Ведение беременности при микропролактиноме.

Все очень просто для врача-эндокринолога. Самое главное при микропролактиноме, какого бы размера она бы ни была, даже если она очень маленькая, мы должны в каждом триместре провести периметрию. Мы же не знаем, как она будет расти. Здесь как раз я выделила: 2-ой месяц; далее 5-ый месяц; перед родами.


Что касается макропролактином. Здесь также всё достаточно просто. Сложнее для самой пациентки, потому что периметрия проводится ежемесячно. Здесь мы ждем большего роста, больше опасаемся риска нагрузки на зрительный перекрест, поэтому каждый месяц проводим периметрию.


Родоразрешение.

Нет показаний к тому, чтобы разрешать пациентку путем кесарева сечения, учитывая наличие у нее любой аденомы. Зачастую, это решение принимается безусловно  акушерами – гинекологами, но четких показаний для кесарева сечения нет. Поэтому родоразрешение – согласно акушерским показаниям.

Что делать, если аденома во время беременности растет?


Первое, что мы делаем – оцениваем клиническую картину. Симптоматика: выраженная головная боль (именно, выраженная, не то, чтобы пациентка пришла и сказала, что её «что-то там беспокоит»), неврологический дефицит, полиурия, полидипсия, то есть  развитие несахарного диабета, нарушение зрения – конечно, когда мы по периметрии тоже видим.

Что мы делаем? Нам надо подтвердить, действительно ли это рост. МРТ головного мозга без контрастирования. Наиболее благоприятным является второй триместр. Потому что, в первом наиболее высокий риск выкидыша, а в третьем триместре – высокий риск преждевременных родов. Но, если это необходимо, мы проводим  в любом триместре.

Если мы подтверждаем риск для матери и аденома растет и, допустим, давит на зрительный перекрест, мы можем консилиумно принять решение о том, что нужно возобновить терапию агонистами дофамина.

В международных рекомендациях написано, что мы назначаем Бромокриптин. На сегодняшнем этапе мы можем вернуться и к Каберголину, если пациентка получала его до беременности. Совершенно не опасаясь за плод мы можем его назначить, но в стартовых дозах. Ни в коем случае, не в той дозе, в которой она получала его до беременности, а именно в стартовой дозе. Мы постепенно  будем наращивать эту дозу. Если всё хорошо, значит, мы терапией доводим пациентку до родоразрешения. Если же всё не очень хорошо, то во втором триместре мы можем прибегнуть к хирургическому лечению.

Гиперпролактинемия в рамках наследственных синдромов уже была обозначена. Действительно, здесь речь идет о преимплантационной диагностике и, наверное, в скором времени методика CRISPR — методика геномного редактирования, которая сейчас очень бурно развивается, позволит получать здоровое потомство у этих пациенток.


Послеродовое наблюдение, лактация.

Лактацию этим пациенткам запрещать не нужно. Если пациентка спокойно проходила всю беременность, если у нее нет осложнения, нет роста этой аденомы, мы можем разрешить ей лактировать столько, сколько она захочет, но не превышая оптимальный период 12 месяцев. Почему? Потому что, если есть пролактинома, нужно провести контрольное МРТ исследование, измерить уровень пролактина.


Но, если она начала кормить и почему-то всё равно возникают эпизоды и клиника роста опухоли, конечно, мы тогда заканчиваем лактацию и проводим МРТ головного мозга.

Возобновление терапии после окончания лактации.

Или эту лактацию прервали и мы видим, что пролактинома никуда не делась, не исчезла, тогда мы опять начинаем терапию агонистами дофамина, и, повторюсь, в маленькой стартовой дозе.

У ряда пациенток (это описанная ситуация) происходит спонтанная ремиссия этого заболевания, особенно при микропролактиномах. Почему это происходит? Возможно, в результате микрокровоизлияния в эти образования, возможно, какие-то другие механизмы. Конечно, точно их никто не описывал, но 30-70%пациенток могут приходить к своей норме пролактинемии после беременности. Поэтому, когда пациентка спрашивает, сколько она будет получать эту терапию, можно сказать, что до беременности, а дальше уже как повезет.


После родов очень часто встает вопрос: когда смотреть пролактин? Если посмотреть на этот рисунок, который выше, мы видим пики пролактина – это те пики, которые сопровождают лактацию, «прикладывание к груди». Поэтому, если будем измерять уровень пролактина в период лактации, мы можем попасть в этот пик. Соответственно, это будет некорректная цифра. Поэтому, если пациентка после того, как родила, сразу стала лактировать, то целесообразности в исследовании уровня пролактина нет вообще – только после прекращения лактации. Если же она лактировать не захотела, или лактация не состоялась по многим причинам, то физиологически снижение уровня пролактина происходит на шестой неделе. Поэтому где-то к 5-6 неделе мы можем получить тот истинный уровень, который есть у пациентки. После отмены лактации, примерно, месяц необходим для того, чтобы пролактин полностью нормализовался, и ушли вот эти пики.

Хотелось бы завершить тем, что успешная беременность – это четко отлаженный механизм, и каждый из специалистов здесь играет свою роль: эндокринолог и гинеколог, и окулист, и генетик. И только совокупная наша работа позволит нашей замечательной пациентке выносить здорового малыша и радоваться жизни.

Спасибо большое за время, уделенное гиперпролактинемии!

Лечение опухолей гипофиза при беременности

  • Бронштейн, доктор медицинских наук, Эндокринология 6-е изд. Том. 1 гл. 18 (под редакцией DeGroot, LJ & Jameson, JL) 333–357 (Elsevier, Philadelphia, 2010).

    Google ученый

  • Клибански А. Клиническая практика. пролактиномы. Н. англ. Дж. Мед. 362 , 1219–1226 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Шарма, Дж.В. и др. . Исход беременности при опухолях гипофиза. Арх. Гинекол. Обст. 280 , 401–404 (2009).

    ПабМед Google ученый

  • Бронштейн, М. Д. Пролактиномы и беременность. Гипофиз 8 , 31–38 (2005).

    ПабМед Google ученый

  • Мелмед, С. и Клейнберг, Д. в Учебник эндокринологии Уильямса 11-е изд., гл.8 (ред. Кроненберг, Х.М., Мелмед, С., Полонский, К.С. и Ларсен, П.Р.), 255–261 (Elsevier, 2007).

    Google ученый

  • Окафор, У. В., Онвуэкве, И. О. и Эзегвуи, Х. У. Лечение аденомы гипофиза с эффектом массы во время беременности: отчет о клиническом случае. Cases J. 2 , 6350 (2009).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Караджа, З., Танриверди Ф., Унлухизарци К. и Келестимур Ф. Беременность и нарушения гипофиза. евро. Дж. Эндокринол. 162 , 453–475 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Molitch, M.E. Гипофизарные нарушения во время беременности. Эндокринол. Метаб. клин. Север Ам. 35 , 99–116 (2006).

    ПабМед Google ученый

  • Мусолино, Н.RC & Paraiba, DB в Clínica Médica 1st edn Vol. 5 гл. 8 (ред. Martins, MA и др. .) 96–107 (Manole, 2009).

    Google ученый

  • Казануева, Ф. Ф. и др. . Рекомендации Гипофизарного общества по диагностике и лечению пролактином. клин. Эндокринол. (Oxf. ) 65 , 265–273 (2006).

    Google ученый

  • Гиллам, М.П., Молич М.Э., Ломбарди Г. и Колао А. Достижения в лечении пролактином. Эндокр. Ред. 27 , 485–534 (2006).

    КАС пабмед Google ученый

  • Colao, A. Опухоли гипофиза: пролактинома. Лучшая практика. Рез. клин. Эндокринол. Метаб. 23 , 575–596 (2009).

    КАС пабмед Google ученый

  • Карс, М., Деккерс, О.М., Перейра, А.М. и Ромейн, Дж.А. Обновление пролактиномы. Нет. Дж. Мед. 68 , 104–112 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Gemzell, C. & Wang, C.F. Исход беременности у женщин с аденомой гипофиза. Фертил. Стерильно. 31 , 363–372 (1979).

    КАС пабмед Google ученый

  • Молич, М.E. Беременность и женщина с гиперпролактинемией. Н. англ. Дж. Мед. 312 , 1364–1370 (1985).

    КАС пабмед Google ученый

  • Musolino, NRC & Bronstein, MD в Опухоли гипофиза при беременности 2nd edn Ch. 4 (изд. Бронштейн, доктор медицины) 91–108 (Kluwer Academic Publishers, 2001).

    Google ученый

  • Молич, М.E. Пролактиномы и беременность. клин. Эндокринол. (Oxf.) 73 , 147–148 (2010).

    Google ученый

  • Lebbe, M., Hubinnt, C., Bernard, P. & Maiter, D. Исход 100 беременностей, начатых на фоне лечения каберголином у женщин с гиперпролактинемией. клин. Эндокринол. (Oxf.) 73 , 236–242 (2010).

    КАС Google ученый

  • Холмгрен, У., Бергстранд Г., Хагенфельдт К. и Вернер С. Женщины с пролактиномой — влияние беременности и лактации на уровень пролактина в сыворотке и на рост опухоли. Акта Эндокринол. 111 , 452–459 (1986).

    КАС пабмед Google ученый

  • Роберт Э., Мусатти Л., Писцителли Г. и Феррари С.И. Исход беременности после лечения производным спорыньи, каберголином. Репрод. Токсикол. 10 , 333–337 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Krupp, P. & Monka, C. Бромокриптин при беременности: аспекты безопасности. Клин. Wochenschr. 65 , 823–827 (1987).

    КАС пабмед Google ученый

  • Риччи, Э. и др. . Исход беременности после лечения каберголином в первые недели гестации. Репрод. Токсикол. 16 , 791–793 (2002).

    КАС пабмед Google ученый

  • Колао, А. и др. . Исходы беременности после лечения каберголином: расширенные результаты 12-летнего обсервационного исследования. клин. Эндокринол. (Оксф.) 68 , 66–71 (2008).

    КАС Google ученый

  • Оно, М. и др. . Индивидуальная терапия высокими дозами каберголина при гиперпролактинемическом бесплодии у женщин с микро- и макропролактиномами. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 95 , 2672–2679 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Webster, J. Сравнительный обзор профилей переносимости агонистов допамина при лечении гиперпролактинемии и торможении лактации. Безвредный для наркотиков. 14 , 228–238 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Манчини, Т., Казануева Ф.Ф. и Джустина А. Гиперпролактинемия и пролактиномы. Эндокринол. Метаб. клин. Север Ам. 37 , 67–99 (2008).

    КАС пабмед Google ученый

  • Расмуссен, К., Берг, Т., Ниллиус, С.Дж. и Уайд, Л. Возобновление менструации и нормализация пролактина у женщин с гиперпролактинемией и беременностью, вызванной бромкриптином. Фертил. Стерильно. 44 , 31–34 (1985).

    КАС пабмед Google ученый

  • Берг Т., Ниллиус С. Дж. и Уайд Л. Клиническое течение и исход беременности у женщин с аменореей, гиперпролактинемией и опухолями гипофиза. руб. Мед. J. 1 , 875–880 (1978).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Crosignani, P. G. и др. .Долгосрочные эффекты времени, лечения и беременности у 176 женщин с гиперпролактинемией. евро. Дж. Обст. Гинекол. Воспр. биол. 44 , 175–180 (1992).

    КАС пабмед Google ученый

  • Badawy, S.Z., Marziale, J.C., Rosenbaum, A.E., Chang, J.K. & Joy, S.E. Долгосрочное влияние беременности и лечения бромокриптином на пролактиномы — ценность радиологических исследований. Ранняя беременность 3 , 306–311 (1997).

    КАС пабмед Google ученый

  • Ямада М. и др. . Спонтанная беременность после беременности, вызванной лечением у женщин с гиперпролактинемией. евро. Дж. Обст. Гинекол. Воспр. биол. 35 , 125–129 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кристин-Мэтр, С., Делемер, Б., Турен, П. и Янг, Дж.Пролактинома и эстрогены: беременность, контрацепция и заместительная гормональная терапия. Энн. Эндокринол. (Париж) 68 , 106–112 (2007).

    Google ученый

  • Пейон, Ф. и др. . Секреция и синтез пролактина в краткосрочной и долгосрочной органной культуре опухолей гипофиза у пациентов с акромегалией. Акта Эндокринол. 87 , 701–715 (1978).

    КАС пабмед Google ученый

  • Фримен, Р. и др. . Связанное с беременностью подострое кровотечение в пролактиному, приводящее к несахарному диабету. Фертил. Стерильно. 58 , 427–429 (1992).

    КАС пабмед Google ученый

  • Фриман М.Е., Каньицка Б., Лерант А. и Надь Г. Пролактин: структура, функция и регуляция секреции. Физиол. Ред. 80 , 1523–1631 (2000 г.).

    КАС пабмед Google ученый

  • Джордж Д.L., Phillips, J.A. 3 rd , Francke, U. & Seeburg, P.H. Гены гормона роста и хорионического соматомаммотропина находятся на длинном плече хромосомы 17 человека в области от q21 до qter. Гул. Жене. 57 , 138–141 (1981).

    КАС пабмед Google ученый

  • Маклауд, Дж. Н., Ли, А. К., Либхабер, С. А. и Кук, Н. Э. Контроль развития и альтернативный сплайсинг плацентарно экспрессируемых транскриптов из кластера генов гормона роста человека. Дж. Биол. хим. 267 , 14219–14226 (1992).

    КАС пабмед Google ученый

  • Чен, Э. Ю. и др. . Нуклеотидная последовательность локуса гормона роста человека, биология и эволюция. Genomics 4 , 479–497 (1989).

    КАС пабмед Google ученый

  • Свен И., Хилл Д. Дж., Стрейн А.Дж. и Милнер, Р. Д. Влияние плацентарного лактогена и гормона роста человека на выработку инсулина и соматомедина С/инсулиноподобного фактора роста I поджелудочной железой плода человека в культуре тканей. Дж. Эндокринол. 113 , 297–303 (1987).

    КАС пабмед Google ученый

  • Франкен Ф. и др. . Физиология гормонов роста (ГР) у беременных и частичная характеристика плацентарного варианта ГР. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 66 , 1171–1180 (1988).

    КАС пабмед Google ученый

  • Эрикссон, Л., Франкен, Ф., Эден, С., Хеннен, Г. и фон Шульц, Б. Профили сыворотки гормона роста за 24 часа во время беременности — отсутствие пульсации для секреции плацентарного варианта. руб. Дж. Обст. Гинеколь. 9 6 , 949 (1989).

    Google ученый

  • Эрикссон Л., Эден С., Фрёландер Н., Бенгтссон Б.А. и фон Шульц Б. Непрерывная 24-часовая секреция гормона роста на поздних сроках беременности. Регулятор материнского метаболизма? Acta Obstet. Гинекол. Сканд. 67 , 543–547 (1988).

    КАС пабмед Google ученый

  • Макинтайр, Х. Д. и др. . Плацентарный гормон роста (GH), GH-связывающий белок и ось инсулиноподобного фактора роста при нормальной беременности, задержке роста и диабетической беременности: корреляция с ростом плода. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 85 , 1143–1150 (2000).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кофриз, А. и др. . Плацентарный гормон роста как потенциальный регулятор материнского IGF-1 во время беременности человека. утра. Дж. Физиол. 258 (часть 1), E1014–E1019 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кофриз, А., Frankenne, F., Hennen, G. & Copinschi, G. Регуляция материнского IGF-1 плацентарным GH при нормальной и аномальной беременности человека. утра. Дж. Физиол. 265 (часть 1), E572–E577 (1993).

    КАС пабмед Google ученый

  • Алсат, Э., Гибурденш, Дж., Лутон, Д., Франкен, Ф. и Эвейн-Брион, Д. Плацентарный гормон роста человека. утра. Дж. Обст. Гинекол. 177 , 1526 (1997).

    КАС пабмед Google ученый

  • Daughaday, W.H., Trivedi, B., Winn, H.N. & Yan, H. Гиперсоматотропизм у беременных женщин, измеренный с помощью анализа радиорецепторов печени человека. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 70 , 215–221 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Мирлесс, В. и др. . Уровень плацентарного гормона роста при нормальной беременности и при беременности с задержкой внутриутробного развития. Педиатр. Рез. 34 , 439–442 (1993).

    КАС пабмед Google ученый

  • Kaltsas, G. A. и др. . Нарушение менструального цикла у женщин с акромегалией. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 84 , 2731–2735 (1999).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кацнельсон Л. и др. . Гипогонадизм у больных акромегалией: данные многоцентрового пилотного исследования регистра акромегалии. клин. Эндокринол. (Oxf.) 54 , 183–188 (2001).

    КАС Google ученый

  • Kaltsas, G. A. и др. . Поликистоз яичников и фенотип синдрома поликистозных яичников у женщин с активной акромегалией. клин. Эндокринол. (Оксф.). 67 , 917–922 (2007).

    КАС пабмед Google ученый

  • Гринберг М., Саленаве С., Янг Дж. и Шансон П. Функция женских половых желез до и после лечения акромегалии. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 95 , 4518–4525 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Jamnongjit, M., Gill, A. & Hammes, S. R. Передача сигналов рецептора эпидермального фактора роста необходима для нормального стероидогенеза в яичниках и созревания ооцитов. Проц. Натл акад. науч. США 102 , 16257–16261 (2005 г.).

    КАС пабмед Google ученый

  • Карон П. и др. . Акромегалия и беременность: ретроспективное многоцентровое исследование 59 беременностей у 46 женщин. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 95 , 4680–4687 (2010).

    КАС пабмед Google ученый

  • Беккерс А., Стивенарт А., Фойдарт Дж. М., Хеннен Г. и Франкен Ф.Плацентарная и гипофизарная секреция гормона роста во время беременности у женщин с акромегалией. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 71 , 725–731 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Serri, O. & Lanoie, G. Успешная беременность у женщины с акромегалией, получавшей октреотид пролонгированного действия. Эндокринолог 13 , 17–19 (2003).

    Google ученый

  • Лау, С.Л., МакГрат С., Эвейн-Брион Д. и Смит Р. Клиническое и биохимическое улучшение при акромегалии во время беременности. Дж. Эндокринол. Инвестировать. 31 , 255–261 (2008).

    КАС пабмед Google ученый

  • Бетеа Д., Вальдес Сосин Х., Хансен И., Стивенарт А. и Беккерс А. Акромегалия и беременность [французский]. Энн. Эндокринол. (Париж) 63 , 457–463 (2002).

    Google ученый

  • Лунарди, П., Риццо А., Миссори П. и Фрайоли Б. Апоплексия гипофиза у женщины с акромегалией, оперированной во время беременности трансфеноидальным доступом. Междунар. Дж. Гинекол. Обст. 34 , 71–74 (1991).

    КАС пабмед Google ученый

  • Атмака А., Дагделен С. и Эрбас Т. Наблюдение за беременными женщинами с акромегалией: различные проявления и исходы. Экспл. клин. Эндокринол. Диабет 114 , 135–139 (2006).

    КАС пабмед Google ученый

  • Cozzi, R., Attanasio, R. & Barausse, M. Беременность при акромегалии: одноцентровый опыт. евро. Дж. Эндокринол. 155 (2), 279–284 (2006).

    КАС пабмед Google ученый

  • Леунг, К.С., Йоханнссон, Г., Леонг, Г.М. и Хо, К.К. Эстрогеновая регуляция действия гормона роста. Эндокр. Ред. 25 , 693–721 (2004).

    КАС пабмед Google ученый

  • Обуоби К. и др. . Синдром МакКьюна-Олбрайта: динамика гормона роста при беременности. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 86 , 2456–2458 (2001).

    КАС пабмед Google ученый

  • Герман-Бонерт В., Селиверстов М.& Melmed, S. Беременность при акромегалии: успешный терапевтический результат. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 83 , 727–731 (1998).

    КАС пабмед Google ученый

  • Абелов, В. А., Рупп, Дж. Дж. и Пашкис, К. Е. Акромегалия и беременность. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 14 , 32–44 (1954).

    КАС пабмед Google ученый

  • Куреши А. и др. . ЭКО/ИКСИ у женщины с активной акромегалией: успешный результат лечения пегвисомантом. Дж. Ассист. Воспр. Жене. 23 , 439–442 (2006).

    ПабМед ПабМед Центральный Google ученый

  • Гювен С. и др. . Случай акромегалии при беременности: сочетанная трансфеноидальная аденомэктомия и кесарево сечение. Дж. Матерн. Фетальная неонатальная мед. 19 , 69–71 (2006).

    ПабМед Google ученый

  • Shnider, S.M. & Levinson, G. в Anesthesia for Obstetrics 4th edn Vol. 2 гл. 29 (изд. Миллер, Р. Д.) 509–528 (Lippincott Williams & Wilkins, 2002).

    Google ученый

  • Caron, P., Gerbeau, C. & Pradayrol, L. Передача октреотида от матери к плоду. Н. англ. Дж. Мед. 333 , 601–602 (1995).

    КАС пабмед Google ученый

  • Caron, P., Gerbeau, C., Pradayrol, L., Cimonetta, C. & Bayard, F. Успешная беременность у бесплодной женщины с тиреотропин-секретирующей макроаденомой, получавшей аналог соматостатина (октреотид). Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 81 , 1164–1168 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Карон, П. и др. . Экспрессия рецептора соматостатина SST4 в плаценте человека и отсутствие влияния октреотида на концентрацию плацентарного гормона роста человека во время беременности. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 82 , 3771–3776 (1997).

    КАС пабмед Google ученый

  • Маффей, П. и др. . Эффекты воздействия октреотида во время беременности при акромегалии. клин. Эндокринол. (Oxf.) 72 , 668–677 (2010).

    КАС Google ученый

  • Цаликян, Э., Фоли, Т. П. младший и Беккер, Д. Дж. Характеристика специфического связывания соматостатина в плазматических мембранах плаценты человека. Педиатр. Рез. 18 , 953–957 (1984).

    КАС пабмед Google ученый

  • Fassnacht, M., Capeller, B., Arlt, W., Steck, T. & Allolio, B. Лечение октреотидом LAR во время беременности у женщин с акромегалией. клин. Эндокринол. (Oxf.) 5 5 , 411–415 (2001).

    Google ученый

  • Бигацци, М. и др. . Беременность у женщины с акромегалией во время лечения бромокриптином: влияние на гормон роста и пролактин в материнском, плодном и амниотическом отделах. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 48 , 9–12 (1979).

    КАС пабмед Google ученый

  • Аоно Т., Shioji, T., Kohno, M., Ueda, G. & Kurachi, K. Беременность после индуцированной 2-бром-альфа-эргокриптином (CB-154) овуляции у пациентки с акромегалией с галактореей и аменореей. Фертил. Стерильно. 27 , 341–344 (1976).

    КАС пабмед Google ученый

  • Эсперсен Т. и Дитцель Дж. Беременность и роды при терапии бромокриптином. Ланцет 2 , 985–986 (1977).

    КАС пабмед Google ученый

  • Любошицкий Р., Dickstein, G. & Barzilai, D. Беременность, вызванная бромкриптином, у пациентки с акромегалией. JAMA 244 , 584–586 (1980).

    КАС пабмед Google ученый

  • Хисано, М. и др. . Акромегалия у женщины впервые диагностирована во время беременности. Арх. Гинекол. Обст. 274 , 171–173 (2005).

    ПабМед Google ученый

  • Брайан, С.Р., Бидлингмайер М., Вайнрайх М.П., ​​Вайнцимер С.А. и Инзукки С.Е. Лечение акромегалии пегвисомантом во время беременности: влияние на мать и плод. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 92 , 3374–3377 (2007).

    КАС пабмед Google ученый

  • Вилар, Л., Фрейтас, Мда. C., Lima, LH, Lyra, R. & Kater, CE Синдром Кушинга при беременности: обзор. Арк. Бюстгальтеры. Эндокринол.Метабол. 51 , 1293–1302 (2007).

    ПабМед Google ученый

  • Hunt, A.B. & McConahey, W.M. Беременность, связанная с заболеванием надпочечников. утра. Дж. Обст. Гинекол. 66 , 970–987 (1953).

    КАС пабмед Google ученый

  • Бюшер, М. А., Маккламрок, Х. Д. и Адаши, Э. Ю. Синдром Кушинга при беременности. Акушерство. Гинекол. 79 , 130–137 (1992).

    КАС пабмед Google ученый

  • Пикард Дж., Йохен А.Л., Садур С.Н. и Хофельдт Ф.Д. Синдром Кушинга при беременности. Акушерство. Гинекол. Surv. 45 , 87–93 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Клибански А., Стивен А. Э., Грин М.Ф., Блейк, М.А. и Ву, С.Л. История болезни Массачусетской больницы общего профиля. Дело 36–2006. Беременная 35 лет с впервые выявленной артериальной гипертензией. Н. англ. Дж. Мед. 355 , 2237–2245 (2006).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кохаде, К. и др. . Эктопический синдром Кушинга вследствие феохромоцитомы: новый послеродовой случай и обзор литературы. Гинекол. Эндокринол. 25 , 624–627 (2009).

    ПабМед Google ученый

  • Чуй, М. Х. и др. . Отчет о клиническом случае: избыточная экспрессия надпочечниковых рецепторов ЛГ/ХГЧ и амплификация гена, вызывающая индуцированный беременностью синдром Кушинга. Эндокр. Патол. 20 , 256–261 (2009).

    ПабМед Google ученый

  • Арон, округ Колумбия, Шналль, А.М. и Шилер, Л.Р. Синдром Кушинга и беременность. утра. Дж. Обст. Гинекол. 162 , 244–252 (1990).

    КАС пабмед Google ученый

  • Линдсей, Дж. Р., Йонклаас, Дж., Олдфилд, Э. Х. и Ниман, Л. К. Синдром Кушинга во время беременности: личный опыт и обзор литературы. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 90 , 3077–3083 (2005).

    КАС пабмед Google ученый

  • Линдси, Дж.Р. и Ниман, Л.К. Гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая ось во время беременности: проблемы выявления и лечения заболеваний. Эндокр. Ред. 26 , 775–799 (2005).

    КАС пабмед Google ученый

  • Бронштейн, М. Д., Сальгадо, Л. Р. и де Кастро Мусолино, Н. Р. Медицинское лечение аденомы гипофиза: особый случай ведения беременной женщины. Гипофиз 5 , 99–107 (2002).

    КАС пабмед Google ученый

  • Кабесон, К., Бруно, О.Д., Коэн, М., Гарсия, С. и Гутман, Р.А. Двойная беременность у пациентки с болезнью Кушинга. Фертил. Стерильно. 72 , 371–372 (1999).

    ПабМед Google ученый

  • Росс, Р. Дж. и др. . Диагностика и селективное лечение болезни Кушинга при беременности методом транссфеноидальной хирургии. евро. Дж. Эндокринол. 132 , 722–726 (1995).

    КАС пабмед Google ученый

  • Меллор, А., Харви, Р. Д., Поберескин, Л. Х. и Снейд, Дж. Р. Болезнь Кушинга лечится трансклиновидной селективной аденомэктомией в середине беременности. руб. Дж. Анаст. 80 , 850–852 (1998).

    КАС пабмед Google ученый

  • Ло, К.Y., Lo, CM & Lam, KY Синдром Кушинга, вторичный по отношению к аденоме надпочечников во время беременности. Хирург. Эндоск. 16 , 219–220 (2002).

    КАС пабмед Google ученый

  • Бертанья, X., Гинья, Л., Груссен, Л. и Бертера, Дж. Болезнь Кушинга. Лучшая практика. Рез. клин. Эндокринол. Метаб. 23 , 607–623 (2009).

    КАС пабмед Google ученый

  • Коннелл, Дж.М. и др. . Беременность, осложненная синдромом Кушинга: потенциальная опасность терапии метирапоном (клинический случай). руб. Дж. Обст. Гинеколь. 92 , 1192–1195 (1985).

    КАС пабмед Google ученый

  • Хана В., Докупилова М., Марек Дж. и Плавка Р. Рецидивирующий АКТГ-независимый синдром Кушинга при многоплодной беременности и его лечение метирапоном. клин. Эндокринол. (Оксф.). 54 , 277–281 (2001).

    ПабМед Google ученый

  • Уоллес К., Тот Э. Л., Леванчук Р. З. и Симиноски К. Синдром Кушинга, вызванный беременностью, при многоплодной беременности. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 81 , 15–21 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Амадо, Дж. А. и др. . Успешное лечение кетоконазолом синдрома Кушинга при беременности. Аспирантура. Мед. J. 66 , 221–223 (1990).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Berwaerts, J., Verhelst, J., Mahler, C. & Abs, R. Синдром Кушинга при беременности, лечение кетоконазолом: клинический случай и обзор литературы. Гинекол. Эндокринол. 1 3 , 175–182 (1999).

    Google ученый

  • Серафини, П., Motta, E.L.A. & White, J.S. в Опухоли гипофиза при беременности 2nd edn Ch. 4 (изд. Бронштейн, доктор медицины) 173–194 (Kluwer Academic Publishers, 2001).

    Google ученый

  • Masding, M.G., Lees, PD, Gawne-Cain, ML & Sandeman, DD. Сжатие поля зрения несекретирующей опухолью гипофиза во время беременности. J. R. Soc. Мед. 96 , 27–28 (2003).

    КАС пабмед ПабМед Центральный Google ученый

  • Карон, П., Gerbeau, C., Pradayrol, L., Simonetta, C. & Bayard, F. Успешная беременность у бесплодной женщины с тиреотропин-секретирующей макроаденомой, получавшей аналог соматостатина (октреотид). Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 81 , 1164–1168 (1996).

    КАС пабмед Google ученый

  • Блэкхерст, Г. и др. . Лечение макроаденомы гипофиза, секретирующей тиреотропин, октреотидом при беременности двойней. клин. Эндокринол. (Oxf.) 57 , 401–404 (2002).

    КАС Google ученый

  • Чайамнуай, С., Мостер, М., Кац, М. Р. и Ким, Ю. Н. Успешное лечение беременной женщины с аденомой гипофиза, секретирующей ТТГ, с помощью хирургического и медикаментозного лечения. Гипофиз 6 , 109–113 (2003).

    ПабМед Google ученый

  • Гонсалес, Дж.G. и др. . Рост гипофиза во время нормальной беременности: исследование in vivo с использованием магнитно-резонансной томографии. утра. Дж. Мед. 85 , 217–220 (1988).

    КАС пабмед Google ученый

  • Глезер А. и др. . Макропролактин человека проявляет низкую биологическую активность через свой гомологичный рецептор в новом чувствительном биологическом анализе. Дж. Клин. Эндокринол. Метаб. 91 , 1048–1055 (2006).

    КАС пабмед Google ученый

  • Забеременеть с помощью инъекций Менопура при опухоли гипофиза

    30-летняя предприниматель, писатель и общественный деятель Натали Франке перенесла операцию на головном мозге по удалению опухоли гипофиза в возрасте 27 лет, чтобы она и ее муж могли начать свой путь к беременности. Отказавшись от контроля и переопределив понятия успеха и семьи, Натали приняла лечение бесплодия и неожиданный путь к материнству.Сейчас Натали пытается зачать второго ребенка, а недавние курсы лечения Натали пока не увенчались успехом. Здесь она размышляет о своем первом путешествии по плодородию.

    Я всегда представлял себе, что создам семью. Но когда мы с мужем обручились, я поняла, что мне 22 года и у меня никогда не было регулярных циклов. Хотя в подростковом возрасте я обсуждала тот факт, что месячные у меня бывают только один или два раза в год, с врачом, он сказал мне, что беспокоиться не о чем. Я подумала про себя: Если у меня будут едва месячные , смогу ли я забеременеть?

    Я записалась на прием к акушеру-гинекологу, так как предполагала, что для зачатия мне понадобится медицинская помощь. Врач назначил анализ крови, который показал, что у меня «зашкаливает» уровень эстрогена и пролактина, и она предположила, что гормональный дисбаланс, вероятно, связан с моими яичниками. Когда трансвагинальное УЗИ показало, что мои яичники в норме, она сказала, что есть только одно другое место, куда можно заглянуть: мой мозг. Итак, в тот день, когда я изначально планировала сделать фотографии помолвки, вместо этого я сделала МРТ головного мозга.

    «У вас опухоль гипофиза»

    Когда МРТ закончилась, рентгенолог попросил меня, маму и жениха присоединиться к нему в другой комнате. «Это сканирование нормального мозга», — сказал он, показывая мне изображение мозга и указывая на его крошечный гипофиз на экране. «Это твое», — сказал он, указывая на мой снимок МРТ и большой белый круг, где находится мой гипофиз. «У вас опухоль гипофиза». Позже я узнал, что опухоль была доброкачественной опухолью и кистой, и обе они сделали это так, что мой гипоталамус и гипофиз не сообщались — необходимый шаг для нормальной выработки гормонов. Репродуктолог-эндокринолог тогда поставил мне диагноз гипоталамическая аменорея (перевод: когда менструация прерывается из-за проблемы в гипоталамусе).Мои опасения по поводу возможной необходимости какого-либо лечения бесплодия, чтобы забеременеть, подтвердились.

    После приема я оплакивала то, какой я давно представляла себе беременность. Меня с юных лет внушали, что я имею право на беременность и семью на своих условиях. Готовясь к операции на головном мозге, медикаментозному лечению и лечению бесплодия, я попыталась переосмыслить свою женскую идентичность и переосмыслить значение семьи. Мы с мужем были школьными возлюбленными.Я спросил его: «Ты действительно хочешь жениться на ком-то, кто не сможет родить тебе биологических детей?» Он не поверил, что я вообще спросил. Моя борьба за рождаемость не изменила моей ценности в его глазах, но я изо всех сил пыталась чувствовать то же самое.

    Сначала моя медицинская бригада рекомендовала мне подождать и посмотреть, как изменится мое состояние, прежде чем прибегнуть к радикальным мерам, таким как операция на головном мозге. Но в 2016 году, после нескольких лет замужества и безуспешных попыток забеременеть самостоятельно, я узнала от своего репродуктивного эндокринолога, что не могу безопасно проводить лечение бесплодия без предварительного удаления опухоли.Я решил заняться хирургией головного мозга — это было как раз в то время, когда было приобретено Rising Tide Society (компания, в которой я был соучредителем), я переехал в Сан-Франциско и присоединился к HoneyBook в качестве главы сообщества.

    Проведение операции на головном мозге в возрасте 27 лет

    После переезда в Сан-Франциско я связалась с Репродуктивным центром Калифорнийского университета в Сан-Франциско и отделением нейрохирургии Калифорнийского университета в Сан-Франциско, чтобы пройти обследование у репродуктивного эндокринолога, нейроэндокринолога и нейрохирурга. Мне сказали, что я отличный кандидат на операцию на головном мозге, и через три недели, в возрасте 27 лет, мне сделали операцию по удалению опухоли гипофиза.

    После операции у меня возникли осложнения, которые потенциально могли задержать лечение бесплодия. У меня развился низкий уровень кортизола и несахарный диабет, который приводит к дисбалансу жидкости. Врачи репродуктивного центра сказали мне, что мы можем начать лечение через шесть месяцев, если у меня повысится уровень кортизола и если я выздоровею от несахарного диабета. Шесть месяцев и день после даты моей операции я вернулся в UCSF для последующего наблюдения — я не терял времени даром.Многие люди боятся или недовольны началом лечения бесплодия, и казалось, что я был единственным человеком в мире, который не мог этого дождаться. Когда врачи сказали, что я в порядке, я отпраздновала, что достаточно здорова, чтобы начать принимать лекарства для индукции овуляции.

    Разочарования, связанные с лечением бесплодия

    Я перестала радоваться, когда поняла, что успех лечения бесплодия — это то, что я не могу контролировать. Я преуспеваю во всех аспектах своей жизни и карьеры, но я ничего не могу сделать, чтобы улучшить реакцию моего организма на лекарства от бесплодия.Когда я впервые приняла высокие дозы кломида, чтобы вызвать овуляцию, уровень эстрогена у меня не изменился вообще и у меня не появилось ни одного зрелого фолликула. Мы попробовали еще раз с более высокими дозами и получили тот же результат — врач сказал, что мой мозг даже не регистрировал лекарство. Я чувствовал себя неудачником. Она предложила делать инъекции гормонов вместо того, чтобы полагаться на таблетки. Единственная цель, по ее словам, состояла в том, чтобы посмотреть, смогу ли я произвести яйцеклетку. Из-за большого количества сперматозоидов у моего мужа она еще не рекомендовала внутриматочную инсеминацию (ВМИ) или экстракорпоральное оплодотворение (ЭКО), чтобы помочь мне зачать ребенка.Все, что нам было нужно, это это яйцо.

    Мы начали с одного флакона Менопура для инъекций, но снова без признаков овуляции мы быстро приблизились к трем флаконам в день. Мой врач был честен и поделился, что, как только вы наберете три флакона, возможно, пора задуматься об ЭКО. Я мысленно подготовилась к тому, что мой курс лечения будет отменен при следующем приеме, и мне скажут, что пора начинать изучать ЭКО. Вместо этого — казалось бы, из ниоткуда — практикующая медсестра обнаружила, что мои яичники произвели три яйцеклетки, и мой уровень эстрогена, наконец, увеличился.Так мы забеременели одним здоровым ребенком, нашим сыном, которому 20 месяцев (на момент публикации).

    Радости (и трудности) беременности

    Я была в своем офисе, когда почувствовала то, что, как мне казалось, могло быть моим первым симптомом беременности — обостренное обоняние. Во время обеденного перерыва я побежала в ближайшую аптеку за тестом за несколько дней до моей беты и взяла его в ванной: я была беременна! Я рыдала на полу, чувствуя радость, как никогда прежде, и одновременно глубокую, неожиданную печаль.Меня поразило внезапное появление новых тревог, о которых я даже не имела «привилегии» беспокоиться, — например, боязнь выкидыша. В некотором смысле я была наивной в отношении осложнений, которые могут сопровождать беременность, потому что я не могла мечтать, кроме положительного теста на беременность. Затем я подумал обо всех людях, которых я встретил в Интернете, которые были в своем собственном путешествии по фертильности, все еще ожидая положительных результатов. Другие могут относиться к лечению бесплодия как к клубу, в который никто не хочет вступать, но вы не можете быть в клубе с лучшими, более поддерживающими людьми.Я был так взволнован будущим, но сразу почувствовал, что покидаю сообщество, которое носило меня.

    Пока я боролась со своими тревогами на ранних сроках беременности, мой муж помог мне двигаться вперед, несмотря на мои страхи и сомнения. После приезда наш сын рассказывал мне, что во время лечения уже смирился с тем, что лекарства могут не подействовать. В то время как я была эмоционально истощена каждым взлетом и падением процесса зачатия, он был спокоен — уже веря, что у нас будет наша семья, несмотря ни на что, даже если маршрут изменится.Его присутствие, а также поддержка коллег и друзей продолжали успокаивать меня на протяжении всей тяжелой беременности.

    Примерно на восьмой неделе я забеспокоилась, что у меня случился выкидыш после субхориального кровоизлияния. Я выздоровела, но осложнения продолжались и в третьем триместре, когда у меня повысилось кровяное давление и развилась преэклампсия. Во время визита к врачу на 36 неделе беременности для того, что должно было быть только назначением, я узнала, что мое кровяное давление стало слишком высоким — я внезапно оказалась в родильном отделении, и меня вызвали на месяц раньше.

    Мои роды были не такими, как я ожидала, но это был самый вдохновляющий момент в моей жизни. Я всегда верила, что роды будут болезненным, изолирующим опытом. Но реальность такова, что меня окружала семья, которая любила меня, и команда врачей, которые поддерживали меня и слушали меня. Я никогда не чувствовал себя сильнее.

    В тот момент, когда я стал родителем

    Оглядываясь назад, я помню, как плакал маме, когда после лечения у меня не развился ни один фолликул, и она ответила что-то вроде: «Добро пожаловать в отцовство. Она напомнила мне, что я как родитель ничего не могу контролировать и что, к сожалению, я рано усвоил этот урок. Эта потеря контроля — и моя решимость продолжать попытки в любом случае — ощущались как мое посвящение в родительские обязанности. Я считаю, что стала матерью в ту минуту, когда решила, что сделаю все, что в моих силах, чтобы стать ею. Хотел бы я сказать себе в прошлом: «Возможно, у тебя еще нет ребенка на руках, но ты являешься частью этого клуба, потому что ты открыл свое сердце ребенку».

    Мы с мужем обсуждаем, как объясним сыну мою беременность. Мы хотим, чтобы он знал, как он сюда попал, что нет единственного способа завести семью. Если однажды он захочет иметь детей, но ему нужна помощь, чтобы они появились в его жизни, он будет знать, что в этом нет ничего стыдного. Я научу его, что нужда в помощи не делает его или кого-либо еще неудачником. Когда я усвоила этот урок в своем путешествии по фертильности, это разрушило все мое ощущение себя самым лучшим, самым преобразующим образом.

    О рождении еще одного ребенка

    Этой весной мы возобновили лечение бесплодия, используя те же протоколы инъекционного цикла Menopur, которые мы использовали два года назад для зачатия. К сожалению, мой уровень ФСГ сейчас выше, так что в этот раз было сложнее.

    После трех неудачных курсов инъекций (в июне, августе и октябре 2020 г.) мы с мужем приняли трудное решение сделать перерыв в лечении бесплодия на некоторое время . Мы надеемся, что следующий год и возможное изменение протоколов лечения принесет нам еще одно чудо.

    Личное эссе Натали Франке. Под редакцией Рэйчел Санофф.


    Фертильность может быть на первом месте или отодвинута на второй план, но она может повлиять на все.Мы делимся вашими историями, чтобы отпраздновать и создать пространство для множества способов, которыми мы управляем своей карьерой, отношениями и финансами в отношении нашего репродуктивного здоровья. Если у вас есть история, которой вы хотите поделиться, свяжитесь с нами.

    Геморрагическая гипофизарная апоплексия во время беременности: ретроспективный рентгенологический диагноз

    38-летняя женщина забеременела во время обследования по поводу аденомы гипофиза. За три месяца до того, как узнала о своей беременности, наблюдалась в эндокринной клинике с жалобами на галакторею и нерегулярный менструальный цикл.Ее лабораторное исследование выявило повышенный уровень пролактина; тест на беременность в то время был отрицательным. Начато лечение бромокриптином. Была значительная задержка с получением первоначального МРТ головного мозга, потому что пациент пропустил несколько приемов.

    Первоначальное сканирование головного мозга было проведено через 6 месяцев после первоначального диагноза (3 месяца беременности) и выявило геморрагическую макроаденому гипофиза (рис. A1-4) . Больная вспоминает, что за неделю до сканирования у нее случился приступ сильной головной боли с нарушением зрения правого глаза.В то время она не обращалась за медицинской помощью, но на следующей неделе записалась на томографию головного мозга. Во время визуализации она сообщила, что ее симптомы полностью исчезли.

    При осмотре в клинике через 2 недели после эпизода у нее не было никаких симптомов, и не было никаких объективных очаговых неврологических нарушений. Полная офтальмологическая оценка была ничем не примечательна, без дефектов поля зрения. Она оставалась бессимптомной без неврологического дефицита и до сих пор не имеет признаков гипопитуитаризма.Повторные сканирования, выполненные через 6 месяцев беременности пациентки (рис. B1-4; разрезы эквивалентны серии А) , не показали каких-либо существенных изменений интервалов. Она родила в 9 месяцев без осложнений и регулярно наблюдается на наличие признаков и симптомов гипопитуитаризма.

    Обсуждение
    Апоплексия опухоли гипофиза — редкое, острое, опасное для жизни нейрохирургическое неотложное состояние. Истинная заболеваемость и распространенность неизвестны, но ее частота оценивается в 7.3% у пациентов с аденомами гипофиза 1 и наблюдается у 0,5-17% пациентов, у которых опухоли гипофиза были удалены хирургическим путем. 2 Расчетное соотношение мужчин и женщин колеблется от 1:1 до 2:1. 1,2 Обычный возрастной диапазон от 37 до 57 лет. Смертность, связанная с апоплексией гипофиза, достигает 12,5%. 2

    Триггерным событием является внезапное поражение сосудов гипофиза, связанное либо с кровоизлиянием, либо с инфарктом, и, как правило, в основе лежит аденома гипофиза.Затем следует острое неврологическое нарушение, характеризующееся внезапной головной болью, визуальными симптомами, измененным психическим статусом и гормональным дисбалансом. Эти последствия являются результатом давления вследствие острого увеличения аденоматозного или реже неаденоматозного гипофиза, а также острого функционального нарушения гипофиза. Удивительно, но у многих пациентов заболевание протекает бессимптомно или проявляется подостро с легкими симптомами. Некоторые факторы, предрасполагающие к гипофизарной апоплексии, включают беременность, терапию эстрогенами, лечение бромокриптином, травму головы, операцию на сердце, двустороннюю адереналэктомию, облучение гипофиза, антикоагулянтную терапию, коагулопатию и тесты на стимуляцию эндокринной системы. 1 Наша пациентка была беременна и также получала бромокриптин, когда подозрение на опухоль гипофиза было высоким.

    Лечение
    Неотложное лечение обычно заключается в медикаментозной стабилизации, высоких дозах кортикостероидов, других соответствующих гормональных добавках и экстренном или интервальном хирургическом вмешательстве. Однако тактика лечения во многом зависит от клинической картины. У пациентов с легкими стабильными симптомами или у пациентов с подострым течением после разрешения острых симптомов, как у нашего пациента, обычно проводят консервативное лечение с тщательным наблюдением.Лечение и долгосрочное наблюдение осуществляется междисциплинарной командой, обычно состоящей из нейрохирургов, эндокринологов, офтальмологов, терапевтов и рентгенологов, а также других членов бригады здравоохранения. В качестве начального наблюдения рекомендуется мониторинг гормонов гипофиза, острота зрения и полевые исследования, а также серийная визуализация гипофиза с помощью МРТ каждые 3–6 месяцев до прекращения кровоизлияния.

    Нарушение зрения из-за повышенного внутричерепного давления является первичным острым осложнением и включает неврит зрительного нерва и офтальмоплегию с вторичным птозом и параличом экстраокулярных мышц.

    Естественная история апоплексии опухоли гипофиза после консервативного лечения включает спонтанное разрешение кровоизлияния с течением времени, сморщивание гипофиза с последующим синдромом пустого седла и отдаленные последствия частичного или полного гипопитуитаризма.

    В одном исследовании у 87% пациентов с пролактиномами кровотечение полностью разрешилось в течение 26,6 ± 23,3 (среднее ± стандартное отклонение) месяцев. 3

    Пациенты должны быть хорошо осведомлены об осложнениях и последствиях, а также о необходимости дальнейшего наблюдения и долгосрочного лечения.Мы будем следовать за нашим пациентом с последовательной визуализацией гипофиза.

     

    Ссылки:

    Аденомы гипофиза: обзор – Американский семейный врач

    1. Famini P, Майя ММ, Мелмед С. Магнитно-резонансная томография гипофиза при селлярных и параселлярных образованиях: десятилетний опыт у 2598 пациентов. J Clin Endocrinol Metab . 2011;96(6):1633–1641….

    2. Фернандес А., Каравитаки Н, Васс Дж.А. Распространенность аденом гипофиза: перекрестное исследование на уровне сообщества в Банбери (Оксфордшир, Великобритания). Клин Эндокринол (Oxf) . 2010;72(3):377–382.

    3. Зал WA, Лучано М.Г., Доппман Дж.Л., Патронас Нью-Джерси, Олдфилд Э.Х. Магнитно-резонансная томография гипофиза у здоровых добровольцев: скрытые аденомы в общей популяции. Энн Интерн Мед . 1994;120(10):817–820.

    4. Эззат С., Аса С.Л., Могвелл ВТ, и другие. Распространенность аденом гипофиза: систематический обзор. Рак . 2004;101(3):613–619.

    5. Арафах Б.М., Прунти Д, Ибарра Дж, Хлавин М.Л., Сельман ВР. Доминирующая роль повышенного интраселлярного давления в патогенезе гипопитуитаризма, гиперпролактинемии и головных болей у больных аденомами гипофиза. J Clin Endocrinol Metab . 2000;85(5):1789–1793.

    6. Вэнс М.Л. Диагностика, лечение и прогноз опухолей гипофиза. В: Thapar K, Kovacs K, Scheithauer BW, Lloyd RV, eds.Диагностика и лечение опухолей гипофиза. Тотова, Нью-Джерси: Humana Press; 2001: 165–172.

    7. Фреда ПУ, Беккерс А.М., Кацнельсон Л, и другие.; Эндокринное общество. Инциденталома гипофиза: руководство по клинической практике эндокринного общества. J Clin Endocrinol Metab . 2011;96(4):894–904.

    8. Ниман Л.К., Биллер БМ, Финдлинг Дж. В., и другие. Диагноз синдрома Кушинга: руководство по клинической практике эндокринного общества. J Clin Endocrinol Metab . 2008;93(5):1526–1540.

    9. Мелмед С, Казануева Ф.Ф., Хоффман АР, и другие.; Эндокринное общество. Диагностика и лечение гиперпролактинемии: руководство по клинической практике Эндокринологического общества. J Clin Endocrinol Metab . 2011;96(2):273–288.

    10. Мелмед С. Медицинский прогресс: акромегалия [опубликованное исправление появляется в N Engl J Med. 2007;356(8):879.] N Engl J Med .2006;355(24):2558–2573.

    11. Снайдер П.Дж. Гонадотрофно-клеточные аденомы. В: Мелмед С., изд. Гипофиз. 3-е изд. Амстердам: Эльзевир; 2011: 637–651.

    12. Еламин М.Б., Мурад МХ, Муллан Р, и другие. Точность диагностических тестов на синдром Кушинга: систематический обзор и метаанализы. J Clin Endocrinol Metab . 2008;93(5):1553–1562.

    13. Дали А.Ф., Рикшон М, Адам С, Демпегиоти А, Тихомирова М.А., Бекерс А.Высокая распространенность аденом гипофиза: перекрестное исследование в провинции Льеж, Бельгия. J Clin Endocrinol Metab . 2006;91(12):4769–4775.

    14. Александр Ю.М., Биллер БМ, Биккал Х, Зервас НТ, Арнольд А, Клибанский А. Клинически нефункционирующие опухоли гипофиза имеют моноклональное происхождение. Дж Клин Инвест . 1990;86(1):336–340.

    15. Монтейру М.Л., Замбон БК, Кунья ЛП.Прогностические факторы развития потери зрения у пациентов с макроаденомами гипофиза и восстановления зрения после декомпрессии зрительного пути. Кан J Офтальмол . 2010;45(4):404–408.

    16. Файнштейн Дэй П, Гительман М, Артезе Р, и другие. Ретроспективное мультицентровое исследование инциденталом гипофиза. Гипофиз . 2004;7(3):145–148.

    17. Вилар Л, Фрейтас МЦ, Нейвс Л.А., и другие.Диагностика и лечение гиперпролактинемии: результаты многоцентрового исследования в Бразилии с участием 1234 пациентов. Дж Эндокринол Инвест . 2008;31(5):436–444.

    18. Пекори Джиральди Ф., Амброджо АГ, Де Мартин М, Фатти Л.М., Скакки М, Каванини Ф. Специфичность тестов первой линии для диагностики синдрома Кушинга: оценка в большой серии. J Clin Endocrinol Metab . 2007;92(11):4123–4129.

    19.Ожидаемые эндокринологические значения и таблицы преобразования единиц СИ. Эндокринные научные лаборатории. Лабораторная корпорация Америки. 2009. https://science.nichd.nih.gov/confluence/download/attachments/238/Inside-Expected-Values_ESO.pdf. По состоянию на 25 сентября 2012 г.

    20. Гао Р., Исода Х, Танака Т, и другие. Динамическая МРТ с усилением гадолинием аденом гипофиза: полезность последовательных изображений в сагиттальной и коронарной плоскостях. Евро J Радиол .2001;39(3):139–146.

    21. Фридман Т.С., Цукербраун Э, Ли МЛ, Кабил М.С., Шагинян Х. Динамическая МРТ гипофиза обладает высокой чувствительностью и специфичностью для диагностики легкого синдрома Кушинга и должна быть частью начального обследования. Горм Метаб Рез . 2007;39(6):451–456.

    22. Реннерт Дж., Дерфлер А. Визуализация селлярных и параселлярных поражений. Клиника Нейрол Нейрохирург . 2007;109(2):111–124.

    23. Вебстер Дж., Писцителли Г, Полли А, Феррари КИ, Исмаил I, Скэнлон МФ. Сравнение каберголина и бромокриптина при лечении гиперпролактинемической аменореи. Группа сравнительного исследования каберголина. N Английский J Med . 1994;331(14):904–909.

    24. Колао А, Ди Сарно А, Ланди МЛ, и другие. Уменьшение макропролактиномы во время лечения каберголином больше у пациентов, ранее не получавших лечение, чем у пациентов, предварительно получавших другие агонисты дофамина: проспективное исследование с участием 110 пациентов. J Clin Endocrinol Metab . 2000;85(6):2247–2252.

    25. Колао А, Каппабьянка П, Кэрон П, и другие. Октреотид LAR в сравнении с хирургическим вмешательством у впервые диагностированных пациентов с акромегалией: рандомизированное открытое многоцентровое исследование. Клин Эндокринол (Oxf) . 2009;70(5):757–768.

    26. Тренер П.Дж., Дрейк ВМ, Кацнельсон Л, и другие. Лечение акромегалии пегвисомантом, антагонистом рецепторов гормона роста. N Английский J Med . 2000;342(16):1171–1177.

    27. Биллер Б.М., Гроссман АБ, Стюарт ПМ, и другие. Лечение адренокортикотропин-зависимого синдрома Кушинга: консенсусное заявление. J Clin Endocrinol Metab . 2008;93(7):2454–2462.

    28. Бериндер К., Стакенас I, Акре О, Хиршберг А.Л., Халтинг А.Л. Гиперпролактинемия у 271 женщины: до трех десятилетий клинического наблюдения. Клин Эндокринол (Oxf) . 2005;63(4):450–455.

    29. Лафебер М, Стадес АМ, Валк ГД, Крамер М.Дж., Тединг ван Беркхаут Ф, Зелиссен ПМ. Отсутствие серьезных фиброзных нежелательных явлений у пациентов с гиперпролактинемией, получавших каберголин. Евро J Эндокринол . 2010;162(4):667–675.

    30. Кройцер Дж., Вэнс мл, Лопес МБ, Законы ER Jr. Хирургическое лечение ГР-секретирующих аденом гипофиза: исследование результатов с использованием современных критериев ремиссии. J Clin Endocrinol Metab . 2001;86(9):4072–4077.

    31. Кастинетти Ф., Нагай М, Мранж Я, и другие. Отдаленные результаты стереотаксической радиохирургии секреторных аденом гипофиза. J Clin Endocrinol Metab . 2009;94(9):3400–3407.

    32. Старке Р.М., Уильямс Б.Дж., Вэнс мл, Шихан Дж. П. Лучевая терапия и стереотаксическая радиохирургия для лечения болезни Кушинга: обзор, основанный на доказательствах. Curr Opin Endocrinol Diabetes Obes . 2010;17(4):356–364.

    33. Фернандес-Бальселс М.М., Мурад МХ, Барвайз А, и другие. Естественная история нефункционирующих аденом и инциденталом гипофиза: систематический обзор и метаанализ. J Clin Endocrinol Metab . 2011;96(4):905–912.

    34. Кинг Дж.Т. младший, Справедливость AC, Арон ДК. Лечение случайных микроаденом гипофиза: анализ экономической эффективности. J Clin Endocrinol Metab . 1997;82(11):3625–3632.

    Запись о беременности —

    Цитируйте эту статью как: Беатрис Баркиэль, Альберто Фернандес, Ремедиос Фрутос, Хосе Антонио Росадо, Луис Фелипе Паллардо и Кристина Альварес-Эскола (2014 г.), «Необычный ответ гигантской аденомы гипофиза на бромкриптин и восстановление фертильности: отчет о беременности», Международный журнал историй болезни в медицине, Vol. 2014 (2014), ID статьи 120286, DOI: 10.5171/2014.120286

    Copyright © 2014. Беатрис Баркиэль, Альберто Фернандес, Ремедиос Фрутос, Хосе Антонио Росадо, Луис Фелипе Паллардо и Кристина Альварес-Эскола. Распространяется под лицензией Creative Commons CC-BY 3.0

    23-летняя женщина поступила в клинику с большой аденомой гипофиза и сопутствующей гиперпролактинемией. Первоначально рассмотренные диагнозы включали две возможности: пролактинома или нефункционирующая опухоль с отсоединением ножки гипофиза. Диагноз пролактиномы рассматривался как первая возможность.Поэтому было решено провести испытание с агонистом дофамина Бромокриптином. Уровни пролактина в сыворотке снизились, и была достигнута значительная усадка опухоли. Бромокриптин был прекращен, когда пациентка забеременела. Удивительно, но увеличения опухоли не произошло. Остаточная аденома оставалась стабильной в течение шести лет после родов. Хирургическое вмешательство не потребовалось ни во время беременности, ни после длительного периода наблюдения. Эта клиническая картина соответствовала окончательному диагнозу нефункционирующей макроаденомы гипофиза с необычайным ответом на лечение бромокриптином.

    Ключевые слова: Новообразования гипофиза, пролактинома, беременность, Бромокриптин.

    Введение

    Крупные аденомы гипофиза с умеренно высоким уровнем пролактина (ПРЛ) представляют собой диагностическую проблему. Часто трудно отличить пролактиному от нефункционирующей опухоли, особенно когда значения ПРЛ попадают в так называемую «серую зону». Последний включает концентрацию пролактина в сыворотке в диапазоне от 100 до 200 нг/мл. Значения пролактина выше 200 нг/мл совместимы с диагнозом макропролактиномы.Однако неопределяющие уровни ПРЛ «серой зоны» могут быть оправданы нефункционирующей аденомой, смещающей ножку гипофиза (Karavitaki et al., 2006). Согласно рекомендациям Pituitary Society (2006 г.), хирургическое лечение является методом выбора в случае нефункционирующей опухоли. Напротив, фармакологическое лечение агонистами дофамина является первым вариантом при подозрении на пролактиному. Реакция нефункционирующих опухолей на лечение агонистами дофамина практически не документирована (Bevan, Webster, Burke and Scanlon, 1992; Masding, Lees, Gawne-Cain and Sandeman, 2003).Тем не менее, этот ответ правдоподобен из-за частого присутствия рецепторов дофамина подтипа D2 в нефункционирующих клетках аденомы (Ivan, et al., 2005).

    Реакция пролактиномы на лечение агонистами допамина достигается у большинства пациентов. Молич и др. (1985) описали нормализацию уровня ПРЛ в сыворотке крови и восстановление менструального цикла в 70-80% случаев. Уменьшение опухоли наблюдалось примерно в 70% случаев. Для предотвращения повторного роста опухоли требуется продолжение лечения в течение 24 месяцев или дольше.На самом деле ожидается, что увеличение макропролактиномы произойдет через несколько недель после прекращения даже длительной терапии (Johnston et al., 1984). Кроме того, пролактинома может повторно вырасти во время беременности из-за гиперплазии лактотрофных клеток гипофиза (Bronstein, Salgado and de Castro Musolino, 2002; Molitch, 2003). Женщины должны быть проинформированы о риске и сказать, что их фертильность может быть восстановлена ​​после коррекции гиперпролактинемии. Беременность часто вызывает повторный рост опухоли, особенно у пациентов с макропролактиномами, с последующим риском неврологической инвазии (Foyouzi, Frisbaek and Norwitz, 2004).

    В нашу клинику обратилась женщина с макроаденомой гипофиза и гиперпролактинемией. На основании возможного диагноза макропролактиномы ее лечили агонистом дофамина бромокриптином, что показало значительное уменьшение опухоли. Это снижение сохранялось, несмотря на раннюю отмену препарата и наступившую беременность. Оглядываясь назад, эти результаты предполагают диагноз нефункционирующей аденомы, которая заметно уменьшилась в размерах после лечения бромокриптином.Такой необычайно хороший ответ не ожидался при нефункционирующей аденоме.

    История болезни

    23-летняя женщина поступила в больницу с головной болью, галактореей и олигоменореей в течение шести лет. Никакая другая предыдущая медицинская история не имела отношения к данному случаю. При периметрии выявлена ​​височная гемианопсия левого глаза. Лабораторные тесты показали уровень пролактина в сыворотке 147,0 нг/мл (норма 0,0-18,3 нг/мл), измеренный с помощью хемилюминесцентного анализа (Elecsys от Roche, Мангейм, Германия), с пиком 177 нг/мл после стимуляции тиреотропин-высвобождающим гормоном. .Были исключены вторичные причины гиперпролактинемии: одновременный прием каких-либо лекарственных или токсических веществ, наличие герпетических или травматических поражений грудной клетки, дисфункция щитовидной, надпочечниковой, печеночной или почечной недостаточности и наличие синдрома поликистозных яичников. Признаков акромегалии не наблюдалось, а уровни инсулинового фактора роста-1 находились в пределах нормальных для возраста значений (полученных с помощью хемилюминесцентного иммунометрического анализа Immulite 2500, Siemens, Erlangen, Germany). Гипофизарная магнитно-резонансная томография (Signa 1.5 Тесла, General Electric Healthcare, Милуоки, Висконсин, США) показало дольчатое образование гипофиза, распространяющееся в правый кавернозный и клиновидный синус с эрозией клиновидного тела, смещающим ножку гипофиза и перекрест зрительных нервов. Максимальный линейный диаметр поражения составил 2,3 см (рис. 1).
     
    Умеренная гиперпролактинемия может быть вызвана опухолью, секретирующей ПРЛ. Однако уровни пролактина обычно выше, чем описано выше, когда они обнаруживаются в результате больших макропролактином.В качестве альтернативы гиперпролактинемия у этой женщины могла быть следствием компрессионного эффекта, оказываемого нефункционирующей опухолью гипофиза на ножку гипофиза. Трактовка этих возможностей различается. Фармакологическое лечение агонистами дофамина является методом выбора первой линии при подозрении на диагноз пролактиномы. С другой стороны, операция является предпочтительным методом лечения нефункционирующих опухолей. Клиническая картина является еще одним вопросом, который необходимо принимать во внимание. Эти соображения были обсуждены с пациентом.Поскольку опухоль была обнаружена после, вероятно, длительного наличия у нее дефекта поля зрения, реверсия поражения перекреста зрительных нервов экстренной декомпрессивной операцией не ожидалась и не рекомендовалась.
     
    Большая опухоль гипофиза у молодой женщины с гиперпролактинемией, скорее всего, была совместима с наличием пролактиномы в качестве первой диагностической возможности. Следовательно, в качестве первого подхода было назначено терапевтическое испытание с агонистом дофамина бромокриптином. Поскольку размер опухоли был значительным, за лечением бромокриптином, вероятно, последует хирургическая операция по удалению опухоли.Дозу бромокриптина постепенно увеличивали с 1,25 до 3,75 мг перорально в сутки. Доза бромокриптина при пролактиноме колеблется от 2,5 до 15,0 мг в сутки. Из-за связанного с беременностью риска увеличения опухоли настоятельно рекомендовался негормональный метод контрацепции.
     
    Симптомы исчезли к моменту начала лечения бромокриптином. Уровни ПРЛ в сыворотке нормализовались (10,90 нг/мл) через два месяца лечения. Тесты периметрии оставались стабильными с интервалом в шесть месяцев. Гипофизарное поражение показало максимальный диаметр 1.3 см после шести месяцев лечения. Уровень ПРЛ в сыворотке оставался в пределах нормы. Объем опухоли уменьшился до 0,9 см за 18 мес (рис. 2). Затем лечение бромокриптином было прекращено по решению пациентки, когда она узнала о своей беременности.

    По мере увеличения срока беременности у пациентки не было ни головной боли, ни галактореи, ни явного ухудшения полей зрения. Повышение уровня ПРЛ соответствовало физиологическому повышению, вызванному беременностью.Уровень ПРЛ в сыворотке повысился до 126,3 нг/мл на 12-й неделе беременности. Во 2-м и 3-м триместрах концентрация ПРЛ в сыворотке крови составляла около 100 нг/мл. Височная гемианопсия пациентки казалась стабильной в тесте периметрии, проведенном во 2-м триместре беременности. Однако предыдущий тест поля зрения был проведен за шесть месяцев, а не непосредственно перед беременностью. В связи с подозрением на повторное появление или прогрессирование дефекта зрения, вызванное беременностью, на 32-й неделе гестации было получено магнитно-резонансное изображение.Рентгенолог заметил грыжу перекреста зрительных нервов в турецкое седло. Эта грыжа, наряду с длительной компрессией опухолью, могла быть этиологией сохранения дефекта поля зрения. По сравнению с изображением непосредственно перед беременностью (рис. 2) размер и расположение аденомы не изменились во время беременности. Таким образом, лечение бромокриптином не было возобновлено.

    Здоровая девочка родилась в срок. Мать предпочла грудное вскармливание, несмотря на связанный с этим риск стимуляции роста опухоли.Уровни ПРЛ в сыворотке не превышали диапазон, ожидаемый во время грудного вскармливания, с максимальным уровнем 107,8 нг/мл. Проверялась нормальность дополнительных тестов функции гипофиза.

    Внимательно следили за развитием симптомов, периметрическим тестом и изображением. После завершения грудного вскармливания уровень ПРЛ вернулся к строгим нормальным значениям, которые наблюдались до беременности и несмотря на наличие остаточной аденомы. Новая беременность была диагностирована после грудного вскармливания. Гиперпролактинемии и увеличения опухоли не выявлено.Пациентка сделала добровольный аборт по личным причинам на 16-й неделе беременности. Лечение бромокриптином или альтернативными агонистами допамина не возобновлялось спустя долгое время после родов. На сегодняшний день дополнительные 72 месяца наблюдения подтверждают эту стабильность заболевания.

    В ретроспективе результаты позволяют предположить диагноз нефункционирующей аденомы с благоприятным и устойчивым ответом на бромокриптин.

    Обсуждение

    Описан необычный случай, когда бромокриптин индуцировал выраженный опухолевый ответ при предполагаемой нефункционирующей аденоме гипофиза.Первоначально пролактинома казалась первой возможностью для рассмотрения, хотя значения пролактина были ниже, чем ожидалось для гигантской пролактиномы. Окончательный диагноз в основном основывается на отсутствии увеличения опухоли ни после ранней отмены бромокриптина, ни во время беременности. Такая благоприятная эволюция была бы нетипичной в случае макропролактиномы.

    Небольшое повышение значений пролактина после прекращения лечения бромокриптином, особенно во время беременности, дополнительно подтверждает диагноз нефункционирующей аденомы.Умеренно высокие уровни пролактина в сыворотке, обнаруженные до лечения, могут быть связаны с отсоединением нефункционирующей аденомы от ножки гипофиза (Karavitaki et al., 2006). Последний вызывает нарушение дофаминергического эффекта, ингибирующего высвобождение ПРЛ в нормальных условиях. Эти умеренные уровни ПРЛ не соответствовали большому размеру опухоли при поступлении, если предполагалась пролактинома. Действительно, макропролактиномы обычно связаны со значениями пролактина в сыворотке выше 250, которые могут даже превышать 1000 нг/мл (Ivan, 2005).Другая проблема заключалась в том, что пациентка забеременела. 10-кратное увеличение уровня пролактина в сыворотке крови может наблюдаться на протяжении всей нормальной беременности (Molitch, 2003; Foyouzi, Frisbaek and Norwitz, 2004). Вероятно, в случае макропролактиномы можно наблюдать дальнейшее, непредсказуемое увеличение (Pituitary Society, 2006). Уровни пролактина в сыворотке в этом случае не достигли этих значений.

    Сосуществование макроаденомы и легкой гиперпролактинемии приводит к дифференциальной диагностике между нефункционирующей аденомой и пролактиномой с наличием «крючкового эффекта».Последнее характерно для гигантских пролактином. Orts Costa, Camara Gomez, Laiz Marro и Ceron Perez (2001) определили «крючковый эффект» как феномен, при котором высокий уровень пролактина в сыворотке превышает возможности точного определения иммуноанализа, дающие низкие ложные результаты. В данном случае это явление было исключено путем проведения серийных измерений ПРЛ в четырехкратно разведенной сыворотке. Кроме того, нормопролактинемия после прекращения лечения бромокриптином делала гипотезу «крючка» маловероятной.

    В описанном случае эволюция заболевания указывала на нефункционирующую макроаденому гипофиза.Хотя и нечасто, стоит упомянуть, что молчащая кортикотропная аденома также может стимулировать высвобождение ПРЛ, опосредованное производными проопиомеланокортина. Этот альтернативный диагноз нельзя было исключить, поскольку иммуногистохимический анализ опухолевых клеток был недоступен.

    Развитие опухоли во время беременности имело решающее значение для постановки предполагаемого диагноза. Прекращение приема агонистов дофамина обычно связано с рецидивом гиперпролактинемии и с увеличением опухоли в случае макропролактиномы, как это было задокументировано Johnston et al.(1984), Bevan, Webster, Burke and Scanlon (1992), Ivan и др. (2005 г.) и Pituitary Society в выпущенных руководствах (2006 г.). Кроме того, естественное течение больших пролактином у беременных во многих случаях включает увеличение опухоли, поскольку беременность является основным стимулом для пролиферации и роста гипофизарных лактотрофных клеток. Новое появление зрительных симптомов описано у 15-30% беременных (Bronstein, Salgado and de Castro Musolino, 2002; Molitch, 2003). Это осложнение может потребовать хирургического вмешательства (Molitch, 2003).Однако операция у беременной женщины связана с более высоким риском материнской смерти и самопроизвольного аборта (Bronstein, Salgado and de Castro Musolino, 2002; Foyouzi, Frisbaek and Norwitz, 2004). Кроме того, хирургическое вмешательство не обязательно восстанавливает зрительную дисфункцию и не приводит к излечению более чем одной трети опухолей (Foyouzi, Frisbaek and Norwitz, 2004). Понятно, что операция необходима у пациентов с быстрым (в течение нескольких дней) восстановлением и обнаружением дефекта поля зрения.В противном случае мы предлагаем терапевтическое испытание или корректировку дозы агониста дофамина в качестве первого варианта всякий раз, когда размер пролактиномы увеличивается во время беременности.

    Бромокриптин вызывает снижение синтеза ПРЛ. Препарат также эффективно уменьшает размер макропролактиномы более чем в половине случаев опухолей, подвергшихся лечению (Molitch, et al., 1985). Этот эффект опосредуется индукцией периваскулярного фиброза, частичного некроза и апоптоза опухолевых клеток.По-видимому, ответ на агонисты дофамина также возможен у 8-20% нефункционирующих аденом (Bevan, Webster, Burke and Scanlon, 1992; Masding, Lees, Gawne-Cain and Sandeman, 2003). Интересно, что 70% последних экспрессируют рецепторы дофамина подтипа D2 (Ivan, et al., 2005). In vitro доказан противоопухолевый эффект бромокриптина на нефункционирующих клетках аденомы гипофиза. Более интенсивный ответ культивируемых клеток был получен при использовании бромокриптина по сравнению с аналогами соматостатина Gruszka, et al.(2006). В серии оперированных нефункционирующих опухолей, изученных Greenman (2005; 2007), уменьшение или стабилизация размера остатка было достигнуто в 78% случаев в группе, получавшей бромокриптин, по сравнению с 38,4% в группе, не получавшей лечение. При этом максимальный диаметр макроаденомы гипофиза уменьшился на 60% после 18 мес лечения. Тем не менее, доступные доказательства и клинический опыт применения агонистов дофамина при нефункционирующих аденомах все еще недостаточны.

    В отличие от макропролактином отсутствие роста во время беременности характерно для нефункционирующих аденом (Molitch, 2003).Но лактотрофные клетки все же растут. Таким образом, возможно, что нарушение зрения развивается вследствие одновременного вытеснения перекреста зрительных нервов лактотрофными гиперплазированными клетками и нефункционирующей аденомой. Действительно, было описано, что бромокриптин может ослаблять компрессию перекреста зрительных нервов нефункционирующей аденомой у беременной женщины (D’Emden and Harrison, 1986; Masding, Lees, Gawne-Cain and Sandeman, 2003). Molitch (2003) объясняет эту декомпрессию зрительного перекреста, предположив, что бромокриптин приводит к быстрому сокращению лактотрофных гиперплазированных клеток.У нашего пациента не наблюдалось ни прогрессирования исходного дефекта зрения, ни других признаков повторного роста опухоли. Следовательно, возобновление приема бромокриптина и/или декомпрессионная хирургия не потребовались.

    Преимуществом бромокриптина является его профиль безопасности в дозах, необходимых для лечения аденом гипофиза. Наиболее частыми побочными эффектами являются тошнота и артериальная гипотензия. Эти эффекты могут быть уменьшены за счет увеличения дозы. Препарат может вызывать сон. Таким образом, его предпочтительно вводят ночью.Безопасность бромокриптина также признана во время беременности (Pituitary Society, 2006). Кроме того, поддерживающая терапия бромокриптином в течение не менее 12 месяцев до зачатия может защитить ее от повторного роста опухоли пролактиномы во время беременности (Ivan, et al., 2005; Bronstein, Salgado and de Castro Musolino, 2002). Мы не можем полностью исключить эту ситуацию гипотетической пролактиномы у нашего пациента. Однако защитный эффект лечения бромокриптином был описан у женщин с ремиссией опухоли до беременности.Изображение оставшейся аденомы до беременности делало эту возможность маловероятной в данном случае.

    Заключение

    Подводя итог, мы представляем макроаденому гипофиза с экстраселлярной инвазией и умеренной гиперпролактинемией. Клиническое течение предполагало окончательный диагноз нефункционирующей аденомы с необычной выраженностью ответа на фармакологическое лечение бромокриптином. Остаточная аденома оставалась стабильной после прекращения лечения бромокриптином, а также во время беременности и в течение шести лет наблюдения.Следовательно, мы считаем, что терапевтическое испытание с бромокриптином может быть эффективным при нефункционирующих макроаденомах гипофиза, особенно когда сомнительно соотношение пользы и риска хирургического вмешательства. В частности, лечение бромокриптином может быть адекватным при неопределенных и нефункционирующих макроаденомах, диагностированных у фертильных и беременных женщин.

    Каталожные номера

    1.  Беван Дж.С., Вебстер Дж., Берк К.В. и Скэнлон М.Ф. (1992) «Агонисты дофамина и уменьшение опухоли гипофиза», Endocrine Reviews, 13 (2) 220-240.
    Издатель – Google Scholar

    2. Бронштейн М.Д., Сальгадо Л.Р. и де Кастро Мусолино Н.Р. (2002) «Медикаментозное лечение аденомы гипофиза: особый случай лечения беременной женщины», Гипофиз, 5 (2) 99-107.
    Издатель – Google Scholar

    3. Д’Эмден М.К. и Харрисон Л.К. (1986) «Быстрое улучшение дефектов полей зрения после лечения бромокриптином пациентов с нефункционирующими аденомами гипофиза», Clinical Endocrinology (Oxford), 25 (6) 697-702.
    Издатель – Google Scholar

    4.  Foyouzi N., Frisbaek Y. и Norwitz E.R. (2004) «Гипофиз и беременность» Клиники акушерства и гинекологии Северной Америки, 31 (4) 873-892, xi.
    Издатель – Google Scholar

    5. Гринман Ю. и соавт. (2005) «Послеоперационное лечение клинически нефункционирующих аденом гипофиза агонистами дофамина снижает рост остатков опухоли», Clinical Endocrinology (Oxford), 63 (1) 39-44.
    Издатель – Google Scholar

    6.Гринман Ю. (2007) «Дофаминергическое лечение нефункционирующих аденом гипофиза», Nature Clinical Practice Endocrinology & Metabolism, 3 (8) 554-555.
    Издатель – Google Scholar

    7. Грушка А. и др. (2006) «Влияние селективных агонистов соматостатиновых рецепторов sst1, sst2, sst5, химеры соматостатин/дофамин (SST/DA) и бромокриптина на «клинически нефункционирующие» аденомы гипофиза in vitro», Life Sciences, 78 (7) 689-693.
    Издатель – Google Scholar

    8.Иван Г. и др. (2005) «Лечение опухолей гипофиза: агонисты дофамина», Endocrine, 28 (1) 101-110.
    Издатель – Google Scholar

    9. Джонстон Д.Г. и соавт. (1984) «Эффекты отмены агонистов дофамина после длительной терапии пролактином», The Lancet, 2 187-192.
    Издатель – Google Scholar

    10. Каравитаки Н. и соавт. (2006) «Нужно ли переопределить пределы сывороточного пролактина при гиперпролактинемии отключения? Исследование 226 пациентов с гистологически подтвержденной нефункционирующей макроаденомой гипофиза, Clinical Endocrinology (Oxford), 65 (4) 524-529.
    Издатель – Google Scholar

    11. Масдинг М.Г., Лиз П.Д., Гон-Кейн М.Л. и Сандеман Д.Д. (2003) «Сжатие поля зрения несекретирующей опухолью гипофиза во время беременности», Журнал Королевского медицинского общества, 96 (1) 27-28.
    Издатель – Google Scholar

    12. Молич М.Е. и соавт. (1985) «Бромкриптин в качестве первичной терапии макроаденом, секретирующих пролактин: результаты проспективного многоцентрового исследования», Журнал клинической эндокринологии и метаболизма, 60 698-705.
    Издатель – Google Scholar

    13. Молич М.Е. (2003) «Опухоли гипофиза и беременность», Исследование гормона роста и ИФР-1, 13 Приложение A S38-44.

    14. Ортс Коста Х.А., Камара Гомес Р., Лаиз Марро Б. и Серон Перес Х.А. (2001) «Гиперпролактинемия, сосуществующая с гипофизарной аденомой или микроаденомой» Medicina Clinica (Барселона), 117 (5) 196.

    15. Pituitary Society (2006) «Руководство Pituitary Society по диагностике и лечению пролактином», Clinical Endocrinology (Oxford), 65 (2) 265-273.
    Google Scholar

    История болезни и обзор литературы

    Введение

    Мигрень — распространенное послеоперационное и послеродовое жалобы, согласующиеся с множеством этиологий, охватывающие физиологические изменения, гормональные модификации, периоперационные процедуры и неизвестные пренатальные условия. Основные причины включают головную боль напряжения, кластерную головную боль и другие цефалгия тройничного нерва (1,2). Вторичные головные боли встречаются реже, но могут последствия со значительной смертностью и заболеваемостью, если они упущен из виду.Диагностика вторичной причины является сложной задачей, учитывая, что головная боль может быть единственным симптомом множественные состояния, такие как постпункционная головная боль (ППГБ), пневмоцефалия, преэклампсия и эклампсия, менингит, церебральный венозный тромбоз, ишемический или геморрагический инсульт, субарахноидальный кровоизлияния, синдромы обратимой церебральной вазоконстрикции, синдром задней обратимой лейкоэнцефалопатии и гипофиза аденома. Поэтому требуется высокий индекс подозрительности, и низкий порог нейровизуализационных исследований при работе с необходимы послеродовые головные боли (3,4).Излишне говорить, что любое подозрение на вторичную головную боль должно быть исследуется междисциплинарной группой из-за проблем обусловлены такими разнообразными условиями. Хотя аденома гипофиза редко является дифференциальной диагностикой во время беременности и в послеродовом периоде. головная боль, она является частью дифференциального диагноза, когда связана с потерей зрения. Следующим распространенным заболеванием является нарушение зрения. симптом при аденоме гипофиза после головной боли. Мы представляем случай послеродовая гипофизарная апоплексия после экстренного кесарева сечения раздел.

    История болезни

    После получения одобрения Комитета по этике Национальный институт охраны материнства и детства (Бухарест, Румыния) (№ 25/2019), данные пациента были рассмотрены и представлены в текущем отчете о клиническом случае. 26-летняя первобеременная, Беременность 40 недель, поступила в роддом в г. Национальный институт охраны материнства и детства, самопроизвольные роды. Родила девочку весом 3150 г, 9 баллов по шкале Апгар. Кесарево сечение II категории при отсутствии прогресса. анестезиолог провел спинномозговую анестезию бупивакаином и фентанил. Кесарево сечение было рутинным и безболезненным, с предполагаемая кровопотеря около 400 мл. Предварительная доставка гемоглобин был 11,5 г/дл, а после родов значение было немного снизился до 10,2 г/дл. У нее не было истории болезни, и ее дородовой уход прошел без происшествий. Сразу после родов период ничем не примечательный. Пациент оставался в сознании и ориентировался с нормальными жизненными показателями. На следующий день ее перевели в послеродовое отделение.Примерно через 48 часов после родов она проявляется пульсирующей головной болью в лобной и височной областях, тошнотой и светобоязнь, но без затылочной ригидности или болей в спине. На осмотре, у нее был птоз слева, анизокория, неполный 3-й черепной нерв. парез и нормальная офтальмоскопия. Показатели жизнедеятельности: температура, 38˚С; артериальное давление 135/75 мм рт.ст.; ЧСС, 68 ударов в минуту; и значительная полиурия (3,9 см3/кг/ч). Срочно Неврологический осмотр с последующим визитом к эндокринологу. требуется и не указывает на признаки раздражения мозговых оболочек или неврологический дефицит.В соответствии с ее клиническим обследованием, полиурия и полидипсия, подозрение на гипофизарную апоплексию диагностика и магнитно-резонансная томография (МРТ). выполнено. МРТ головы показала кистозную опухоль гипофиза диаметром 33 мм. поперечный диаметр, 10,5 мм переднезадний, 15,5 мм краниокаудальный. Опухоль билатерально выбухала в кавернозный синус (в турецкое седло), частично покрывая правую сонную артерию. опухоль контактировала с перекрестом зрительных нервов без признаков смещение или сжатие.На МРТ диагноз гипофиза макроаденома, возможна киста расщелины Ратке (рис. 1). Электролитические и эндокринные были проведены тесты, результаты представлены в Таблице I (4-й день после родов, 8:00) проявления гипопитуитаризма с участием кортикотропина, лактотрофов и нарушение функции тиреотропина с гипонатриемией и гипохлоремией.

    Таблица I

    Электролитические и эндокринологические результаты анализа крови больных с гипофизарной апоплексией.

    Таблица I

    Электролитические и эндокринологические результаты анализа крови больных с гипофизарной апоплексией.

    + +0 гормон (ТТГ) Т4 97-108 136-145
    Параметр Значение Нормальный диапазон
    кортизол 43,1 нмоль / л 123-626
    Адренокортикотропный гормон (АКТГ) 25,14 7,0-63 ​​
    Пролактин 162 нмоль/л 64-395
    0.211 мМЕ / л 0.46-4.68
    Т3 1,19 нмоль / л 1.49-2.60
    8,57 пмоль / л 10.0-28.2
    Cl 92,00
    К 4,4 ммоль / л 3.5-5.1
    Na 122 ммоль / л
    Сыворотка осмолярность (мОс/кг) 269,9 280-300

    Лечение внутривенным введением дексаметазона, тироксина 50 мкг, немедленно была начата замена жидкости и электролита.На следующий день состоялась мультидисциплинарная встреча с акушеры, анестезиологи, эндокринологи, неврологи и нейрохирургов для определения плана ведения послеродового периода. Первоначально было начато консервативное ведение, но ее состояние ухудшилось с ухудшением уровня сжатости, лечение было переведены на хирургическую декомпрессию. Эндоскопический транссфеноидальный проведена операция на гипофизе по удалению инкапсулированного 3х2х1 см опухоль. Результат гистологического исследования показал нефункционирующий гипофиз. макроаденома.Послеоперационное клиническое обследование показало нормальную неврологическое состояние, в то время как глазодвигательный парез был полностью решено. Через два года после операции пациент чувствует себя хорошо. заместительная гормональная терапия. В настоящее время она получает устные лекарства, преднизолон 50 мкг/день, тироксин 75 мкг и циклопрогиновы (эстрадиол, норгестрел).

    Обсуждение

    Аденомы гипофиза составляют примерно 10-15% всех внутричерепных опухолей. Микроаденомы – опухоли размером менее 10 мм, в то время как к макроаденомам относятся опухоли размером более 10 мм.Гигант аденомы размером более 40 мм. От 14 до 54% нефункциональные аденомы, в то время как остальные выделяют избыток гормонов: 8-12% гормонов роста, 2-6% выделяют адренокортикотропный гормон и менее 1% секретируют тиреотропин (1-6). Несмотря на серьезные исследования аденомы гипофиза, патогенез остается неизвестным (5,6). Из-за сопутствующей гипертрофии лактотрофных клеток и увеличение нормального объема гипофиза, беременность также считается фактор риска гипофизарной апоплексии (7).Наследственная передача ответственна менее чем в 5% случаев (8). Гипофиз также является местом метастазирования. отложения в 0,1-0,2% случаев, наиболее часто встречаются первичные опухоли представлены легкими и грудью (9-11). Апоплексия гипофиза является редким эндокринологическим неотложным состоянием, которое может происходят без каких-либо провоцирующих факторов. Тем не менее, в большинстве случаев, существуют известные факторы риска, такие как серьезное хирургическое вмешательство, артериальная гипертензия, коагулопатии или послеродовое кровотечение (синдром Шихана).Синдром Шихана является наиболее частой причиной послеродового гипофиза. недостаточность, которая обусловлена ​​массивной кровопотерей во время родов или в раннем послеродовом периоде. Всякий раз, когда Шихан синдром подозревается, два условия должны быть частью дифференциальный диагноз, послеродовой некроз ранее существовавшего опухоль гипофиза и лимфоцитарный гипофизит.

    Диагностика послеродовой апоплексии является сложной задачей один как многие пациенты не имеют никакого гипофизарного анамнеза. Большинство часто встречающимся симптомом является головная боль, которая часто связанных с различными патологическими состояниями.Рядом головная боль, нечеткость зрения, диплопия, светобоязнь или битемпоральная потеря гемианопсии зрения была зарегистрирована при аденоме гипофиза. Симптоматика в случаях известной аденомы обусловлена ​​резким увеличением по размеру, который зависит от эстрогена (9). Это повысит интраселлярное давление вызывает компрессию и некроз гипофиза с последующей гипофизарной недостаточностью. Повышенное внутричерепное давление приводит к неврологическим симптомам, таким как тошнота и рвота. Довольно часто пациенты могут потерять сознание или, по крайней мере, легкая степень вялости (10). клиническая картина может имитировать множественные неврологические состояния, и вот почему высокий индекс подозрения должен побуждать к расследованию при гипофизарной апоплексии.

    Что касается лабораторных тестов, которые необходимо для постановки положительного диагноза, подчеркивал, что беременность – это состояние, сопровождающееся нарушением гормонального фона. дисбаланс, затрудняющий интерпретацию эндокринных и динамических тестов трудный. Повышенный уровень пролактина является нормальным при беременности, хотя низкий уровень пролактина может свидетельствовать о гипофизарной недостаточность (11).Пациенты с гипофизарная апоплексия и низкий уровень пролактина являются наиболее частыми и маловероятно, что у них будет успешный послеоперационный восстановление (12). Адренокортикотропный Дефицит гормона (АКТГ) обычно наблюдается в гипофизе. апоплексии, но тиреотропный гормон (ТТГ), гормон роста (GH) и дефицит гонадотропина. надпочечников недостаточность является наиболее серьезным осложнением, т.к. опасно для жизни (10). Гипонатриемия осложняет апоплексию гипофиза, так как является признаком надпочечниковой недостаточности или синдрома неадекватного секреция антидиуретического гормона (АДГ) (13).Поэтому всякий раз, когда гипофиз апоплексия является частью рабочего диагноза, полной эндокринной (кортизол, АКТГ, пролактин, фолликулостимулирующий гормон, лютеинизирующий гормон, инсулиноподобный фактор роста 1, свободный Т4, ТТГ) и оценка крови (общий анализ крови, гликемия, электролиты (натрий и калий в сыворотке), а также функцию почек и печени) следует выполняться в срочном порядке.

    Золотой стандарт диагностики гипофизарной апоплексии является МРТ, так как подтверждает диагноз более чем в 90% случаев. На На Т1-взвешенных изображениях кровоизлияние обычно проявляется гиперинтенсивность, связанная с остальной частью мозга (14).Методы МРТ и МР-ангиограммы также помогают отличить аневризму от гипофизарной апоплексии. МРТ это безопасно во время беременности, и на сегодняшний день не оказывает вредного воздействия на плод. было сообщено. МРТ является исследованием выбора по сравнению с любым другой метод ионизации. Большинство рентгенологов избегают использования gandolinum при беременности проникает через плаценту и попадает в кровообращение, выводится почками и секретируется в амниотическую жидкость. До настоящего времени не сообщалось о каких-либо вредных воздействиях на использование гандолина во время беременности (15).

    На основании обзора литературы [Таблица II (4,7,10,13,16-50)], выявлено 48 случаев апоплексии опухоли гипофиза, связанной с беременностью. Статистический анализ гестационного возраста на момент постановки диагноза показал среднее значение 27,9 недель (диапазон 10-39 недель) с оговоркой что три из этих случаев, включая наш, произошли во время послеродовой период. Крайне редко может возникнуть гипофизарная апоплексия. даже в первом триместре, как сообщают Janssen et al. 10 недель беременности (16). Пролактинома (21 случай) была наиболее часто встречающейся опухолью. во многих случаях у пациентов, находившихся на лечении.Это в в соответствии с опубликованной литературой, где пролактинома присутствует в приблизительно 50% всех случаев (17). Было 17 случаев несекретирования аденома, 2 случая GH-омы, 3 случая гипофизита, 1 случай Синдром Неслона, один случай увеличения гипофиза, один случай гипофизарная апоплексия с последующей обратимой церебральной вазоконстриктивной синдром и один случай гипофиза нормального размера, но с гистопатологический диагноз аденомы после операции (таблица II). Во многих больницах в настоящее время практика заключается в прекращении приема каберголина/бромокриптина, хотя нет убедительные доказательства этого решения (17).Появление симптомов у больного с известная аденома должна вызвать образные исследования, которые уточнить, является ли это случаем прогрессирующей аденомы или другого этиология. Настоящей проблемой является диагностика гипофизарной апоплексии. у пациентов с неизвестными аденомами. Драгоценное время можно потерять интерпретация головной боли как типа мигрени. Есть несколько случаях, в том числе и у нас, где основной причиной была гипофизарная апоплексия (9,10,18,19,51). Мигрень является скорее диагнозом исключения, и по этой причине непринятие во внимание другого диагноза может привести к значительным смертность и заболеваемость.Только небольшая часть этих случаев диагностированы в послеродовом периоде. Такие симптомы, как головокружение, головная боль, тошнота и рвота считаются связаны с хирургией и анестезией и не обязательно неврологические или эндокринологические заболевания. Вот почему это важно обращать внимание на «красные флажки», чтобы избежать диагностики ошибки.

    Таблица II

    Исходы, связанные с беременностью случаи апоплексии опухоли гипофиза, подвергшиеся хирургической декомпрессии во время беременности.

    Таблица II

    Исходы, связанные с беременностью случаи апоплексии опухоли гипофиза, подвергшиеся хирургической декомпрессии во время беременности.

    Bachmeier 4et al (4) 915 al (9)
    Авторы (Ref.) Год Возраст (годы) Диагностика Лечение 585 . (17) 2020 26 Макропролактинома 22 недели Хирургическое лечение Гипотиреоз
    Джемель и др. (27) 2019 37 Пролактинома 32 недели Хирургическое лечение Гипотиреоз
    2019 30 Макроаденома 36+5 недель Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    Аннамалай и др. ал (36) 2017 25 Микропролактинома 37+4 недели Консервативное лечение Полное выздоровление
    O’Neal (32) 2017 27 Макроаденома 29 недель Хирургическое декомпрессия Диабет несахарный
    Гальвао и др. (46) 2017 30 Макропролактиома 28 недель Консервативное лечение лечение Н/Д
    Авраам и др. ал (22) 2016 32 Увеличенный гипофиз 23 недели Хирургический декомпрессия Н/Д
    Grand’Maison et аль (7) 2015 33 макроаденома 39 недель Консервативные Полное восстановление
    Уотсон (42) 2015 33 макроаденома 37 + 4 недели Консервативный Полное восстановление
    Querol Ripoll et ал (34) 2015 37 Кистозный микропролактинома 24 Хирургия Пангипопитуитаризм
    Де Иказа и др. ал (47) 2015 26 Макропролактинома 28 недель Консервативное лечение Частичное гипопитуитаризм
    Бедфорд и др. al (48) 2015 35 Аденома н/д н/д н/д
    2014 27 Аденома 35 недель Хирургия Центральный гипотиреоз
    Hayes и др. (26) 2014 41 Микропролактинома 18 недель Операция Полное выздоровление
    Тандон и др. (49) 2014 27 Пролактинома 36 недель Операция Временный диабет несахарный (DI)
    Чегур и Эль Ансари (38) 2014 29 Пролактинома 19 недель Консервативное лечение Разрешение визуальные визуальные симптомы
    Матур (51) 2014 34 Гипофизарная апоплексия спинномозговая анестезия Послеродовая Хирургическая декомпрессия Обратимая церебральная вазоконстрикторный синдром; Полное восстановление
    Kita и др. (28) 2012 26 Макроаденома 26 недель Хирургическое декомпрессия Диабет inspidus
    Witek и др. (35) 2012 25 Макропролактинома 19 недель Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    Janssen et al (16) 2012 27 Пролактинома 10 недель Консервативное лечение Частичное выздоровление; Надпочечниковая недостаточность
    Кутюр и др. ал (39) 2012 37 Микропролактинома 19 недель Консервативное лечение Полное выздоровление
    Тонда и Ризви (45) 2011 22 Гипофизит 36 недель Консервативное лечение Пангипопитуитаризм
    Мурао и др. (44) 2011 35 Обычный гипофиз 39 недель Консервативное лечение Пангипопитуитаризм
    Bamfo и др. (37) 2011 31 Макроаденома 23 недели Консервативное лечение Полное восстановление
    Юлиано и Лоус (40) 2011 28 Акроаденома 29 недель Консервативное лечение Полное выздоровление
    Гинат и Голан (24) 2010 31 Пролактинома 39 недель Операция Полное выздоровление
    Perotti and Dexter (33) 2010 29 Гипофиз макроаденома Послеродовая Хирургия Пангипопитуитаризм
    Парихар и др. ал (41) 2009 20 Макропролактинома 20 недель Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    Окафор и др. (21) 2009 30 Макропролактинома 33 недели Консервативное лечение Смерть
    Георгиу и др. (50) 2009 33 Нельсон синдром 22 недели Консервативное лечение Диабет inspidus
    Krull и др. (13) 2010 7 Обычный гипофиз 7 недель Консервативное лечение Выкидыш 9-й неделю; ишемическая энцефалопатия, разрешившаяся; Настойчивый пангипопитуитаризм и ДН
    Атмака и др. (18) 2006 33 Макроаденома (GH-ома) 29 недель Хирургическое декомпрессия Пангипопитуитаризмом
    Paech (20) 2006 21 макроаденома Послеродовая Консервативные Полное восстановление
    Fujimaki (43) 2005 23 гипофизит 34 недель Консервативный Надпочечниковый недостаточность
    Де Хайде и др. ал (10) 2004 26 Макропролактинома 23 недели Консервативное лечение Пангипопитуитаризм
    Гондим и др. (25) 2003 29 Макроаденома 30 недель Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    Ли и Плесс (30) 2003 26 Гипофизит 28 недель Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    Freeman et al (23) 1992 22 Пролактинома 32 недели Хирургическое декомпрессия Диабет inspidus
    Лунарди и др. al (19) 1991 21 Макроаденома (GH-ома) 24 недели Хирургическое декомпрессия Полное восстановление
    О’Донован и др. ал (31) 1986 37 Макропролактинома 8 недель Левая лобно-височная краниотомия Левосторонняя краниальная нервный паралич
    Ламбертс и др. al (29) 1979 Н/Д Пролактинома 23 недели Хирургическое декомпрессия Разрешение визуальные симптомы
    Наш случай 2020 26 Макроаденома Послеродовой Хирургический декомпрессия Пангипоитуитаризм

    Mathur и др. описали случай послеродового гипофизарная апоплексия после спинальной анестезии, которую лечили консервативно.Десять дней спустя постоянная головная боль с раскатами грома. компьютерная томография (КТ) с ангиографией и контрастным усилением МРТ. Изображения свидетельствовали о стенозах в передней и правой средних мозговых артерий, а также вертебробазилярных сегменты. На основании клинической картины, анамнеза и образной окончательный диагноз: обратимая церебральная вазоконстрикторный синдром (ОКВС). Состояние больного улучшилось после лечения нимодипином и ламотриджином (51). Перотти и Декстер описали послеродовая апоплексия гипофиза после самопроизвольных родов. у матери появились головная боль, тошнота и светобоязнь. Контраст КТ показала гигантскую макроаденому размером 6,1×3,9×5,2 см, которая потребовала транссфеноидальная краниотомия (33). Paech и соавт. опубликовали случай макроаденомы размером 15x13x12 мм, что было диагностировано после родов. Подобно нашему пациенту, это случай первоначально представлен с опущенным веком и расширенным левым ученик. Она не сообщала о головных болях, лицевой слабости или каких-либо других симптомах. неврологический симптом. Ее лечили консервативно и через 14 мес. после первой презентации она родила второго ребенка.Беременность течение и послеродовой период были без особенностей (20). Мы нашли только один случай беременности аденома гипофиза, закончившаяся смертью больного. А Пациентка 30 лет с диагнозом аденома гипофиза на 24 неделе беременности. беременности назначен бромокриптин с планом послеродового нейрохирургия. После преждевременных родов в 35 недель через Кесарево сечение у нее развилась гипертония, острая энцефалопатия и фатальная остановка сердца на третий день после родов (21).

    На данный момент нет веских доказательств о лучшем управлении.Это предмет спора между хирургический против консервативного метода. При гипофизарной апоплексии возникает во время беременности, начальное лечение состоит из жидкости, электролиты и заместительная гормональная терапия. При нормальной беременности уровень кортизола в два-четыре раза выше среднего значения, обусловленного функции плаценты, гипофизарной продукции и изменениям гормонсвязывающий глобулин. Критерии, которые используются вне беременности нельзя использовать во время беременности или в раннем послеродовом периоде. Между тем, это Следует подчеркнуть, что надпочечниковая недостаточность является опасное для жизни состояние.Таким образом, поступление глюкокортикоидов жизненно важно и должно быть начато, как только гипофизарная апоплексия подозревается. Руководство Великобритании по гипофизарной апоплексии рекомендует 100-200 мг гидрокортизона внутривенно болюсно, затем 2-4 мг/ч внутривенно непрерывно или по 50-100 мг каждые шесть часов внутримышечно. После острого эпизода преодолеть, стероидный режим должен быть снижен до стандартного поддерживающая доза 20-30 мг (52).

    После стабилизации состояния больного критический Вопрос в том, нужна ли операция или медикаментозное лечение вариант.В связи с редкостью этого состояния не существует в рандомизированных контролируемых испытаниях учитываются только отчеты о случаях и серии случаев. сообщается на сегодняшний день. Практично продолжить лечение лечения, а при отсутствии улучшения или ухудшения клинического состояния, необходимо хирургическое вмешательство. В тяжелом состоянии пациентов, современная литература и экспертное мнение отдают предпочтение хирургическому вмешательству. декомпрессия. Анализ 22 случаев из Таблицы II показал, что хирургическое декомпрессия во время беременности безопасна и не имеет тератогенных эффектов (4,9,17-19,22-35,51).В большинстве случаев удалось родить в конце 3-го триместре, как было показано Oguz et al и Querol Ripoll и другие; авторы показали, что операции выполняются даже в второй триместр не влияет на течение беременности (17,34). Анализ случаев консервативного лечения показал, что это жизнеспособный и безопасный вариант у пациента без дефектов поля зрения. В целом в 16 случаях наступило полное восстановление эндокринологического статуса. функции и в 21 случае — различной степени недостаточности, начиная от несахарного диабета до пангипопитуитаризма и черепно-мозговых нервов встречаются параличи (4,7,9,19,24,26,29,30,35-42,51).В 11 случаях отдаленных последствий не отмечено. Большинство пациентов, в то время как они получали несколько лекарств, сообщили о хорошем качество жизни (9,10,16,18,31-34,43-45).

    В заключение, насколько нам известно, это третий зарегистрированный случай послеродового гестационного гипофиза апоплексия, возникшая на фоне перенесенной ранее макропролактиномы что показывает редкость этого состояния. На сегодняшний день отсутствуют четкие рекомендации относительно наиболее эффективного лечения гипофизарная апоплексия.Эта проблема усложняется во время беременности. В виде гипофизарная апоплексия непредсказуема, необходимо обязательно сообщить пациенты с известной аденомой о симптомах апоплексии. Дородовой уход должны быть индивидуализированы с срочной МРТ и тестом поля зрения, если требует ситуация. Высокий индекс подозрительности, мультидисциплинарный подход и хорошее клиническое суждение могут обеспечить лучшее решение с точки зрения управления и пациента консультирование.

    Как во время беременности, так и в послеродовом периоде головная боль обычное и, хотя обычно доброкачественное, может предвещать серьезные и вредные внутричерепные проблемы.

    Благодарности

    Не применимо.

    Финансирование

    Финансирование: финансирование не получено.

    Наличие данных и материалов

    Дополнительная информация о представлении дела предоставляется по запросу.

    Вклад авторов

    NB внесли свой вклад в концепцию исследования, собраны, проанализированы и интерпретированы данные из литературы и критически пересмотрел рукопись. IB внес свой вклад в концепцию исследования, провел литературный поиск, составил проект рукописи и несет ответственность за подтверждение подлинности все сырые данные.LGP внесла свой вклад в концепцию исследования, провел исследование литературы, подготовил рукопись и отвечает за подтверждение подлинности всех необработанных данных; ODT и TG внесли свой вклад в интерпретацию данных из литературы, собирал, анализировал и интерпретировал данные соответствующий пациенту и критически пересмотрел рукопись. ИИ собирал, анализировал и интерпретировал данные, соответствующие пациента и критически пересмотрел рукопись. Все авторы читают и утвердил окончательный вариант рукописи для публикации.

    Одобрение этики и согласие на участвовать

    Комитет по этике Национального института Уход за матерью и ребенком (Бухарест, Румыния) (№ 25/2019) утвержден обучение.

    Согласие пациента на публикацию

    Получено согласие пациента на публикацию и подписано пациентом 05.11.2019.

    Конкурирующие интересы

    Авторы заявляют, что у них нет конкурирующих интересы.

    Каталожные номера

    1

    Гольдшмидт Э., Керн Р., Чапут А. и Макартур А. Частота и этиология послеродовых головных болей: А. проспективное когортное исследование.Джан Джей Анаст. 52:971–977. 2005. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    2

    Гонсалес Х.Г., Элизондо Г., Сальдивар Д., Нанес H, Todd LE и Villarreal JZ: Рост гипофиза в норме беременность: исследование in vivo с использованием магнитно-резонансной томографии. Ам Дж Мед. 85:217–220. 1988. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    3

    Каштан DH, Вонг CA, Tsen LC, Kee WDN, Beilin Y и Mhyre J: Послеродовая головная боль.акушерская анестезия, Принципы и практика 5-е издание. Филадельфия, Эльзевир, стр.713-718, 2014.

    4

    Бахмайер К.А., Снелл С. и Мортон А.: Визуальный потери при беременности. BMJ Case Rep. 12 (e228323) 2019. PubMed/NCBI View Article : Google Scholar

    5

    Фреда П.У., Беккерс А.М., Кацнельсон Л., Молитч М.Е., Монтори В.М., Пост К.Д. и Вэнс М.Л.: Эндокринное общество. Инциденталома гипофиза: клиническая практика эндокринного общества ориентир.J Clin Endocrinol Metab. 96:894–904. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    6

    Молич М.Е.: Диагностика и лечение аденомы гипофиза: обзор. ДЖАМА. 317: 516–524. 2017. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    7

    Grand’Maison S, Weber F, Bédard MJ, Mahone M и Godbout A: Апоплексия гипофиза во время беременности: серия случаев и литературный обзор.Акушерство Мед. 8:177–183. 2015. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    8

    Вандева С., Джаффрен-Ри М.Л., Дейли А.Ф., Тихомирова М., Захариева С. и Беккерс А. Генетика аденомы гипофиза. Best Pract Res Clin Endocrinol Metab. 24:461–476. 2010. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    9

    Пьянтанида Э., Галло Д., Ломбарди В., Танда МЛ, Лай А., Геззи Ф., Минотто Р., Табано А., Серати М., Аццолини С. и др. al: Апоплексия гипофиза во время беременности: редкая, но опасная Головная боль.Дж Эндокринол Инвест. 37: 789–797. 2014. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    10

    де Хейде Л.Дж., ван Тол К.М. и Доуренбос Б.: Апоплексия гипофиза во время беременности. Нет J Med. 62:393–396. 2004. PubMed/NCBI

    .

    11

    Аббасси-Ганавати М., Грир Л.Г. и Каннингем Ф.Г.: Беременность и лабораторные исследования: справочная таблица для клиницистов. Акушерство Гинекол. 114:1326–1331.2009. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    12

    Ранабир С. и Баруа М.П.: Гипофиз апоплексия. Индийский J Endocrinol Metab. 15 (Приложение 3): S188–S196. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    13

    Krull I, Christ E, Kamm CP, Ganter C и Сахли Р.: Кома, связанная с гипонатриемией из-за гипофизарной апоплексии в Ранняя беременность: история болезни. Гинекол Эндокринол.26:197–200. 2010. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    14

    Ли Дж. С., Пак Й. С., Квон Дж. Т., Нам ТК., Ли Т. Дж. и Ким Дж.К.: Рентгенологическая апоплексия и ее корреляция с острым клиническая картина, ангиогенез и плотность микрососудов опухоли при аденомах гипофиза. J Korean Neurosurg Soc. 50:281–287. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    15

    Иствуд А.К. и Мохан А.Р.: визуализация в беременность.Акушер Гинекол. 21: 255–262. 2019.

    16

    Янссен Н.М., Дрейер К., ван дер Вайден РМ: Лечение апоплексии опухоли гипофиза бромокриптином в беременность. JRSM Short Rep. 3(43)2012.PubMed/NCBI View Article : Google Scholar

    17

    Огуз С.Х., Сойлемезоглу Ф., Дагделен С. и Erbas T: случай атипичной макропролактиномы с гипофизарная апоплексия во время беременности и обзор литературы.Гинекол Эндокринол. 36:109–116. 2020. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    18

    Атмака А., Дагделен С. и Эрбас Т.: Наблюдение за беременными женщинами с акромегалией: разные презентации и итоги. Exp Clin Endocrinol Diabetes. 114:135–139. 2006. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    19

    Лунарди П., Риццо А., Миссори П. и Фрайоли B: Апоплексия гипофиза у женщины с акромегалией, оперированной во время операции. беременности трансфеноидальным доступом.Int J Gynaecol Obstet. 34:71–74. 1991. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    20

    Paech MJ: Необычная презентация опухоль гипофиза в раннем послеродовом периоде. Интенсивная анестезия Забота. 34:79–82. 2006. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    21

    Okafor UV, Onwuekwe IO и Ezegwui HU: Лечение аденомы гипофиза с масс-эффектом при беременности: A история болезни.Cases J. 2(6350)2009. PubMed/NCBI View Article : Google Scholar

    22

    Авраам Р.Р., Поллитцер Р.Е., Гокден М. и Гулден, П.А.: Спонтанная гипофизарная апоплексия во время второго триместр беременности с потерей чувствительности. Представитель BMJ 2016 (bcr2015212405) 2016. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    23

    Фриман Р., Везентер Б., Сильверстайн М., Куо D, Weiss KL, Kantrowitz AB и Schubart UK: связанные с беременностью подострые кровоизлияния в пролактиному, приводящие к диабету несахарный.Фертил Стерил. 58:427–429. 1992. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    24

    Гинат С. и Голан А.: изображения в клинических лекарство. Гестационная гипофизарно-опухолевая апоплексия. N Engl J Med. 363(e10)2010. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    25

    Гондим Дж., Рамос Жуниор Ф., Пинейру И., Schops M и Tella Júnior OI: Минимально инвазивная хирургия гипофиза при геморрагическом некрозе аденомы во время беременности.Минимум Инвазивный нейрохирург. 46:173–176. 2003. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    26

    Хейс А.Р., О’Салливан А.Дж. и Дэвис М.А.: A Случай гипофизарной апоплексии во время беременности. Эндокринол Диабет Метаб Case Rep. 2014 (140043) 2014. PubMed/NCBI View Article : Google Scholar

    27

    Джемел М., Кандара Х., Риахи М., Гарби Р., Наги С. и Камун И. Апоплексия гестационного гипофиза: серия случаев и обзор литературы.J Gynecol Obstet Hum Reprod. 48:873–881. 2019. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    28

    Кита Д., Хаяши Ю., Сано Х., Такамура Т., Хаяши Ю., Татибана О. и Хамада Дж.: Послеоперационный диабет insipidus, связанный с гипофизарной апоплексией во время беременности. Нейро Эндокринол Летт. 33:107–112. 2012. PubMed/NCBI

    .

    29

    Ламбертс С.В., Клейн Дж.Г., де Ланге С.А., Сингх Р., Стефанко С.З. и Биркенхагер Дж.К. Частота осложнений во время беременности после лечения гиперпролактинемии с помощью бромокриптин у пациентов с рентгенологически подтвержденным поражением гипофиза опухоли.Фертил Стерил. 31:614–649. 1979. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    30

    Ли М.С. и Плесс М.: Апоплексический лимфоцитарный гипофизит. История болезни. Дж Нейрохирург. 98:183–185. 2003. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    31

    О’Донован П.А., О’Донован П.Дж., Ричи Э.Х., Фили М. и Дженкинс Д.М.: Апоплексия в секрецию пролактина макроаденома на ранних сроках беременности с благополучным исходом.Случай отчет. Br J Obstet Gynaecol. 93:389–391. 1986. PubMed/NCBI

    .

    32

    О’Нил, Массачусетс: Головные боли осложняют беременность и послеродовой период. Практика Нейрол. 17:191–202. 2017. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    33

    Перотти В. и Декстер М.: После родов гипофизарная апоплексия с двусторонним параличом третьего нерва и двусторонним окклюзия сонной артерии. Дж. Клин Нейроски.17:1328–1330. 2010. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    34

    Керол Риполл Р., Камара Гомес Р., Дель Ольмо Гарсия М., Симал Хулиан Дж. А. и Мерино Торрес Дж. Ф.: гипофизарная апоплексия у беременной с кистозной микропролактиномой. Эндокринол Нутр. 62: 200–202. 2015. PubMed/NCBI View Article: Google Scholar: (на испанском языке).

    35

    Витек П., Зелински Г., Максимович М. и Zgliczyński W: Транссфеноидальная хирургия при угрозе жизни апоплексия пролактиномы во время беременности.Нейро Эндокринол Летт. 33:483–488. 2012. PubMed/NCBI

    .

    36

    Аннамалай А.К., Джеячитра Г., Джеямитра А., Ганешкумар М., Шринивасан К.Г. и Гернелл М.: Гипофиз во время беременности апоплексия. Индийский J Endocrinol Metab. 21:484–485. 2017. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    37

    Бамфо Дж. Э., Шариф С., Доннелли Т., Коэн М.А. и Голара М.: случай гипофизарной апоплексии, маскирующейся под гиперемезис беременных.J Obstet Gynaecol. 31(662)2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    38

    Чегур Х. и Эль Ансари Н.: Гипофиз апоплексия во время беременности. Pan Afr Med J. 17 (211) 2014. PubMed/NCBI Просмотр статьи : Google Scholar

    39

    Кутюр Н., Арис-Джилван Н. и Серри О.: Апоплексия микропролактиномы во время беременности: клинический случай и обзор литературы. Эндокр Практ.18:е147–е150. 2012. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    40

    Юлиано С. и Лоус Э.Р. младший: Управление опухоли гипофиза при беременности. Семин Нейрол. 31:423–428. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    41

    Парихар В., Ядав Ю.Р. и Шарма Д.: Апоплексия гипофиза у беременной. Энн Индиан Академик Нейрол. 12:54–55. 2009. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    42

    Watson V: Неожиданная головная боль: Апоплексия гипофиза у беременной на антикоагулянтной терапии.Дело БМЖ Отчет 2015 г. (bcr2015210198) 2015 г. PubMed/NCBI Просмотр статьи : Google Scholar

    43

    Фудзимаки Т., Хотта С., Мотидзуки Т., Аябэ Т., Мацуно А., Такаги К., Накагоми Т. и Тамура А.: Апоплексия гипофиза как следствие лимфоцитарного аденогипофизита у беременной: Отчет о случае. Нейрол Рез. 27:399–402. 2005. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    44

    Мурао К., Имачи Х., Мураока Т. и Исида Т.: Гемолиз, повышенный уровень печеночных ферментов и низкий уровень тромбоцитов (HELLP) синдром гипофизарной апоплексии.Фертил Стерил. 96: 260–261. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    45

    Тонда С и Ризви А.А.: Головная боль, гипофиз поражение и пангипопитуитаризм у беременной: опухоль, апоплексия или гипофизит? Am J Med Sci. 342: 247–249. 2011. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    46

    Гальвао А., Гонсалвеш Д., Морейра М., Inocêncio G, Silva C и Braga J: Пролактинома и беременность-a ряд случаев, включая апоплексию гипофиза.J Obstet Gynaecol. 37:284–287. 2017. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    47

    Де Иказа А.Э., Чанг А.И., Дженсен Дж.Р., Хан З. и Эриксон Д.: Подход к ведению редких клинических проявления макропролактиномы у женщин репродуктивного возраста. Деловой представитель Женское здоровье. 8:9–12. 2015. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    48

    Бедфорд Дж., Дассан П., Харви М. и Мехта С.: Необычная причина головной боли во время беременности.БМЖ. 351(h5681)2015. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    49

    Tandon A, Alzate J, LaSala P и Fried MP: Эндоскопическая эндоназальная транссфеноидальная резекция гипофиза апоплексия в третьем триместре беременности. Surg Res Pract. 2014 (397131) 2014. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    50

    Георгиу М.Л., Кирита С. и Кокулеску М.: Частичная ремиссия синдрома Нельсона после гипофизарной апоплексии во время беременности.Общество эндокринологии BES 2009 Харрогейт, Великобритания Эндокринология, Тезисы 19 P191, 2019.

    51

    Матур Д., Лим Л.Ф., Матхур М. и Снг Б.Л.: Апоплексия гипофиза с обратимой церебральной вазоконстриктивной синдром после спинальной анестезии при экстренном кесаревом сечении: Редкая причина послеродовой головной боли. Интенсивная терапия Анест. 42:99–105. 2014. PubMed/NCBI Просмотр статьи: Google Scholar

    52

    Раджасекаран С., Вандерпамп М., Балдевег С., Дрейк В., Редди Н., Ланьон М.

    Похожие записи

    При гормональном сбое можно ли похудеть: как похудеть при гормональном сбое

    Содержание Как похудеть после гормональных таблетокЧто такое гормональные таблеткиПочему прием гормонов ведет к избыточному весу (adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({}); […]

    Гипотензивные средства при гиперкалиемии: Гипотензивные средства при гиперкалиемии — Давление и всё о нём

    Содержание Препараты, применяемые для лечения гипертонической болезни | Илларионова Т.С., Стуров Н.В., Чельцов В.В.Основные принципы антигипертензивной терапииКлассификация Агонисты имидазолиновых I1–рецепторов […]

    Прикорм таблица детей до года: Прикорм ребенка — таблица прикорма детей до года на грудном вскармливании и искусственном

    Содержание Прикорм ребенка — таблица прикорма детей до года на грудном вскармливании и искусственномКогда можно и нужно вводить прикорм грудничку?Почему […]

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.